Я тебя выиграл - Лора Вайс

Демьян

Конечно, я бы хотел ее увезти с собой. И вполне мог бы это сделать, но тогда мы снова вернемся к тому, от чего ушли. Ай, ладно, к черту всё! Я снова её вижу. Главное, не спугнуть. Хотя, перспектива увезти мою девочку подальше и спрятать весьма заманчивая.

Я буквально развернулся, проехал несколько метром и остановился. Что хорошо в маленьких городках, так это шаговая доступность всего. Справа работа, слева поликлиника, впереди вокзал, позади кладбище. Всё рядом, всё под рукой.

– Вот и приехали. Не укачало, надеюсь?

– С чего это? Нет! Я в норме! – как-то слишком остро отреагировала.

– Ок, – заглушил мотор, – тогда вперёд.

Внутри заведения было простовато, тускловато, но в целом сносно. Да и пахло здесь вполне съедобно. Но моя девочка что-то резко побледнела.

– Ты в порядке? – заметила, как она начала активно дышать.

– Сказала же, в норме.

– Добрый вечер, – подскочил к нам прыщавый официант с нелепой бабочкой, притом, что на нем была футболка. М-да, провинция. – Столик на двоих?

– Да, пожалуйста, – не дала мне рта открыть маленькая дикарка, – поближе к кондиционеру, если можно. Душновато у вас сегодня.

– Хорошо, пройдемте.

Ты глянь, командует.

И не успели мы подойти к столу, как Яна бросила сумку на диванчик и уже собралась куда-то:

– Далеко? – опустился в кресло.

– В уборную. Ты же не против? Я все-таки после работы.

– Только будь добра, не потеряйся в той уборной.

– Очень постараюсь, – выдала ядовитую ухмылку.

Интересно, у нас всегда так будет? Или мы все же имеем шанс стать нормальной парой? Кто бы дал ответ. А вот сумочку Яна оставила без присмотра, как непредусмотрительно, ай-ай-ай. И уже хотел было взять, вдруг в мозгу что-то щелкнуло. Совесть наверно. Пожалуй, воздержусь. Хотя соблазн велик, определенно велик. Думаю, не стоит малышке рассказывать, что последние пять дней на яхте я спал с её бельем под подушкой.

– Готовы сделать заказ? – снова, откуда ни возьмись, возник официант.

– Мне кофе, – раскрыл меню. В этот самый момент вернулась Яна. Господи, да что с ней такое? Была белая, стала зеленая. Наверняка отравилась местной дрянью. – Только кофе, – так и смотрел на нее. – Может, тебе на воздух выйти?

– Все хорошо. Когда давление падает, меня всегда мутит и голова звенит.

– Ладно, – пододвинул к ней меню. – Что будешь есть?

– Морс, – перевела взгляд на парнишку, – и чесночные гренки. Чеснока только побольше.

– Думаешь, меня испугает запах чеснока? – вот поганка, продолжает бунтовать.

– Надеюсь, ты как истинный вурдалак превратишься в пепел, – сложила руки на груди.

– Я скучал по тебе.

– А я пыталась тебя забыть.

– Раз пыталась забыть, значит, вспоминала. Это приятно.

Когда нам принесли заказ, Яна полностью сосредоточилась на гренках. Надо же, пока мы были вместе, её все время приходилось заставлять есть, а тут с аппетитом уничтожает обычный хлеб, натертый чесноком. Видимо, сейчас она на своей территории, отсюда и смелость, и уверенность, и аппетит.

И вот, моя дикарка наконец-то порозовела, встрепенулась.

– Давай с тобой решим все здесь и сейчас, – отставила в сторону пустую тарелку.

– Давай, – а кофе здесь дерьмовый.

– Я не хочу больше тебя видеть, не хочу знать. Ты получил то, чего хотел, дальше наши пути расходятся.

– Мне такой вариант не подходит, извини.

– Послушай, – облокотилась на стол и заговорила тихо-тихо, – ты меня изнасиловал, держал взаперти, шантажировал и угрожал. Ты на самом деле думаешь, что из этого может что-то получиться, или я смогу тебя когда-нибудь простить?

Если честно, я и не думал, что все получится так, что я влюблюсь в неё, захочу большего. Рассчитывал на одноразовый секс.

– Ну, изнасиловал – это громко сказано. А запер я тебя по причине твоего нестабильного состояния на тот момент. Что до шантажа и угроз, здесь ты мне ответь, хоть одну я претворил в жизнь? Хоть раз я причинил тебе боль, кроме первой ночи? – твою мать, стоило вспомнить нашу ночь, как в штанах стало тесно.

– Печально, Стрельцов. Все это очень печально. Ты не слышишь меня, не понимаешь и даже не собираешься. Но командовать мной ты больше не будешь. Я всё сказала. А сейчас, – поднялась, – прощай.

– Сядь на место, – ну всё, милая, хватит играть в самостоятельную и независимую женщину.

– Нет.

– Яна, лучше не зли меня.

– Убирайся, Стрельцов. Я тебя не то, что полюбить, я тебя простить не смогу. Ты мне жизнь исковеркал, – и зашагала к выходу.