Тихоня для мажоров - Лили Ред

— Я обещаю быть послушной, — еле выдавливаю из себя эти слова.

Глаза Артема находятся так близко, что я вижу, как от моих слов расширяются его зрачки. От частого дыхания мои губы пересыхают настолько сильно, что я испытываю непреодолимое желание облизать их. Именно это я и делаю. Под его пристальным взглядом медленно обвожу губы языком.

Чувствую, как он тут же возвращается с поцелуем и пугаюсь его силы и ловкости, с которой он набрасывается на меня. Я прячу язык до того, как он успевает прикоснуться и слышу его разочарованное:

— Не успел. — Я прикрываю глаза, но чувствую его улыбку. Ему нравится эта игра. — Но я очень надеюсь, что ты будешь послушной. Плохо-о-ой, — тянет Артем хрипловато. — Очень плохой девочкой, но послушной.

От вибрации его голоса по коже тут же пробегают мурашки.

Да-да-да. Черт возьми, миллион да! Сегодня я хочу быть под ним, кричать от ласк, стонать от его движений во мне. Я просто хочу Артема.

Возможно у меня никогда больше не будет такого мужчины, но на сегодня он мой. И я готова на многое, если не на все, чтобы этот момент ни за что не прерывался. Где там Люцифер с предложением подписать договор? Я согласна.

— Где поставить подпись? — В ужасе распахиваю глаза, понимая, что сказала это вслух?

Кошмаа-а-а-арррр…

— Мы закрепим нашу сделку поцелуем, — ухмыляясь, отвечает Артем. — И не только им.

Слышу сигнал лифта. Створки открываются, и Артем отрывается от меня, хватает за руку и буквально тянет за собой по коридору. У него почти не остается сил терпеть, а у меня никак не получается идти быстрее: шпильки утопают в ворсе ковра, мешая передвижению.

Артем хочет подтянуть меня к себе, но я чувствую, как почти падаю. Меня тут же подхватывают крепкие руки, и я с благодарностью смотрю на Артема, понимая, что если бы не он… не было бы никакого секса, никаких оргазмов, смятых простыней и слез в подушку на утро.

О чем я только думаю, когда меня держит такой мужчина?

— Думаешь сбежать от меня раньше времени? — И вновь эта порочная ухмылка на его лице.

— Нет. Это все чертовы каблуки. Их придумывают изверги, — я говорю полную чушь, потому что сейчас, когда он так неприлично близко и я вновь чувствую его тепло, мозг отказывается функционировать.

— Их придумывают гении, в них твои ноги будут смотреться охуенно. На кровати только ты: голая и в шпильках. Сам грех и порок в одном лице.

— Почему одна? — Завороженно наблюдаю за тем, как шевелятся его губы. Пытаюсь услышать его слова, но смысл до меня не доходит.

— Потому что в начале я хочу попробовать твой милый ротик.

Артем опускает меня на пол, прижимает к своему телу крепче, а я и так пошевелиться не могу: вся эта обстановка, нахлынувшие эмоции и чувства за гранью моего понимания. Таких фраз, таких оборотов я в жизни не слышала. И это выбивает землю из-под ног, моя голова кружится, а внизу живота начинает учащенно пульсировать.

Слежу за тем, как Артем проводит магнитной картой и открывает дверь, заходит внутрь и медленно утягивает за собой. Теперь он растягивает момент. Неужели снова прелюдия? Мы только что ею занимались в коридоре, в лифте, на танцполе.

— Выпьем? — заигрывая, приподнимает и опускает брови, и я понимаю, что предложение более чем заманчивое.

— Не откажусь, — тут же отвечаю, сглатывая.

Я не передумаю, но сейчас жизненно необходимо что-то выпить. А лучше почувствовать его губы и поцелуй, который дурманит хлеще алкоголя.

Артем на секунду отворачивается к мини-бару, достает оттуда ведерко с шампанским и быстро наполняет бокал, протягивая его мне.

— Спасибо, — тихо благодарю его и едва сдерживаюсь, чтобы не осушить бокал полностью. Вместо этого отпиваю половину и улыбаюсь.

— Разденься для меня, — слышу его хриплый голос и снова делаю глоток.

Артем дожидается, когда я выпью все до последний капли и забирает фужер из моих рук.

А почему бы и нет? Я многое сегодня делаю в первый раз…

— Тут нет музыки… — томно произношу, отталкивая его к кровати.

Артем отступает назад, щелкает пальцами и из колонок начинает играть песня. Она не мелодична, но и не быстрая, скорее, страстная, как раз под стать нашему вечеру.

— Это волшебство?

Он упирается ногами о кровать, и я толкаю его сильнее, чтобы он на нее упал.

— Это магия, детка. Раздевайся. Порадуй меня.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Я раньше никогда не танцевала, но сейчас во мне просыпается дикая кошка, которая хочет доказать самой себе, что может и умеет. Плавно изгибаясь в такт музыки, я спускаю бретельку платья, полностью оголяя плечо. Приподнимаю ногу вверх и ставлю ее возле Артема. Разрез на платье расходится, представляя мужскому взору мою стройную ножку. Его взгляд опускается на место, где расходится разрез, и темнеет. Мужчина точно замечает отсутствие белья, и я улыбаюсь.

— Давай, детка.

Он подстегивает меня, я и не хочу медлить. Опускаю вторую лямку и платье скользит по моей груди, цепляя отвердевшие соски. Поднимаю вторую ногу и ставлю рядом с ним: платье спускается вниз, полностью обнажая меня перед Артемом.

Его взгляд блуждает по моему телу, на секунду задерживаясь на киске, он видит, что мои складочки мокрые и требуют его внимания. Я натянута, как струна и не понимаю, почему он медлит. Он должен набросится, но сейчас просто осматривает меня.

— Мы будем трахаться долго, — грубо отвечает Артем и рывком буквально насаживает на свои колени. — Но вначале я хочу, чтобы ты мне отсосала.