Прекрасный мерзавец - Саманта Аллен

Мы приезжаем домой к родителям. Стенли тепло приветствует отца, одаривает маму несколькими комплиментами. Он обходительный и воспитанный мужчина, я не слышала от него ни одного дурного слова. Пока прислуга расставляет блюда на столе, я отпиваю воды, слушая непринуждённый разговор родителей. Стенли поглаживает тыльную сторону моей ладони большим пальцем. В его обществе тепло и спокойно. Улыбаюсь ему в ответ. Автоматически благодарю Господа за то, что послал мне самого необременительного мужчину из всех возможных. Мыслями я витаю, где угодно, но только не за обеденным столом.

— Надеюсь, на скорое пополнение…

Только после этих слов матери я перестаю думать о пустяках, включаясь в разговор.

— Боюсь, об этом рано говорить, мама! — улыбаюсь я.

— Эбби права, — кивает отец. — К тому же она скоро возглавит одну из моих фирм. Не хочешь же ты загубить блистательную карьеру нашей дочери?

— Разумеется, нет, Адам. Но для нас, женщин, так привычно мечтать о детях. Правда, малышка? — улыбается мне мама.

Я качаю головой. Извини, мама, но я не на твоей стороне. Всерьёз о детях я не задумывалась ни разу и не испытываю восторга при виде крохотных ползунков для малышей.

— Я хочу показать, что время учёбы и стажировки за рубежом не прошло зря, — осторожно возражаю я. — Папа скоро введёт меня в курс дела. Я не хочу его подвести.

— Я согласен с Эбби, — поддерживает меня Стенли. — К тому же мы сегодня выбрали чудесный офисный look для моей невесты. Было бы глупо не выгулять его в подходящей обстановке! Для женщин это очень важно. Разве не так?

Шутка Стенли не очень смешная, но разряжает обстановку за столом. Мы вежливо смеёмся и переключаемся на блюда, расставленные прислугой. Отец хмурится, глядя на часы.

— Бесполезно. Сара опять опаздывает. Начнём обедать без неё!

Уверена, что даже если Сара пройдётся по столу в ботинках, отец найдёт оправдание любым поступкам младшей сестры, сказав что-то вроде?

— У неё сложный период и переходной возраст…

Я почти угадала. Потому что Сара появляется, громко хлопнув дверью. Снаружи доносится рёв двигателя.

— Да пошёл ты! — бурчит младшая сестра себе под нос.

— Сара, милая, будь добра, составь компанию за обедом! — просит мама.

— Я не голодна! — выкрикивает сестра и взлетает вверх по лестнице.

— Сара! — окрикивает её отец. Он единственный может как-то повлиять на её поведение. — Развернись. Сядь за стол. Составь нам компанию. Если ты не голодна, никто не заставляет тебя есть! — чеканит отец.

Сара громко цокает и намеренно громко топает, возвращаясь. Меня едва не передёргивает от её броского, яркого макияжа и вызывающей одежды. Мама робко возражает, что юбку можно было надеть и подлиннее, на что Сара закатывает глаза.

— Ма, не расстраивай меня, окей? Я только что рассталась с парнем! Мне нельзя волноваться. Меня и так всё жутко бесит!

Сара подтягивает к себе бокал с соком и пьёт его крупными глотками. Волшебным образом разговор вокруг стола начинает крутиться только вокруг персоны младшей сестры и её очередными неудавшимися отношениями с парнями. Каждый из парней гораздо взрослее Сары. Они явно не относятся к ней серьёзно, но глядя на лицо сестры, я понимаю, что её навряд ли заботят такие мелочи. Сара выросла, мягко говоря, оторвой.

— Хвала небесам! — подаёт голос отец. — Надеюсь, в следующий раз ты найдёшь достойного молодого человека.

— Па, ну ты древний! Достойный молодой человек? Кто так говорит? — смеётся Сара, но понимает, что перегнула палку, и спешит исправиться. — Конечно, я присмотрю кого-нибудь получше.

Сара замолкает на секунду, а потом выдаёт:

— Кого-то наподобие Стенли Купера, да? Взрослого, состоятельного и очень правильного. Жаль, что Стенли уже занят моей сестрой, да? Всего лишь жених…

Сара притворно вздыхает и принимает за обед.

Но потом я постоянно ловлю её преувеличенно заинтересованные взгляды, бросаемые на моего жениха. Сара начинает вклиниваться в разговор и мило улыбаться, закатывать глазки. Я хмурюсь. Стенли всего лишь улыбается, так же вежливо и ясно. Впрочем, как и всегда. Мне надоедает вседозволенность младшей сестры и реакция Стенли тоже порядком выводит из себя.

Я толкаю жениха под столом носком туфли и понимаю, что натыкаюсь на ногу младшей сестры! Негодующе смотрю на Сару. Она невинно улыбается мне и мгновенно отводит ногу назад. Словно не гладила моего жениха только что щиколоткой по икре!

Прости меня Господи, но иногда я начинаю жалеть о жертве, принесённой во имя сестринских чувств несколько лет назад. Маленькая дрянь этого не стоила…

* * *

После обеда я тепло прощаюсь с женихом, краем глаза замечая, как Сара изображает блевотный жест за моей спиной. Кажется, она напрашивается на взбучку. Как только Стенли покидает стены нашего дома, Сара быстро взбегает по ступенькам к себе в комнату. Я чинно поднимаюсь следом. Но едва скрывшись с глаз родителей, быстрым шагом пересекаю коридор и успеваю в самый последний момент вставить ногу. Дверь, ведущая в комнату Сары, больно хлопнула меня по щиколотке. Но это мелочь, не заслуживающая внимания.

— Эй! Какого хрена! — шипит Сара.

Я подхожу к ней и хватаю за запястье.

— Я могу задать тебе тот же вопрос, маленькая стерва!

— Мне скоро исполнится двадцать!

— Но ума, как у пятилетки, Сара. Веди себя прилично. Не трись об моего жениха, как шлюха.

Красивое лицо Сары искажается плаксивой гримасой.

— Мне больно! Я расскажу отцу!

— Рассказывай, — холодно заявляю я. — Я почти замужняя, взрослая девушка и могу переехать жить к своему жениху. А ты останешься здесь. Под контролем отца. Сейчас он прощает твои выкрутасы. Но когда я съеду, он обратит всё своё внимание на тебя. Понятно?

— Плевать! Он меня любит! Я его родная кровь, а ты нагулянная на стороне! Тебе нет места в нашем доме.

Я огреваю щеку сестры лёгким хлопком.

— Больно! — шипит Сара.

— Будет ещё больнее, если не закроешь свой грязный рот. Веди себя прилично.

— Или что?

— Или я не прикрою твою задницу больше ни единого грёбаного раза!

Сара выглядит присмиревшей, услышав последнее предложение. Но я понимаю, что она жутко недовольна выговором. Сестра хмурится и посматривает на меня исподлобья. Она уже достаточно взрослая, но избалованная донельзя.