Искушение для Кати - Харли Напьер

Я от души напилась чаю и рассказала маме нашу версию отношений с блондином. Она была так рада за нас, что даже немного всплакнула. За окном уже давно стемнело, и я отправилась в свою комнату. Не знала спят мои мужчины или ещё нет, но решила сразу рассказать новости.

«Я сказала маме, что Егор мой парень.»

Кинула сообщение в общий чат, и с волнением уставилась на экран, нервно кусая ноготь. Не спят. Оба что-то пишут. 

«Ожидаемо. Она меня терпеть не может.»

Прилетело от Самойлова. Черт, жаль эмоций по этим сообщениям не разобрать.

«Ты не против?» - напечатала в ответ.

«Воу, Катюша. Как твой официальный парень, говорю тебе: "Быстро спать!"»

Реакция Малиновского вызвала улыбку, но я все равно, с напряжением ожидала ответа брюнета.

«Она и расстаться с тобой может, если что. Не против.»

Вот теперь смогла выдохнуть, а эти двое стали перекидываться колкостями и штуками. Я тихонько хихикала читая их переписку. Разве такое бывает, что люди так счастливы… 

Пока они веселись подобным образом, я успела принять душ и лечь в кровать. Настроение было на взлёте, душа требовала мелкой пакости, и я задумала подразнить своих мужчин. Скинула лямки ночнушки и, обернувшись простыней так, словно под ней, я обнаженная, сделала селфи. Фотка получилась отпадная. Волосы растрепаны, щеки раскраснелись, ещё и смотрела в камеру, как девушка с низкой социальной ответственностью. Быстро кинула её в общий чат и подписала:

«Спокойной ночи, мальчики… »

«А без простыни?»- прислал Егор.

«Ох, Катерина... С огнём играешь, я ведь и приехать могу сейчас» - добавил Глеб.

Отключила интернет и с довольной улыбкой отправилась в царство Морфея.

***

– Давайте, не как в прошлый раз, - сурово отчитывал нас с Малиновским  Самойлов. Мы стояли у входа в клуб, и ждали окончания его наставлений, - Никаких поцелуев, лапаний и провокаций. Ясно? 

О-о-о, Глеб был очень зол. После нашей недавней поездки к знакомому парней, брюнет рвал и метал. Тогда Егор весь вечер на правах моего парня зажимал меня по углам, а брюнету приходилось наблюдать за нами и делать вид, что ему плевать. Он, конечно, потом оторвался по полной, но такие выходы были для него тяжёлым испытанием.

Нас же, как черти драли. Понимание того, что Самойлов рядом, смотрит, и ему нельзя, заводило нас ещё больше. Признаться, мы специально его дразнили... Но ему об этом не известно...

– Хорошо.

– Конечно-конечно.

Мы, искренне уверяя брюнета, строили самые честные и наивные лица на земле, но он не повёлся...

– Блядь, врёте же. Я предупредил, - бросил недовольный Самойлов и двинулся ко входу.

– Ну, что Катюш, будем паиньками? - лукаво спросил Малиновский.

– Постараемся, - в тон ему, хихикнула в ответ.

В клубе нас уже ждали друзья парней, пришлось сдвинуть несколько столов, для такой большой компании. Все гудели, общались и были на веселе. Вначале ребята шушукались по поводу наших отношений с Малиновским. Я ведь встречалась с Антоном, да и все думали, что мы двоюродные брат и сестра. Но постепенно народ узнал правду и свыкся с нашей парой, в общем, перестали шептаться и приняли факт наших отношений. Неудобную тему о моем бывшем, больше не поднимали, как и то, что из-за Самойлова, Лизу больше никто в эту компанию не приглашал. После их расставания ее сделали персоной нон грата.  

Громкая музыка, дым кальянов и весёлый смех, все это создавало особую атмосферу, в которой хотелось отрываться по полной. К Глебу сразу приклеилась какая-то блондинистая мадам, которую я видела впервые. Самое отвратное то, что он охотно с ней общался, бросая на меня взгляды из серии: "Ревнуешь?". 

Мы сидели напротив друг друга, поэтому обзор на ее интимные нашептывания в его ухо, глупые ужимки и смешки, был великолепный. Сам напросился, мстительно подумала я и повернулась к блондину.

– Горя-я-я, - протянула ему на ухо, заставляя отвлечься от беседы с рыжим парнем и замереть с бокалом в руке.

– М-м-м? - удивлённо посмотрел он на меня, моя рука уже расположилась на его ширинке.

– Давай поиграем? Он смотрит? - с придыханием прошептала, лизнув мочку Егора и целуя его шею.

– Да-а-а, - коварно отозвался Малиновский, сразу включаясь в игру. Поставил стакан и нырнул рукой под моё коротенькое платье, лаская кожу и пуская приятные волны по телу, - Ещё немного и пар из ноздрей пойдет, - хмыкнул он, поворачиваясь ко мне и развязно целуя в губы. Провела руками по торсу мужчины, зарылась пальцами в его волосы и, немного прогибаясь в спине, просто транслировала волны неподдельного, между прочим, возбуждения. Простонала в рот блондину, когда он коснулся моих трусиков, захватил своими губами мою нижнюю и стал посасывать. Я воспламенилась, как тлеющий уголёк, на который плеснули керосином. Это было так неприлично, так пошло, и мы творили это все на людях. Окружающим, в большинстве своём, было плевать, мы пара, ничего необычного, но темные глаза брюнета просто прожигали нас. Мы чувствовали его возбуждение на расстоянии, его ярость и желание присоединиться.

– Если мы продолжим в том же духе, то я возьму тебя прямо здесь, - предостерёг меня Малиновский, убирая руку и отстраняясь. Волосы растрепанные, глаза горят, в штанах у него огромный бугор, возбудила я его знатно. Теперь этого и не скрыть.

– Я сама сейчас тебя изнасилую, - хмыкнула в ответ, - Пойду освежусь, - поднялась со своего места и отправилась в туалет. Мне необходима передышка, иначе я взорувсь. Между ног мокро, пульс в ушах стучит набатом, поиграли, блин.

Я покинула основной зал и свернула в узенький, плохо освещенный коридор, ведущий к туалетам. Но до уборной я так и не дошла. Знакомые сильные руки схватили за талию и утащили с траектории моего движения. Разъярённый Самойлов поднял меня над полом, и быстро направился прочь из нужного мне коридора. Я взвизгнула и испуганно спросила:

– Мы куда? Вдруг кто-то увидит?

– Поздно, - рыкнул Глеб, - Добилась чего хотела? Я же предупреждал..., - с этими словами, он запихнул меня в комнату для приватов и закрыл дверь на замок.

– А как же Егор? - тоненько пискнула, наблюдая за тем, как слетевший с катушек Глеб, глубоко дышал. От него исходили волны желания, секса и... опасности. Мой возбужденный самец… 

– А он подождёт, - снова рыкнул Самойлов и, схватив меня за шею, припечатал к стене, впиваясь в губы жадным поцелуем...

 Я с головой тонула в его страсти... Сильные руки властно, на грани боли сжимали мою шею. Губы яростно и требовательно атаковали мой рот, выбивая весь воздух из лёгких, снося все мысли лавиной какого-то животного, первобытного возбуждения... Внизу живота всё горело и изнывало от желания. Я безумно хотела этого мужчину, без нежности и ласки. Так, как умел только Самойлов.