Безбашенный - Кира Шарм

— Просто… Вадим — он же старше, намного, понимаешь? И… Ну — куда мне замуж? Девятнадцать мне всего! Я погулять хочу! Вот как сегодняшняя вечеринка! Все веселятся, — а я должна уезжать! Даже студенческой жизни не почувствую! Что мне с ним останется? Нарожать детей и сидеть дома с ним рядом? А я, может, с подружками хочу квартиру снимать или в общаге жить! Юность поймать и почувствовать! Понимаешь? Все вот сегодня до утра гулять будут, рассвет договорились к озеру поехать встречать, завтра же выходной! А я… Тут вот… без всякого права!

Уже реву. Но, конечно, — не из-за вечеринки и подружек. А из-за того, что даже этот маленький шанс с любимым упустила. Хоть одну ночь бы еще с ним вместе провести… До того, как мой личный приговор в виде свадьбы приведут в исполнение! И отчаяние такое — беспросветное просто!

— Мир, ты же знаешь… — голос мамы снова смягчается. Ну, хоть Вадиму не звонит, — уже радость. — Если бы отец был бы и правда виноват… Тогда… Тогда не скажу, что тебя бы не просила, но… Но тогда бы, наверное, ты могла бы и подумать, сделать выбор, — хоть и нелегко бы пришлось, если бы его посадили с конфискацией. Но я бы тогда приняла — сам виноват, сам наворотил. А так… Ты ведь знаешь, — он же в жизни ничего не брал! Подставили его и дело сфабриковали! Неужели можно позволить ни в чем неповинному человеку вот так погибнуть? Ты не можешь, Мира! Мы же семья… А семья — это когда своих поддерживают, чего бы это ни стоило…

— Я знаю, мам. Я все понимаю, — тяжело встаю из-за стола и плетусь в свою комнату.

Хочется оградиться от всех, — от всего мира, от реальности.

Прижимаюсь лбом к стеклу окна и просто дышу на него, водя пальцем по запотевшим следам…

Где-то там в этом ночном городе ОН… Ищет меня? Или уехал с кем-то другим? Уже неважно.

— Мир, — мама входит бесшумно, и я вздрагиваю, когда она легко обхватывает меня за плечи. — Я все понимаю. Молодость… Конечно, ты ведь даже и не думала о замужестве, тебе еще погулять хочется…

Я молчу и даже не двигаюсь, — к чему разговоры?

Думаю только об одном сейчас, — о том, как оказалась с Антоном.

Да, «благородный» Вадим настоял, чтобы я тогда уехала подальше от столицы. Ровно после того, как вырвал из меня это ужасное согласие. Отец был ректором того университета, где я училась. У него нашли огромную сумму денег в чемодане в шкафу. Обвинили во взятках. Скандал был страшный. Вадим и правда появился у нас на пороге почти сразу же, как нам стало известно. Отцу грозил реальный и немалый срок…

Я согласилась — разве у меня был выход? Отца просто подсидели, скорее всего, кто-то метил на его место — но доказать что-то было невозможно, нам с мамой это говорили в один голос все, к кому мы обращались. И только Вадим каким-то чудом смог решить этот вопрос, — хотя, — почему чудом? Взятками и связями, естественно. Которых у нас просто не было…

Как же я ненавидела его тогда! За это условие, которое он мне выставил!

И я решилась.

Отчаянно решилась отдать свою девственность другому. Тому, кто мне хотя бы будет нравится! Я не хотела, чтобы Вадим был у меня первым, — пусть воспоминание о моей первой ночи станет чем-то приятным на фоне всех остальных ночей, которые мне придется провести с Вадимом!

И Антон мне понравился. Сразу. Как только я его увидела там, в кафе на Побережье. Кто бы тогда подумал, что все это превратится в такую огромную любовь, что мне просто от того, что его нет рядом — уже становится больно! Хотя… Наверное, это случилось почти сразу, — еще до того, как мы поднялись в номер и оказались в постели.

В тот момент, когда он меня поцеловал, — так жарко, так просто — на лестнице, пока мы подымались… Вот тогда я утонула в его глазах, а сердце затрепыхалось, как раненая бабочка! Уже тогда оно решило, что останется с ним навсегда…