О да, профессор! - Аля Кьют

Не-на-ви-жу! В чем разница? Те же необезображенные интеллектом лица, что и в универе, только этим слова сказать нельзя, приходится улыбаться и корчить из себя клоуна на манеже. В паре со мной дружище Андрюха. По официальной версии, чтобы организовать беседу с фанатами и блогерами, но на самом деле, думаю, он тут, чтобы я не сбежал раньше времени или чтобы не ляпнул нечто пакостное в духе демона.

Я старался не смотреть на собственных почитателей, отвечал на вопросы без энтузиазма, проклиная тот день, когда подписался под всем этим промо-дерьмом. Единственное, что грело мою демоническую черную душу — это переписка с ребятами из Штатов. Черт знает, как они узнали о моем романе. Возможно, все то же блогерское радио разнесло, но мне поступило предложение перевести первую книгу на английский и опубликовать продолжение на амазоне. Слава богу, моя лицензия для издательства не была эксклюзивной. Вернее, была, но я мог в одностороннем порядке в любой момент прекратить получать гонорар в повышенном эксклюзивном объеме.

Благослови бог моего юриста. Я берег эту новость для Андрея, как десерт. Вот закончится промо, подпишу все бумаги и обрадую доброго друга. Тираж он мне так и не повысил, хотя книга имела бешеный успех еще по предзаказу до выхода. А уж после академку завалили отличными отзывами даже самые суровые критики.

— Сережа, да, твой вопрос, — обратился Бруштейн к одному из блогеров, который деликатно и словно нехотя поднял руку.

— Почему такой жанр, Матвей? Академия магии, приключения и любовь — это вроде бы для девочек-авторов тема.

Ну, это я ожидал услышать и уже сто раз отвечал.

— Вдохновился, работая на кафедре зарубежной литературы. Бесценный опыт и невозможно было его игнорировать. В целом же, история абсолютно нейтральная. Думаю, мальчикам тоже понравится. Там много монстров и боевых сцен, но и любовь, конечно. Куда без нее в магических битвах?

— Ахаха, да, конечно, — согласился со мной прыщавый блогер, немного похожий на Марата.

Я почувствовал, что чертовски устал. Андрей же разошелся и не собирался закругляться. Пришлось шепнуть ему на ухо:

— Еще три вопроса и финиш.

Он стрельнул в меня глазами, но спорить не стал.

Я рассказал о том, как писал книжный мир постаппокалипсиса, подробно обрисовал всех тварей и магию, даже туманно намекнул, что планирую продолжение. Зал загудел, возбудившись от этого. Да, пора отчаливать, оставив их переваривать такую новость.

— Последний вопрос, — оповестил всех Андрей. — Давайте девушку послушаем. Да, вы в джинсовой курточке на последнем ряду.

Я поднял глаза, ожидая увидеть очередную юную фанатку с влажным блеском в глазах, приготовил доброжелательную, подбадривающую улыбку, но вместо этого открыл рот и замер.

Со стула на заднем ряду встала… Марго.

Я закрыл глаза, зажмурился и открыл через секунду. Нет, не видение. Это была она.

В джинсовой курточке, преступно короткой юбке, которую надевала на лектуру и с улыбкой. Самодовольная такая. Нужно было что-то сказать, но дар речи у меня пропал. Пожалуй, чудо, что я оставался в сознании от подобного потрясения.

— Матвей Александрович, а какой ваш любимый женский персонаж в книге? — спросила она, лукаво прищурившись.

— Гретта, — ответил я, не сомневаясь ни на секунду.

— Правдаааа? — протянула она. — Странно. Почему не Адель?

— Девушка, один вопрос, — оборвал ее Андрей.

Я поднял руку, заставляя его замолчать и давая понять, что все нормально.

— Адель во многом персонаж вспомогательный. Вокруг нее построен сюжет, но сама она достаточно статична, а Гретта наоборот развивается, меняется по ходу истории. Вы читали роман?

— Да, одной из первых, — ответила Марго, улыбаясь теперь так открыто и счастливо, что я не выдержал и тоже встал, качнулся на пятках, едва ли чувствуя ватные ноги.

— Что происходит? — возмутился Бруштейн.

Я игнорировал вопрос издателя. Марго тоже. Она смотрела только на меня, говорила только со мной. Будто никого, кроме нас, сейчас тут не было.

— Разве Гретта не пала в лице Адель? Она осуждала ее интрижку с ректором, а сама при этом закрутила роман с собственным куратором.

Народ вокруг замер и, казалось, не дышал. Даже Андрей больше не встревал.

— Она всего лишь женщина и хотела заботы, любви. Да, Гретта отрицала эту свою суть, сосредоточившись на учебе, но иногда у судьбы совсем иные планы. Нет, Адель поняла ее, хотя вряд ли удержится от издевок в будущем.

— В будущем? — переспросила Марго.

— Да. Думаю, впереди у нас у всех прекрасное и светлое будущее.

Я, наконец, обрел способность двигаться и пересек зал магазина, где проходила встреча с блогерами и читателями. Спустя секунду Марго уже была в моих объятиях. Я сжимал ее талию, потом плечи, проводил ладонями по спине, гладил пальцами лицо и непрестанно целовал любимые сладкие губы.

— Я люблю тебя, Марго. Люблю. Никуда не отпущу тебя больше. Клянусь, ты моя. Никаких больше побегов.

Она всхлипнула. Глаза искрились слезами счастья.

— Я никуда и не собираюсь. Правда. Потому что тоже тебя люблю, Мефистофель.

Мы рассмеялись, как два дурака и снова стали целоваться, не замечая аплодисментов, вспышек камер и свиста. Нам было плевать на все и всех.

— Пора сматываться отсюда, — пробормотал я ей в губы, когда народ уже начал закидывать вопросами совсем не по книге и окружать нас кольцом.

К тому же у меня в штанах назревал очевидный ответ на все вопросы.

— О да, профессор, — откликнулась Маргарита, взяла меня за руку и потянула к служебному входу.

Но это уже совсем другая история.