Во власти незнакомца - Тати Блэк

Сначала она услышала тихое дыхание, а следом ей разрешили избавиться от повязки:

– Вы можете снять ленту.

О, это был… невероятный голос. Тихий, с нотками хрипотцы, довольно низкий и посылающий по телу вибрацию. Сразу захотелось увидеть его обладателя, хотя, Олеся прекрасно понимала, что это последнее, что ей будет позволено сделать.

Она убрала повязку с глаз, но оказалась в точно такой же темноте, в которой пребывала весь путь в эту комнату.

– Сделайте два шага вправо. Там кресло. Присядьте, – снова раздался тот тембр, который она готова была слушать и слушать.

Олеся послушно исполнила то, что ей сказали и опустилась в мягкое удобное кресло. Сложила руки на коленях, будто покорная ученица, и вдруг, совершенно неожиданно даже для себя самой, выпалила:

– Я боюсь.

Она никогда не спешила признаваться в собственных страхах, и что сейчас понудило её это сделать, Олеся не знала.

– Боитесь? Чего именно?

– Я не знаю.

– Вас никто не будет удерживать здесь насильно. Если конечно, вы этого не захотите.

– Я не захочу.

Олеся чувствовала себя так, как, должно быть, ощущает себя муха, угодившая в медовую лужицу. Когда кругом – сладостная эйфория, а ты тонешь и тонешь, зная, что это погибель, но избавиться от неё не можешь, да и не хочешь.

– Какие вопросы у вас есть?

– Ну… я хотела бы узнать более подробно, что именно мне нужно будет делать.

– Проводить со мной время. Здесь.

– За разговорами?

– А вы хотите большего?

Олеся округлила глаза. Незнакомец словно читал каждую её мысль. Вернее, ощущения, которые она испытывала. Она не знала ни его имени, ни того, как он выглядит. Не знала ни о его прошлом, ни о настоящем… но уже была очарована всем тем, в чём оказалась.

– Не хочу. Просто не понимаю, как именно мы будем проводить с вами время.

– Например, станем обсуждать всё, что нам нравится. Вас это устроит?

– Вполне. Есть какие-то запретные темы?

– У меня – нет. А у вас?

– Пока не знаю. Я не думала об этом.

– Тогда подумайте.

Олеся чуть откинулась на спинку кресла, расслабляясь. Похоже, пока никто её здесь ни убивать, ни насиловать не собирался. И вообще давали понять, что она может чувствовать себя в безопасности и у неё имеется выбор.

– Если мне будет претить какая-то тема, я смогу сказать об этом?

– Конечно. Я не хочу принуждать вас ни к чему. Думаю, мы будем говорить только о том, что нам нравится. Например, мне нравится множество вещей… сказки.

– Вроде «Тысячи и одной ночи»?

– Вроде того.

Ей послышалось, или в голосе незнакомца засквозил смех?

– Или приключения пиратов. А что нравится вам?

Этот вопрос застал врасплох, потому что Олеся не знала, как ей на него ответить. Вернее, ей нравилось очень многое, а вот могло ли это заинтересовать мужчину, что был с ней рядом в тёмной комнате, она не знала.

– Мне нравится фантазировать.

– Вот как?

– Да.

Она замолчала, молчал и он, но это не давило, напротив, казалось совершенно закономерным.

– Я должна знать что-то ещё о том, что мне предстоит? – наконец задала она вопрос. И услышала неожиданное:

– Вы будете жить в этом доме. Приходить в эту комнату, когда я вас позову. Выезжать к родным или куда вам необходимо, сможете в любое удобное для нас обоих время, предварительно согласовав это со мной через моего помощника. И есть кое-что ещё.

– Я слушаю.

– Вы можете ходить по дому и пользоваться любым его помещением, кроме двух – вход в эту комнату вам разрешён только тогда, когда я вас сюда позову. И есть ещё одна запретная территория на первом этаже, куда заходить вам запрещено под страхом смерти.

Олеся нервно улыбнулась, чего незнакомец, разумеется, видеть не мог. Он так шутит? Похоже, что нет. И гробовое молчание было тому доказательством.

– Я не слишком любопытна, – проговорила она. – У меня есть ещё один вопрос – я могу подумать?

– Можете.

Послышался шорох, затем – тихие шаги. Кажется, он собирался уйти. Она не понравилась ему? Отстранила своими сомнениями? Что-то сделала не так?

– А как я могу к вам обращаться? – спросила она, поднимаясь из кресла следом за незнакомцем.

– Мы обсудим это при следующей встрече, когда она состоится.

– Если она состоится, – поправила Олеся.

– Как вам будет угодно.

Она услышала, как мужчина берётся за ручку на двери, но не успела сказать ни слова, как он добавил:

– Подождите несколько секунд, после чего вас выведут из комнаты. До встречи.

Олеся так и застыла, не зная, что ей сделать, чтобы незнакомец остался и ответил на целый сонм вопросов, которые у неё появились, и когда дверь за ним захлопнулась, не пролив ни капли света на окружающую обстановку, ответила едва слышно:

– До встречи…

***

– Ну как она тебе?

Вадим, его многолетний помощник и друг, бесцеремонно приземлился на край рабочего стола своего «хозяина», заставляя в очередной раз поразиться тому, как легко умел перевоплощаться из строгого и холодного делового человека в того, кого так близко знал он сам – приятеля, с которым в юности можно было весело надраться, обнаружив себя утром черте где, и с которым теперь, годы спустя, мог разделить не только бутылку, но и любую проблему. Даже то больное и запретное, что держал внутри и чего не позволял касаться никому иному.

– Она… иная, – наконец ответил он Вадиму после продолжительной паузы. – Не такая, какой я себе ее представлял.

– Ты тоже оценил ее стройные ножки под далеко немонашеской юбкой? – живо полюбопытствовал Вадим.

– Не говори ерунды, – фыркнул в ответ «хозяин». – Там было темно и к тому же…

– А я тебе говорил, что это плохая идея, – встрял друг. – Такое зрелище в итоге потерял.

В ответ он лишь нарочито вздохнул, давая понять, что теряет терпение. Впрочем, Вадика – того единственного человека, который смел его перебивать – этим было не пронять.

– Такое зрелище можно купить в любом стрип-баре, – наконец отрезал «Хозяин». – Я не об этом. Просто не ожидал, что она такая…

– Привлекательная? – живо подсказал Вадик.

– Может, ты дашь мне договорить? – саркастически поинтересовался он в ответ. – Ты как мартовский кот под валерьянкой.

– Между прочим, имею право. На дворе как раз март, – беззаботно хохотнул друг. – Так что ты там говорил? Она такая?…