Иллюзия любви - Снежана Альшанская

— Он мне ничего не давал… Кто вы? — мой голос начинал срываться от непонимания и внезапно нахлынувшего страха.

— Дай, иначе Вадим умрет. Я настроен серьезно. Как выйдешь — иди прямо по коридору к последней двери. Мы встретимся, ты передашь мне это, я уйду и больше ты меня никогда не увидишь. Если же нет — мальчик погибнет. Выбирай.

***

Мое сердце затрепетало. Кто и как мог подбросить мне этот телефон? Кому и что от меня нужно? Заров мне ничего не давал! Я изо всех ног бежала по белым коридорам клиники, чуть не сбив с ног врача. Тот обернулся, сказал что-то, но мне было не до этого. Весь мир для меня схлопнулся до той двери, за которой ждал неизвестный. И я понятия не имела чего он от меня хотел. Что я должна ему дать? Зараза!

Я едва смогла уклониться от столкновения с мужчиной с повязкой на глазах, которого куда-то вела медсестра. В конце коридора свернула, дернула за ручку двери, но та была закрыта. постучала, попробовала открыть еще раз.

Черт! Черт! Черт!

На глазах выступали слезы. Внутри назревала паника. Руки и ноги содрогались.

Черт!

Внезапно замок щелкнул, дверь отворилась, я скользнула внутрь.

Вверх и вниз вели две лестницы. Неподалеку на стене висел пожарный гидрант. Не было слышно никого и ничего, кроме собственного дыхания и неистово барабанящего сердца.

Затем увидела того самого парня, который похитил вертолет и чуть было не убил меня. Он стоял за дверью, слегка прислонившись в ней. Одет он был в медицинский халат поверх черного костюма. Его лицо все так же не выражало никаких эмоций, а пустой взгляд смотрел на меня будто измерительный прибор, оценивающий все подряд. Один этот взгляд заставлял содрогаться. Но главное — в руках у него чернел небольшой пистолет, смотрящий стволом мне в грудь.

— Принесла? — спокойно спросил он.

— Я не знаю, — запиналась я. — Заров мне ничего…

Он вздохнул.

— Знаешь, мне плевать что на тебя, что на твоего брата, что на Зарова, что на этот предмет, который мне нужно забрать. Я ничего против вас не имею. Это просто работа. Но если придется — я убью твою семью у тебя на глазах. А потом убью тебя. И это будет не самая легкая смерть.

Страх обжигал меня изнутри. язык онемел настолько, что я не могла сказать ни единого слова. Только стояла и смотрела, как он прикасается к моим карманам, проверяя что в них. Там не было ничего.

Потом он достал телефон, позвонил куда-то.

— Нашел? — спросил он, и получив ответ, вернул телефон в карман, а потом повернулся ко мне и снова просверлил взглядом, от которого мурашки шли по коже.

— У меня ничего нет, — едва-едва шепотом смогла произнести я.

— Неправда, — спокойно ответил он. — В квартире вы его не оставили. Что же, смотри.

Он продемонстрировал мне экран своего телефона, на котором был Вадик. Он лежал на больничной койке, на правом глазу была повязка, а рядом с ним находилась женщина, совсем непохожая на медсестру. Грубые черты лица, черные волосы, завязанные в пучок, очки в толстой оправе, черная кожаная куртка…

— Или ты отдашь мне то, что я прошу, или моя коллега вколет ему смертельную инъекцию, — сказал он.

В ушах зашумело. В груди словно бы что-то разорвалось. Внезапно я потеряла контроль над своим телом. Оно начало работать само по себе. Бросилась на незнакомца, удалила его, услышала, как телефон упал на пол, но силы были не равны. Я ощутила резкий толчок в грудь и упала на пол. черная дыра пистолета смотрела прямо мне в глаза.

Пусть убьет меня, но не трогает их! Пожалуйста, господи. Пусть убьет…

Но он не спешил. Опустил ствол пистолета ниже, целясь мне в ногу.

Сердце затрепетало еще сильнее. По щекам, словно угли, катились слезы. Дух перехватывало. Я увидела лежавший рядом телефон незнакомца. И увидела там надежду.

Саша схватила женщину у кровати Вадика, повалила её на пол. Промелькнул мужчина в полицейской униформе.

Но стоявший рядом со мной наемник тоже это заметил. Он выругался, поднял пистолет, целясь мне в лоб.

"Вадик в безопасности. слава Богу", — последнее, что подумала я, когда прогремел выстрел.

На миг показалось, что я умерла, хоть еще видела все вокруг. На секунду даже подумала, что все рассказы про душу и жизнь после смерти правдивы и успела мысленно произнести "Отче наш".

Затем наемник пошатнулся и резко повалился на пол. Посмотрев вверх, я увидела Михаила. Он стоял с пистолетом наготове на ведущих вверх ступеньках. Подошел, отбросил ногой оружие наемника, проверил его пульс, спрятал пистолет и достал рацию.

— Труп на пожарной лестнице. Женщину допросить, — сказал он и склонился ко мне. — Все закончено. Никто не пострадал.

Он прикоснулся к моему лицу, вытирая слезы, а я не могла даже пошевелиться. Смотрела на распластавшийся по полу труп, только что грозивший мне и моей семье расправой. На какую-то долю мне казалось, что это не он там лежит, а я, и это все предсмертная агония.

— Дай помогу встать, — сказал Михаил, поднимая меня.

Мы вышли в холл, встретившись с парой полицейских.

— Нужно успокоительное, — Михаил подозвал к себе идущего по коридору врача.

Меня привели в небольшую светлую палату. Внутри все еще все дрожало, а стоило закрыть глаза — перед взглядом вспыхивал тот наемник с пустыми. стеклянными глазами, нацеливший на меня пистолет. Явился врач, уколол что-то мне в вену. Я даже не почувствовала боль от укола.

На короткое время, а может, и не на короткое, я отключилась, а когда снова пришла в себя, увидела перед собой лицо Михаила.

— Где Вадик? — хрипя спросила я.

— С ним все в порядке, — ответил он. — Люцифер просил присмотреть за тобой, пока он в Праге. Я и примчался.

— Что с меня хотел тот человек?

— Не представляю. Еще одного поймали рядом с квартирой Зарова. Их опознали. Банда наемников, делают грязную работу для всех, кто хорошо платит. Заказчика они не знают и тут я им верю. Сказали, что им заказали забрать у тебя флэшку или телефон. Что-то на чем может храниться информация.

— Заров мне ничего такого не давал.

— Или дал, — Михаил вздохнул. — Но ты об этом не знаешь. Ты ведь была в этой же куртке, когда выезжала из Праги?

Михаил встал, взял мою куртку, пристально посмотрел на неё.

Неужели Заров подбросил что-то мне без моего ведома и из-за этого чуть не пострадала моя семья?

Михаил разложил её на белом медицинском столике, принялся водить по ней руками.

— Вот тут, кажется, что-то есть, — пробормотал про себя он, достал из кармана складной нож, отрезал одну из пуговиц.

— Потайной карман. В его стиле, — с этими словами он извлек на свет что-то черное, миниатюрное, размером меньше ногтя. — Карта памяти. Мы её проверим.