Волчий билет, или Жена №2 - Сандра Бушар

— Боже, Руби, — протянул он, касаясь носом моих волос, шеи. Его ладони блуждали по телу, будто он хотел удостовериться, что это действительно я.

Наверное, в тот момент я впервые увидела различие между человеком и волком. Оно было весомым. И тогда я чуть больше поняла этот мир. Алекс казался таким сильным и опасным оборотнем, а покушение на истинную сделала из него слабого, безвольного, не способного спасти. Эта была странная, не поддающаяся объяснению химия. Реакция его на меня. В тот момент я действительно поверила, что, делая мне плохо, он страдает сам.

Я поняла их лучше, но это не значит, что приняла.

Сидя в каминном зале с кружкой теплого капучино и закутавшись в плед, я старалась не обращать внимания на то, как смотрит на меня Алекс Кроуфорд. Не моргая, боясь отвернуться и отойти. Это пугало меня, не давало спокойно дышать.

— Расскажи мне все, — хрипло попросила я, разглядывая огонь. Дрова в нем монотонно трещали, давая ненадолго выдохнуть. А затем воспоминания оглушали, я вздрагивала и снова отворачивалась.

— Что именно? — спустя какое-то время протянул Алекс.

— Не заставляй меня спрашивать, — буквально взмолилась.

Произносить очевидные вопросы казалось надругательством. Над сестрой. Над памятью Лекса.

— Я не хотел, чтобы твои родные жили и страдали, поэтому внушил им забыть о твоем существовании, — произнеся это, альфа замолчал, будто ожидая хоть какой-то реакции на свои слова, но, когда ее не последовало, продолжил: — Теперь они живут в престижном районе, у них есть более чем приличное содержание и все, что нужно для счастливой жизни. Зачем Клара пошла в этот бутик, я не знаю, но в совпадения не верю.

— Зачем было это делать? — по щеке скатилась слеза, а капучино в чашке затрясся, пришлось поставить его на столик и спрятать руки под плед.

— Теперь ты сама понимаешь зачем, Руби, — обреченно выдохнув, Алекс зарыл лицо в руки. — Такие, как Самир, годами проявляют себя как верные работники, лучшие из лучших. Только для того, чтобы вовремя ударить. В нашем случае вживить бомбу в твой телефон. Он не мог знать наверняка, что ты забудешь его в примерочной. А это значит, что вариантов исхода событий у них был миллион. И ко всем они были готовы, — помолчав немного, мужчина выровнялся и, подхватив со стола тумблер виски, осушил его одним махом. — Я бы отдал все, чтобы не впутывать тебя в это, но чудес не бывает. Твои родные под защитой только тогда, когда не знают и не видят тебя. Вот и все.

— То есть, — прошептала я себе под нос, монотонно глядя в стену, — если я буду видеться с Кларой, ей грозит опасность?

— Определенно, — подтвердил мои худшие опасения мужчина.

— Но… За что?! Я ведь ничего не сделала, Алекс. Зачем такому, как Самир, я?! — голос срывался на крик. Я больше не знала, кого обвинять в своих бедах. Виновен был весь мир! Система, устрой, порядки… Вот настоящая тюрьма, а не какая-то там подвальная комната.

— Ты — жена альфы. И не просто кто-то, а истинная, способная родить наследника, — ответил мужчина, будто это могло что-то значить. Но я лишь пожала плечами, вызывая удивление мужчины. — Это передел власти, Руби. Чем сильнее стая, тем больше влияния она оказывает на другие стаи, на порядки страны, на политику. Сегодня, после смерти Лекса, в броне появилась дыра. И все, кто этого ждал, ликуют.

— Это ужасно, — вслух сказала то, что думала. Быть в центре передала власти и территории мне точно не хотелось! — Но почему не трогают Сьюки? Вы ведь с ней вместе давно. Она вместе с тобой во всех новостях и на обложках журналов!

— Она обычный оборотень. Одна из множества пешек, — пожал плечами мужчина, глядя на меня с сожалением. — Я не хочу, чтобы ты боялась выходить на улицу. Чтобы ждала яда от любого члена стаи. Не хочу, чтобы замыкалась в себе. Именно поэтому я запирал тебя в подвале, понимаешь? Так безопаснее всем вокруг.

— Безопаснее тебе, — поправила я, закатив глаза.

— Но моя безопасность — твоя безопасность. Не забывай, — моментально ответил мужчина, снова наполнив свой тумблер. — Эта судьба, которую я не выбирал.

В комнате возникла тишина. Я чувствовала усталость Алекса, его опустошенность. Он будто ненадолго опустил броню, позволяя проникнуть чуть глубже, увидеть боль в его глазах из-за смерти раненого члена большой семьи, увидеть то бремя, которое упало на плечи мужчины, который тоже, возможно, этого не хотел.

И пусть масштабы ответственности Алекса были необъятны, в чем-то я видела в нем себя. Я не выбирала стать взрослой после смерти родителей. Я не выбирала содержать бабулю и сестру. И пока они наслаждались жизнь, проводя время достойно, впахивала на несколько работах. Потому что так было нужно.

«Это судьба, которую никто не выбирал», — сказал Алекс.

В дверь постучали, после чего в зал вошла Келли.

— Простите, — приветственно кивнув, сказала она робко. — Все собрались почтить память Лекса. Вас ждать, альфа?

— Я не оставлю жену одну, — коротко отрезал мужчина, хотя даже я понимала, что это неправильно.

— Хорошо, — понимающе кивнула девушка, — Все так и думали. Здоровья вам, миссис.

Девушка уже потянулась к ручке двери, когда я резко воскликнула:

— Стой! Алекс пойдет, потому что… я пойду вместе с ним.

И опять же, это решение не было моим. Но оно было правильным. Не могу сказать, что за этот день что-то изменилось в моих взглядах, но внутри что-то надломилось.

Оказалось, в доме альфы была еще одна столовая, предназначенная для больших сборов. Келли вместе с поварихой накрыли там огромный стол, на котором нагромоздили внушительное количество алкоголя и легкие закуски. Стекла и окна были завешаны черными тряпками, комнату освещали лишь настоящие свечи. Еловые ветки стояли в маленьких вазах, украшенные вербеной и черными лентами.

— У нас особый ритуал прощания с усопшими, — шепнул мне на ухо Алекс, когда мы только вошли внутрь. Была в его голосе некая насторожённость, будто мужчина волновался о моей реакции. Но я была из тех, кто спокойно воспринимает веру других людей.

Кто-то из мужчин заметил альфу первым и поднялся на ноги, приветствуя его опущенной головой. Остальные подхватили. К своим местам во главе стола мы шли в глубокой тишине, а атмосфера вокруг вызывала мурашки.

— Можете садиться, — скомандовал Кроуфорд, как только мы присели.

На что я обратила внимание, так это на то, что даже прислуга сидела вместе с нами. Никто больше не прогибался под альфу, все были на равных. Каждый сам наливал себе тот алкоголь, который хотел. Очень бросалось в глаза, что мужья ухаживают за своими женами, ревностно прикрывая их от других оборотней. Возле некоторых волков сидело по несколько женщин. И лишь две были в сторонке, в полном одиночестве. Одна блондинка, другая брюнетка. Замотанные в черные шали, они громко плакали, не пытаясь скрывать своего горя.

— Это жены Самира и Лекса. Обе они из нашей стаи, — шепнул на ухо Алекс, проследив за моим взглядом. — Жена Самира не знала, что он предатель. Для нее это двойное горе.