Я тебя выиграл - Лора Вайс

– И что мне делать?

– Рожать и воспитывать. Я твоего отца родила в семнадцать и ничего, хуже от этого не стала, в красоте не потеряла, потом замуж вышла. Пусть Игорь Валентинович и был отчимом Димочке, но любил его как родного, и воспитал хорошим человеком, – в этот момент ее глаза заблестели.

Да, тяжело ей было потерять единственного сына. Мама с отцом поехали отмечать день рождения общего друга, а меня оставили с бабушкой. Наутро домой позвонили и сообщили, что в ночь случился пожар, деревянный дом сгорел дотла, а в нем сгорели и мои родители, и их друзья. Я тогда мало что понимала, вернее, ничего не понимала, мне было всего три года. Так и остались мы с бабушкой одни. Но хватит ли у меня сил и терпения быть такой же, как она? А главное, смогу ли я полюбить этого ребенка и не видеть в нём Стрельцова?

– Не грусти, родная, – улыбнулась, – я пока жива, одну тебя не оставлю. А ребенок – это счастье, кто бы чего ни говорил. Нынче модно разглагольствовать о карьере, о жизни для себя, но без ребенка жизнь женщины все равно неполноценная.

Казалось бы, всего несколько фраз и мне уже легче. Намного легче. Как будет завтра, кто знает, но сегодня, сейчас я чувствую в себе силы идти вперед.

– Спасибо.

– Ешь давай. А завтра борщ приготовлю, в нем витаминов много.

Впервые за эти дни у меня получилось уснуть сразу и проспать всю ночь.

А проснулась с легкой головой и, как ни странно, душой. Возможно, причина в том, что я призналась, сняла с себя этот груз, пусть и частично. Пора привыкать к мысли, что скоро моя жизнь изменится. Во-первых, начнет расти живот, коллеги и знакомые полезут с вопросами, к которым надо будет, как следует подготовиться, во-вторых, через девять месяцев родится ребенок. Пожалуй, деньги Стрельцова я все-таки оставлю. В нынешних условиях каждая копейка дорога. Но свечку за здравие я этому уроду все равно поставлю.

На работу отправилась в удивительно хорошем настроении. Дашка была в приятном шоке, когда мы встретились у проходной.

– Ого, – расплылась улыбкой, – куда ты дела вчерашнюю кислую Янку?

– Временно отправила в чулан.

– И что решила? – заговорила шепотом.

– Что ты права, не такой уж Шахов и монстр.

– Значит, я скоро стану крестной, – захлопала в ладоши, запрыгала как малолетняя. – И вообще, я знала, что так будет, – глянула мне на живот. – Не тот у тебя характер.

– Наверно. В любом случае, ребенок не виноват в том, что его папаша редкостная сволочь. Так ведь?

– Совершенно верно.

И день прошел чудесно. Клиентов было мало, а те, что приходили, отличались адекватностью, воспитанностью и крайней доброжелательностью. Но когда к нам зашла начальница за час до конца и сообщила, что в этом квартале компания планирует наградить своих сотрудников премией, я заподозрила неладное. Что-то уж слишком все хорошо. Только вопрос, где спрятался подвох?

Вдруг телефон пиликнул, Дашка прислала смс:

«А давай сходим в клинику. Тебе бы УЗИ не помешало сделать, анализы там сдать. У меня знакомая как раз работает администратором в «МАМА-клиник», хорошее место»

Почему бы и нет.

Договорившись встретиться у выхода, начала собираться. Бабушка права, жизнь продолжается, тем более, на мужчин я вообще смотреть не хочу, они мне все до одного противны. А телефон снова ожил, на этот раз звонком, правда, с неизвестного номера, и не успела я ответить, как вызов прервался. М-да, странный сегодня день. Очень странный. Надеюсь, этим звонком все странности закончатся.

Но нет… не закончились. За две минуты до выхода за окном полил дождь. Небо, конечно, с утра хмурилось, но по прогнозу никаких дождей не обещали. Отлично! Дашку я встретила под козырьком. Как и я, она была без зонта.

– Может, перенесем клинику на завтра? – осмотрелась. Проезжая часть мгновенно превратилась в горную реку. – Тут доплыть бы до дома.

– Наверно да. Или такси.

– Я бы мог подвезти, – раздалось за спиной.

Сказать, что мне резко поплохело, это ничего не сказать. Меня словно в трансформаторную будку засунули и поджарили там. Я не хотела поворачиваться, не могла. Господи, пусть это будет случайный прохожий с похожим голосом.

– Яна Дмитриевна, не делайте вид, что не услышали меня. Я стою прямо за вами.

– Это кто? – Даша смотрела как раз на него.

– Это, – прикрыла глаза, – это друг Шахова.

– Вот как, – лицо подруги тут же вытянулось.

– Друг Шахова? – удивился негодяй. – Мне кажется, вы сильно преувеличили мое знакомство с Михаилом.

Пришлось обернуться, пришлось посмотреть ему в глаза. А как загорел сукин сын! Волосы еще сильнее начали виться.

– Ты какого черта здесь забыл? – процедила сквозь зубы.

– Нам бы поговорить. Вон моя машина, – кивнул на черный внедорожник, что стоял в паре метров от нас.

– Извини, но мы идём домой, – и, схватив Дашку за руку, потянула за собой, однако та заупрямилась.

– В такой ливень?! – вытаращилась на меня. – Нет уж! Я лучше в офисе пережду.

– Дарья, верно? – обратился к ней Стрельцов.

– Верно, – тут же расправила плечи, живот втянула, грудь выпятила.

– Я бы очень хотел поговорить с Яной с глазу на глаз, надеюсь, вы не против?

Дашка была в полной растерянности, смотрела то на меня, то на него. В конце концов, сдалась:

– Если что, я рядом, – и шмыгнула за дверь.

Ну, супер! Я осталась один на один с дьяволом и уже чувствую, как адское пламя лижет мне пятки.

– Хорошо выглядишь, – уставился своим фирменным взглядом голодного ястреба.

– Спрашиваю еще раз, что ты здесь делаешь?

– Приехал за тобой, – пожал плечами.

– Чего?! – аж в горле пересохло.

– Хватит, Ян. Не задавай вопросы, ответы на которые тебе прекрасно известны. Ты совершила глупость, я повелся, психанул, дал нам времени остыть, подумать. Лично мне эти десять дней разлуки позволили осознать главное – мы должны быть вместе, несмотря ни на что.

– Ты издеваешься? – нет, я не верю своим ушам.

– Даже не думал.

– Убирайся, Стрельцов. Убирайся к чертовой матери! У нас с тобой был уговор! Морской вояж и всё.

– И ты нарушила этот уговор, – гаденько ухмыльнулся. – Прервала его раньше положенного своей выходкой.

– Это уже бред какой-то. Я отказываюсь в это верить, – вот и голова заболела, и тошнота вернулась.

– Давай сядем в машину, там будет спокойнее.

– Угу, чтобы ты меня очередной раз увез и посадил под замок?

– Уверен, мы обойдемся без крайних мер.