Звериная жажда - Таис Буше

И как объяснить то, что меня не пугали эти желтые глаза, а, наоборот, заставляли чувствовать странное томление, тепло, что тяжестью растекалось по всему телу. Я бы смело назвала это сексуальным возбуждением, если бы все было настолько просто. Но то, что я ощущала к Ральфу, не могла охарактеризовать привычными словами.

Наверное, поэтому я сделала то, что сделала...

Уже дома поздним вечером я нашла контакты Ральфа через Галю, просто пояснив, что господин Шнелль забыл вернуть документы. Мол, это же владелец шикарного кобеля акита-ину, и, как я, заводчик японских пород, могу проигнорировать сей факт и не попробовать все-таки уговорить его на вязку, раз мужчина все равно должен вернуть документы. Галя, если и заподозрила что-то, тактично промолчала, но e-mail и телефон нашла быстро. Если уж говорить начистоту, то у меня были все данные — я сделала копию анкеты мужчины. Для себя. Просто так.

Зачем?

Да если бы я сама могла так легко ответить на этот вопрос! Всю эту катавасию я обозначала лишь одним словом «зацепил», хотя, скорее, Ральф всадил в меня свой крючок для ловли глупой рыбешки, такой, как Дарья Волкова, в которой живет надежда на взаимность. Неужели реальность от этих мечт меня еще не отучила? Особенно «прекрасная школьная юность»?!

Я переставила уже в пятый раз кружку с чаем на своем рабочем столе, который делила с дедом, и открыл окошко с почтой. Надо просто написать ему, и точка. Я же не навязываюсь ему, а пишу по делу, и любой нормальный человек увидит в таком действии только это. Поэтому я принялась набирать письмо. Потом стирала. Потом снова набирала, вчитываясь в каждую букву, чтобы уничтожить хоть минимальный намек на мой интерес. Раньше я так не боялась писать письма, а тут боялась лишнее слово вставить. Отмучившись час, я все-таки отправила письмо на нужный адрес, а утром боялась проверять почту. Но прошло три дня, а ответа так и не пришло, хотя оповещение о получении было доставлено.

Неделя подходила к концу, а ответа до сих пор не пришло.

— Ну, теперь можешь смело залезать на стенку, — вздохнула я, просматривая все входящие письма. И чуть не упала со стула, когда мой мобиьный затрезвонил громкой мелодией. На экране горело имя: Ральф Шнелль. У меня моментально вспотели руки от волнения, что пришлось вытирать ладони о джинсы, чтобы взять скользкий мобильник, а когда я сняла трубку, то второй напастью стал прилипший к небу язык — во рту, наоборот, пересохло.

— Добрый вечер, — глотая гласные, поздоровалась я со своим годовалым наваждением.

— Дарья, это Ральф. — Низкий баритон с рычащими нотками я бы не перепутала никогда. Я помнила, каким жестким может быть этот голос, но сейчас Ральф говорил спокойно, даже как-то ласково. — Простите, что долго не отвечал, уезжал в командировку. Документы вам привезет мой помощник завтра утром. Вас устроит?

— Да, конечно. Как удобно, — прохрипела я, стараясь держать голос. Помощник... А на что я рассчитывала?! Неужели надеялась, что Ральф завезет их сам, останется на кофе, разговорится...

«И воспылает к тебе внеземной любовью за твой покладистый характер, доброе сердце и невинность», — припечатала я трепыхавшуюся надежду и уже хотела попрощаться, как услышала вопрос:

— Дарья, а в середине сентября вы свободны? Вернее, ваш питомник? Я планирую устроить в своем поселке небольшой фестиваль японских пород. Вы бы хотели поучаствовать?

Я ушам своим не поверила. Это намного лучше кофе и разговоров!

— Конечно, мы с удовольствием поучаствуем.

— Спасибо, — сказал Ральф, и у меня защемило сердце от услышанной нотки нежности в голосе мужчины.

«Это все твое разыгравшееся воображение, дурында!» — попыталась я вернуть на бренную землю свой рассудок, но он уже благополучно поплыл, представляя, как жесткий изгиб губ Ральфа перетекает в ласковую улыбку.

— Я тогда подготовлю общий план мероприятия вместе с ТУ и скину на почту. Хорошего вечера, Дарья.

— И вам хорошего, Ральф — выдохнула я. А через пару минут вспомнила, что Ральф Шнелль жил под Петербургом и мне придется организовывать доставку собак за сотни километров. А еще как-то договориться с дедушкой, чтобы поехать в поселок одной.