Жена моего отца - Елена Безрукова

И без того тёмные глаза будто потемнели ещё больше. Но вместо того, чтобы начать спорить, Артур растянул свои мужественные губы в улыбке, и с ядом в голосе ответил:

— А это временно, уважаемая Ирина Владимировна. После суда вы не будете владеть и одним процентом от этих акций. Они вам не принадлежали и никогда принадлежать не будут. А пока у вас есть время — вы можете поиграть ещё немного в большого босса. А после суда вы тихо и мирно уй-дё-те.

— Пусть это решит суд, — улыбнулась ему в ответ.

— Вы полагаете, может быть вынесено какое-то другое решение? Вы очень наивны, Ирина. Владимировна.

Я полагаю, что он подключит всех своих адвокатов, чтобы отнять у меня пакет акций, но озвучивать вслух я это не стала.

— Поживём — увидим, Артур. Кириллович.

— Что ж… Подождём суда. Может быть, к тому моменту что-то ещё изменится.

Я поняла, на что он намекает. Что он докажет мою вину в смерти отца, и вместо получения наследства я сяду в тюрьму. Но этого не будет, потому что я не виновата.

— Ещё вопрос. Что планируешь делать с домом? — продолжил выспрашивать Артур.

— Планирую его продать.

— Что так плохо? Не по карману стал? — сделал он заинтересованное лицо.

Издевается. Впрочем, как и всегда.

— Да, именно не по карману. Счета Кирилла заморожены. Мне будет нечем платить за этот дом.

— Да, — кивнул Артур. — Так и вижу заголовки газет. На первой полосе — "Вдова Кирилла Багрова доживает свой век в съемной халупе на окраине города и влачит жалкое существование". Печальный финал твоего замужества.

— А ничего плохого в съемной квартире нет.

Не люблю пижонов. До брака с Кириллом я арендовала жильё. Ничего здесь стыдного нет. Не всем дано рождаться принцами в шёлковых пелёнках, как некоторым.

— Ну, тебе виднее. Поверю на слово. Ты у нас куда более опытный в этом вопросе человек. Если захочу проверить твою теорию и поиграть в «Последний герой» в сарае спального района — позвоню тебе. Посоветуешь, что веселее — тараканы, разбитый санузел или выходящие окна на трассу.

Промолчала. Не вижу смысла раздувать этот бессмысленный спор. Хотелось уже завершить диалог и уехать отсюда, подальше от чёрных глаз.

— Так вот — на дом я тоже буду претендовать. Можешь отказаться от него в мою пользу, и тогда платить за него не придётся.

— А это тоже пусть решает суд, — встала на ноги.

Нет больше сил слушать его и терпеть издёвки. Я ему всё сказала.

— Ну хорошо, пусть решает, — встал он следом за мной. — А ты пока себе халупку подбирай. Правда, сначала надо на неё заработать. Ты же не работала, пока была замужней дамой. Но если ты всё еще танцуешь приват-танцы, могу порекомендовать тебе пару потенциальных клиентов. Состоятельные мужчины. Тебе вполне хватит и на халупку, и на все эти красивые тряпочки.

За время, пока говорил, Артур подошёл ко мне почти вплотную. Он потянул меня за края шарфа и горло слегка сдавило. Рукой вцепилась в шёлковый аксессуар на шее, чтобы он не придушил меня совсем. Выдернула из мужской руки свой шарф, тяжело дыша.

Он меня в очередной раз обозвал проституткой. Я долго это терпела, но больше не выдержала. Схватила со стола стакан с водой, которую пил не так давно Артур, и выплеснула жидкость ему в лицо.

На секунду он зажмурился, а когда снова открыл чёрные глаза и посмотрел на меня, я похолодела. По его лицу и щетине стекала вода прямо на дорогущий костюм. Чёрт, что я натворила? Он меня сейчас просто придушит на самом деле мои же шарфом. Мужчина глухо рыкнул и сделал шаг ко мне.

Сильная рука вдруг схватила у корней мои волосы и довольно ощутимо натянула, заставив подбородок взметнуться вверх. Мне некуда деться, я в капкане мужских пальцев и вынуждена смотреть в его злое лицо.

— А ты ничего не путаешь? Ты забыла, с кем говоришь, лимита?

Я молчала, часто дыша от испуга. Не ожидала, что он сделает так и применит ко мне силу.

— Не смей так больше делать. Иначе я очень рассержусь, — волосы натянулись ещё сильнее, уже на грани с болью, которую мужчина едва не переступал.

Он опустил глаза на мои разомкнутые со страха губы, которые оказались слишком близко к нему, и я застыла на месте. Артур смотрел на них так, будто сейчас возьмёт и поцелует меня. Сердце в груди забилось ещё быстрее.

Так же внезапно он отпустил мои волосы, опустив руку, и отвернулся к огромному панорамному окну.

— Свободна, — небрежно бросил он мне. — Про Свету можешь забыть. Всё отменяется.

Выдохнула. Ну вот, всё испортила. Девочка так ждала меня, но её брату будто всё равно. У него просто нет сердца, его не трогают переживания девчонки, оставшейся по воле судьбе без семьи.

— Ты всё ещё здесь? — повернул он голову в профиль.

Развернулась и вышла вон. Бесчувственный чурбан.

Ничего у меня не вышло. Прости, Света.

