Зависимая - Тори Озолс

– Я не люблю оружие, – она проигнорировала его высказывание.

– Уверяю, тебе понравится.

– Где Девил?

– Сначала выстрел, потом ответ.

Она с минуту смотрела в его глаза, но так ничего и не смогла прочитать в них. Там не было ничего, и это настораживало. Такая заразительная улыбка и такая пустота в глазах.

– Бери.

Он протянул ей пистолет, и она посмотрела на его руку, словно там находилась змея. Такой неподдельный ужас отразился в ее глазах, что он вовсю рассмеялся.

– Он не укусит. Это «Taurus PT 940». Весит около восьмисот граммов. Тяжеловат для твоих ручек, но у нас нет ничего полегче.

– Один выстрел – и ты отвечаешь на все мои вопросы.

– Наивный Ангел, – засмеялся он. – По выстрелу за вопрос. Но ты должна попасть в мишень.

В его голосе было слышно не просто сомнение в том, что у нее это получится, но и полная уверенность в том, что она промахнется. Алекс гордо вздернула подбородок и взяла оружие в руки. Как только она ощутила его тяжесть, воспоминания об отце накрыли ее.

– Левая нога вперед, Алекс. Смести на нее вес. Твое тело должно быть неподвижно, а правая рука полностью выпрямлена.

– Папа, я больше не могу. У меня руки болят.

– Боец не жалуется, Алекс. Терпи, ты же хочешь пойти по моим стопам? Это были твои слова, милая.

– Да, сэр».

Ее пальцы вспомнили, и, не задумываясь, она сразу же правильно взяла пистолет, чем вызвала удивление Хангера, пусть он и не показал этого. Она повернулась к мишени и прицелилась.

«– Мушка должна быть ровной, Алекс. Помни об этом. Только тогда прицел будет точным.

– Да, сэр.

– Держи пистолет, словно обеденную ложку. Не сжимай его сильно. Это лишь добавит колебаний».

Голос отца звучал в мыслях, возвращая ее в дни детства. Она встала в стойку, прицелилась и выстрелила. Звук выстрела оглушил ее на минуту. Сердце бешено стучало в груди, а кровь яростно бежала по венам. Она тяжело дышала, но ей безумно понравилось это чувство. Ей казалось, что она освободилась от внутренних барьеров. Словно что-то взорвалось внутри.

Нет, она не попала в сердце, но попала в мишень, и после того как Алекс поняла это, она быстро повернулась и с вызовом посмотрела на Хангера.

– Когда он вернется? – сразу же задала она самый главный вопрос.

– Через пару дней, скорее всего, на выходных, – все еще не веря в ее удачу, ответил он.

Алекс кивнула и снова повернулась к мишени. Выстрел прозвучал, и она вновь попала в цель. Но все же слегка скривилась, так и видя, как отец качает головой, говоря, что он учил ее лучше. Но это все, что она могла вспомнить. Без постоянной практики ее умение исчезло, и она давно забыла о нем, стараясь угодить матери. Сейчас Алекс вспомнила, как первый месяц после смерти отца постоянно находилась в тире, заглушая боль выстрелами.

– Ты хочешь закончить так, как твой отец? С пулей во лбу?! – кричала ее мать, когда она наконец возвращалась домой поздно вечером. – Не смей больше ходить туда! Ты меня слышишь? Не смей!

Алекс выстрелила снова, а потом еще раз и еще. Она нажимала на курок, пока не кончились патроны. Она тяжело дышала, но глаза искрились ярким светом.

– Не такой ты и ангел, оказывается, – произнес за ее спиной Хангер. – Видно, что ты не девственница и знакома с этим прибором.

– Пошло, Хангер, слишком пошло, – с улыбкой произнесла она и сразу же услышала его дикий смех, который сейчас ей казался таким заразительным.

– Мы не скажем об этом Дьяволу. Пока не скажем, – хитро подмигнул он, подходя ближе к ней и ожидая, когда приблизится мишень.

Он взял расстрелянный лист в руки, внимательно рассматривая его.

– Нет, сначала доведем тебя до совершенства. Дьяволу нужно показывать только идеальную работу. А ты даже не задела жизненно важные органы, не говоря о сердце.

– Я не держала в руках оружие около десяти лет, даже больше.

– Ты забыла, как это будоражит. Эта приятная тяжесть в руках, от которой кровь течет быстрее по венам, и ты чувствуешь силу и власть, – тихо прошептал он, нагнувшись к ее уху.

– Я хочу еще.

– Самые сладкие слова из уст женщины, – со смехом произнес он. – Я уверен, Девил не раз слышал их от тебя.

– Боже мой, да ты озабоченный, – игриво ответила она. – Что, давно никто не давал?

– Мне не нужно давать. Я сам беру все, что хочу. А желания у меня совсем не обычные.

Неизвестно почему, но его слова развеселили ее, хотя она понимала, что в них нет ни капельки лжи, и ей бы стоило посочувствовать тем, кто познал на себе все его пристрастия. Но, как ни странно, она не чувствовала к ним жалости так же, как к нему отвращения. Ведь это было настолько естественно для него, что невозможно было ожидать чего-то другого. В этом – весь Хангер. Безумный в своих грешных желаниях, в жажде пыток и крови.

Он зарядил пистолет, и Алекс снова взяла его в руки. Она прицелилась и выстрелила, понимая, что с каждым выстрелом все больше отдаляет себя от той, кем она была. И была ли она такой на самом деле? Или же она жила в мире своих иллюзий, играя ту роль, которую ее мать создала для нее?

– Не думай о стрельбе, почувствуй ее всем своим телом. Отдайся ей, и она станет твоим наркотиком, – произнес Хангер.

И Алекс снова выстрелила, стирая тревоги последних дней. Она больше не стала спрашивать его ни о чем, ведь если Девил вернется к выходным, то это значит, он цел и невредим. Пусть беспокойство о нем осталось, но теперь ей было чем занять себя до возвращения ее самого сильного наркотика.