Виноградные грёзы. Книга 1 - Джулия Романтик

Ты же понимаешь, в сердце

Любого человека скрывается похоть.

И я ничем не отличаюсь от других.

(с) Hurts «Devotion»

Всю дорогу мы просидели в тишине, глядя в разные стороны. Когда водитель припарковался у многоэтажного дома, Стивен заплатил и пошел к зданию. Я, придерживая норовившую упасть с плеч кожаную куртку, отправилась следом. Я боялась отстать и по-прежнему не понимала, что происходит. Похоже на сон. Автомобиль Джерада сбил меня насмерть?

В холле Стивен поздоровался с девушкой за стойкой ресепшен и направился к лифту, напевая себе под нос.

– Вы к кому? – спросила девушка, когда я последовала за Рэтбоуном.

– Ну… я… ну…

– Она со мной, – пояснил Стив тоном, не принимающим возражений. – Запомните ее, и чтобы не было впредь подобных вопросов.

Я не уловила смысл и удивленно уставилась на вокалиста. Тот слегка улыбнулся, пожав плечами. Дверцы лифта закрылись.

– Я Ари.

– Помню. – Но в его глазах мелькнула благодарность: я предотвратила самый неудобный вопрос. – А я Стивен.

Мы вышли на двадцать девятом этаже. Стивен открыл входную дверь, включил свет и жестом пригласил войти. Я неуверенно переступила порог. Вдруг он маньяк? Так, Ари, успокойся, хуже не будет. И, черт возьми, умереть от рук такого маньяка даже приятно!

Квартира в светлых тонах. Коридор плавно перетекает в комнату.

– Снял на время квартиру, – пояснил Стивен. – Ненавижу гостиницы. Живу один.

Зачем он уточнил? Будто он обязан мне, будто что-то обещал.

– И декор явно не моя заслуга, – добавил Стивен, швырнув на столик ключи. Я сняла и положила куртку на пуфик: бережно, как сокровище. – С тобой точно всё нормально? – С болью посмотрел на мой локоть.

– Ага, – тихо отозвалась я. – Царапина, не более, – сказала увереннее.

– Аптечка на полке в ванной… Ты голодная?

– Что?

Мне послышалось. Точно послышалось. Если честно, большее, на что я рассчитывала: он постелет мне на диване в гостиной и забудет о моем существовании до утра, а потом вежливо попросит уйти.

– Есть хочешь? – перефразировал Стивен, снисходительно улыбаясь.

Я молчала. Оставалось плавиться от его неистовой харизмы, слушать бархатный голос… Я веду себя как идиотка.

– Понял. Будем ужинать. – Он рассмеялся. Привык. Разумеется, привык видеть девочек-фанаток. Подпитывают самолюбие, отнимают у себя шансы на его любовь: кому нужна собачья преданность? Неинтересно. – Ты предупредила близких о том, что ты здесь и останешься на ночь?

«Останешься на ночь» простучало в висках.

– Эм… ну…

– Будь как дома, – перебил Стивен и, смутившись, покинул коридор.

Сердце громко стучало, трудно дышать. Пока я не грохнулась в обморок, необходимо успокоиться, побыть одной.

– В душ можно? – робко спросила я, заглянув на кухню.

Стивен копался в холодильнике и выкладывал на кухонную тумбу продукты. Готовит? Для меня? И не так важно, звезда он или добрый незнакомец.

– Левая дверь, – ответил Стивен.

Я толкнула дверь слева от спальни. Пахнет апельсиновым мылом. Одна зубная щетка в стаканчике. По привычке закрывшись, я промыла локоть, взяла с полки аптечку и приготовила для царапины пластырь. Стянув одежду, которая оказалась в нескольких местах грязной и рваной из-за аварии, я залезла в душевую кабину и подставила лицо каплям. В квартире Стивен. В квартире только я и Стивен. О таком я даже мечтать не смела! Закрутив кран, я вытерлась полотенцем, надела нижнее белье, наклеила пластырь. И вспомнила, что другой одежды у меня нет. Черт!

– Стивен! – крикнула я, морщась от стыда.

– Да, Ари, – также громко ответил он.

– Неудобно просить, но у меня одежда грязная и…

– Возьми мою, – беспечно отозвался Стив.

В спальне я застыла перед шкафом. Запах одеколона всюду, что-то древесное, свежее, волнующее. В итоге я выбрала рубашку – непривычно-строгую, белую – и пришла на кухню.