Виноградные грёзы. Книга 1 - Джулия Романтик

Вот они мы. На безопасном расстоянии.

А вот мое сердце. То, что от него осталось.

В этом городе, я убедилась,

Однажды, однажды, да…

У меня была надежда, слепая вера.

(c) Hurts «Once» (cover Diana Vickers)

Неделя в Сан-Диего! Живу с Эйприл и ее братом, год назад они съехали от родителей. Адам симпатичный: черные волосы, острые черты лица, татуировки на руках. Спустя несколько дней, когда я и Адам сидели в гостиной, то впервые поцеловались.

Стивен Рэтбоун остался в городе: после концерта группа поехала отмечать в клуб и там барабанщик повредил спину. Бен попал в больницу, а ребята приняли решение задержаться на пару дней. Я убеждала себя: да, Стивен в Сан-Диего, возможно, идет по соседней улице, но я не буду с ним. Такие, как я, не встречаются с такими, как он. Вот студент Адам мне подходит. Может, коротким разговором на автограф-сессии Стив благословил на жизнь без него? Теперь спасать сломленную девушку из песни не нужно. У нее есть Адам.

Главную цель – убежать от прошлого – я достигла. Но я понимала: не смогу долго пользоваться гостеприимством новых друзей, и мысль, что делать дальше, посещала всё чаще. Не хочу домой.

***

– Эйприл! – возмутилась я в трубку. – Где ты? Мы договорились встретиться в торговом центре, жду уже час.

– Прости, Ари. Не отпускают с работы, – хныкала подруга.

– Держись, встретимся вечером.

Я сбросила вызов. День не задался: отсутствие транспорта в ливень, потеря любимого кольца, Эйприл не смогла приехать. Согревали мысли о том, как мы проведем вечер с Адамом: сходим в кино или погуляем по парку.

– Да, группа Grape Dreams останется в Сан-Диего еще на неделю. Бен поправляется, спасибо за сообщения, вы лучшие фанаты!

Подняв голову, я увидела над эскалатором телевизор: Стивен Рэтбоун давал интервью. Еще неделя в одном городе? Домой я ехала с туманом в голове. Вздрагивала, когда видела в толпе кого-то похожего на Стивена: взлохмаченные темные волосы, шляпа, клетчатая рубашка или чехол с гитарой за спиной.

Повернув ключ, я зашла в квартиру.

– Адам? Эйприл?

Ответом мне послужило шуршание, негромкие голоса. В доме воры? Я прокралась в гостиную… Не воры. На диване лежала полуголая блондинка, а на ней – Адам. Мой Адам. Он страстно целовал ее губы, а его руки скользили по пышной груди. На пальце красотки сверкнуло мое кольцо.

– Адам…

Уверенность в человеке не оставляет шансов справиться с болью от предательства. Ради Адама я твердила, что комфорт важнее чувств, меня не нужно спасать, я в безопасности.

– Ари, ты не так всё поняла! – Парень вскочил с дивана. – Меган… она…

Но я не слушала, качая головой:

– Я доверилась тебе.

– Ну, прости! – Адам развел руками. – Кто виноват, что ты не даешь мне того, что нужно нормальному мужчине?! Думала, за красивые глаза у меня в доме осталась?

Я молчала, не в силах остановить беззвучную истерику. Всё сливалось в темное пятно, я уцепилась за стену, едва держась на ногах.

– Ничтожество! – донесся его голос. – Я тратил на тебя время и деньги, а ты ломалась, грязная иммигрантка!

– Зачем ты так? – прошептала я.

Но ответ ударился о пустоту: я выбежала из квартиры, желая никогда туда не возвращаться.

***

Из-за Адама я пыталась забыть Стивена: не искала встреч, не читала новости о передвижении музыканта по городу, не мечтала. Никогда я не разделяла людей на тех, кто рядом, а кто – нет, близкие могут быть чужими. Для меня важны мои чувства. И я упускала возможность высказать их. Доверившись Адаму, его словам о любви с первого взгляда, мнимой искренности и порядочности, я убеждала себя, что стоит отпустить Стивена. Я пыталась полюбить Адама, а он не мог удержать член в штанах пару недель, пока я осваиваюсь! И что хорошего в реальных отношениях? Проще любить картинку, с которой никогда не будешь. Боли меньше, ведь изначально знаешь, чем дело кончится – ничем.

Стемнело. Я остановилась на одной из улиц незнакомого района. Компанию мне составляли редкие фонарные столбы и припаркованные автомобили. От холодного воздуха щемило легкие. Убегая, я успела только обуться и схватить сумку, поэтому сейчас, в майке и рваных джинсах, я замерзла и не чувствовала пальцев. Без сил я опустилась на асфальт. Зря осталась в этом городе. Я подумала о Стивене: он посмотрел на меня, поговорил со мной… и что? Мечты не сбываются. Мои уж точно. Сколько раз нужно повторить, чтобы перестать надеяться? Утром я заберу вещи и уеду обратно в Москву.

Раздался скрип тормозов, визг шин, ругательства, и я увидела в нескольких сантиметрах от своего лица горящие фары. Меня ослепило, я ринулась в сторону. Отскочила вовремя – автомобиль проехал рядом, чудом не задев. Я и забыла, что сидела на проезжей части.

Машина врезалась в столб, потом съехала на обочину. Секунд десять тишина. Вновь ругательства. Я, пошатываясь, встала с асфальта. Локоть разодран в кровь, а тело горело от пары свежих синяков.

– Ох, черт, Джерад, ты слепой?! – Дверцы автомобиля громко хлопнули, водитель и пассажир вышли на улицу. – Ты идиот! Кретин! Придурок! – возмущался пассажир.

– Ты меня отвлек, вот я и не увидел эту идиотку! Чего людям дома не сидится?! – ответил водитель. – Твою мать! Моя тачка!

– Джерад, ты человека сбил, а тебя волнует машина?!

– Всё в порядке, – пробормотала я, жмурясь от яркого света фар и кашляя от дыма из разбитого капота.

Голос… знакомый…

– Точно? – Ко мне подбежал мужчина.

Он загородил фару, и я смогла разглядеть лицо. Зеленые глаза. От удивления я отшатнулась, вновь шмякнувшись на холодный асфальт, – напротив стоял Стивен Рэтбоун. Не дождавшись ответа, он присел и осмотрел мою руку.

– Может, в больницу? – спросил он, параллельно сняв кожаную куртку и накинув ее на мои голые плечи. – Мы как раз оттуда, друга проведывали.

Верно, Бена.

– Не надо! Я в порядке.

– В порядке? – удивленно выдохнул Стивен.

Наверное, я выглядела паршиво. Он осторожно коснулся пальцами моего лба, убирая прилипшие волосы. Его руки были холодными, но, соприкоснувшись с моей кожей, теплели – особенность организма.

– Да. Просто…

Я качнула головой, с трудом сдерживая слезы. Получше натянув на плечи куртку, я всхлипнула. Надо же, Стивен Рэтбоун опять спасает меня.

– Мы виделись? – Стив почесал лохматый затылок и сел на обочину, совершенно не боясь замарать джинсы о пыль и грязь.

Стивен помнит меня? Из десятка лиц, смутно, но помнит меня? Задумавшись о концерте, мы оба отвлеклись от происходящего. Я заметила, что успокоилась и впервые за вечер не чувствовала себя ничтожеством.