Его игрушка - Оливия Лейк

Софи

Какой мерзавец! Я с силой захлопнула входную дверь, как будто могла прищемить ему руку. Почему Джейсону жизненно необходимо, чтобы последнее слово оставалось за ним, и это слово обязательно какая-нибудь гадость?!

Я разделась, набрала ванну с ароматной солью и клубничной пеной. Долго лежала, размышляя о вечном. Завтра собрание членов фонда «Благородная Америка» — я тоже приглашена. Есть у меня пара идей относительно детей из центра, точнее, не их самих, а вариантов сбора средства для них. Правда, не знаю как мои «мысли вслух» воспримут, особенно Мишель — с нашей-то любовью! А поддержка не помешала бы. Ладно, прорвемся.

Я положила фен под раковину и открыла шкафчик. Блистер с противозачаточными лежал, весело подмигивая. Я ему не ответила. Джейсона все равно нет, не буду пить.

Утром, одетая в стильный брючный костюм насыщенного алого цвета, приехала в Трамп-Тауэр — здесь находился офис фонда. Устроилась в кресле за большим круглым столом — прямо рыцари короля Артура! — и с интересом провела следующие два часа. Нет, лично я еще не выступала — мои идеи так и остались моими, — но любопытно было заглянуть за яркий фасад доброты и милоты, который демонстрировали абсолютно без исключения все фонды. Здесь было много цифр, отчетов, жестких рамок — помочь всем нельзя, по крайней мере быстро. Нужно расставлять приоритеты.

— Дэйдра, — улыбнулась мне Эмили, — поделись своими идеями.

Я не стала вставать и пафосно тыкать в интерактивный экран на то, как все плохо. Это сделали до меня. Странно: здесь случайных людей не было — все вполне успешные, а денег у фонда нет. Да, со своего кармана мир не прокормить.

— Я долго думала, как собрать средства. Куда люди пойдут с удовольствием и на что будут с удовольствием жертвовать.

Мишель иронично фыркнула. Да, жертвовать никто особо не любил — на благотворительные балы все сложнее и сложнее заманить действительно богатых людей с тугими кошельками.

— И придумала: на себя! — выдала с энтузиазмом. Все замолчали. Переваривают. Поясню: — Можно устроить что-нибудь интересное, к примеру, благотворительный показ мод, выручка от которого пойдет в помощь детям. — Какая-то женщина — имя не запомнила — нахмурилась, но я не сдавалась. — Если половина прибыли от показа пойдет в фонд — это уже прекрасно! Для модных домов — это отличная социальная реклама, а для гостей не просто очередная тряска кошельков, а возможность потратить деньги на себя, но с пользой для всего общества.

— В этом что-то есть, — подумав, заметила Эмили. После этих слов напряжение спало — члены правления принялись обсуждать.

— Это должен быть мультибрендовый показ, — заметила Мишель, даже на меня посмотрела чуть более благосклонно, хотя нет, все равно не любовь у нее к Дэйдре Морган-Сторн.

— А моделями, кстати, могли бы выступать обычные женщины, не профессионалы. Сейчас очень многие бренды в рекламе используют прием «она — это ты».

— Тогда ты первая, — колко бросила Мишель.

— Правильно, — поддержала Эмили, только на полном серьезе. — Ты точно должна будешь участвовать в показе, и я, и ты Мишель, — она даже руки довольно потерла. — Это должно понравится людям.

— Дело за малым, — заметила строгая женщина в не менее строгом костюме, — найти желающих отдать половину прибыли за свои шмотки. Дизайнеры, конечно, инфантильны, но не дураки и считать умеют.

А вот об этом я не подумала. Найдутся ли такие? Ничего, если нужно, пойду пороги обивать. Это я умею. Это не первое «финансирование», которое придется выпрашивать.

— У меня есть связи в модных кругах, — отмела возражения Эмили. — Майкл Вурст и «Прада» точно с нами, остальные подтянутся.

У меня челюсть упала на пол: ничего себе у посла ООН друзья!

— Я переговорю с Майклом, назначу встречу, — Эмили достала телефон. — Дэдэ, идея твоя, поэтому будем организацией заниматься вместе.

— Я только за.

Когда еще такой опыт получить можно! Выйти на подиум в шмотках Вурста — да я уже там!

В конференц-зале началась суета, поэтому я без зазрения совести ответила на телефонный звонок.

— Слушаю?

Мы говорили всего минуту — все это время я хмурилась. Звонил Саймон Коннелли. Тот самый, с выставки. Тот, с которым как бы я как бы изменила мужу. Он хотел встреться и очень настаивал. У меня сегодня ланч с бывшим «любовником». Не нравится мне это, ох, не нравится, а если Джейсон узнает… Даже думать не хотелось, какое он придумает наказание. Про игры в доминирование он не шутил… Правда, я так и не дала свое согласие, а это для него важно.