Право на страсть - Натализа Кофф

Вот и сейчас, притих за моей спиной.

Мысленно сосчитала до трех. И не ошиблась. Руки Прохора скользнули на мою талию, оплели, притянули к напряженному телу, а к уху прижались твердые и соблазнительные губы:

— Ты такая обворожительная в этом платье. А без платья — с ума сойти можно. Там чулки? — ворковал он на ухо.

И ведь не оттолкнешь же. Для всего мира мы — счастливые молодожены. А если мне хочется его придушить, так это ведь мои личные проблемы, да?

— Отвали, — пробормотала я, но мое тело, вопреки доводам разума, подалось навстречу его рукам.

Коварный, хитрый Реми! Супермен ходячий!

— Устала? Что-то ты немного бледная, — задумчиво прошептал мой муж, — Замучил тебя Луи, да?

Луи — давний приятель Прохора — профессиональный фотограф, которого мы пригласили на торжество. Луи, который, по словам Проши, по паспорту звался Лунев Игорь, выглядел эпатажно, креативно, эффектно. Словом, и без сведений от Горыныча становилось понятно: Луи у нас предпочитает нетрадиционную любовь. И в какой-то момент я даже забеспокоилась о безопасности собственного законного мужа. Слишком уж откровенно и вызывающе Луи смотрел на моего Реми.

Прохор не замечал взглядов давнего приятеля. Но меня это несказанно бесило.

Пришлось пойти на крайние меры. Во время портретных съемок сразу после регистрации я поманила парня пальцем. Улыбнулась. Перехватила мужчину за шейный платок и легонько встряхнула, одновременно пригрозив:

— Упаси господь, подкрадешься с тылов к моему мужу!

Мой взгляд говорил о многом, а обещал еще больше.

— Ууу, какая валькирия! — восторженно зашептал Луи и принялся щелкать своей камерой перед моим носом.

— Я предупредила, Игорек! — прищурилась я.

За спиной разнесся смех Реми. Пришлось наступить ему на ногу, чтобы поубавить пыл и понизить уровень его радости и ликования.

Так что да, Луи меня утомил, как и все это мероприятия. А в мыслях царил полный хаос.

Руки Прохора, сложенные на моем животе, напоминали, что во мне уже зародилась новая жизнь. И мысленно я готовилась к напряженной беседе с новоиспеченным мужем. Ведь мне предстоит рассказать Прохору, что наш брак совсем скоро превратиться в самый настоящий союз. Мы станем родителями.

***

Руслана смотрела на меня сосредоточенным и серьезным взглядом. Я примерно представлял, о чем именно она хочет со мной поговорить, но решил отложить все разговоры на завтра. Все потом. Особенно беседы о фиктивном браке, моем отъезде через два дня и о том, как нам вести себя дальше.

Скорее всего, моя нежная и пугливая внутри, но дерзкая снаружи жена планирует расставить все точки над «i». Рассказать мне о том, что наш брак — фиктивный. И после свадьбы мне больше не на что рассчитывать.

Но нет. С этим я был не согласен. Я даже договорился о покупке земельного участка по соседству с Громовыми. Места там красивые, просторно, и речка недалеко. Возможно, Руська мне за такое самоуправство оторвет голову. Но плевать. Я все решил. Дом. Семья. В перспективе — дети. А они непременно появятся, когда результаты анализов будут готовы и врач определится с моим лечением.

Но прежде всего я решил, что контракт, который мы подписали совсем недавно, будет последним в моей карьере.

Как бы круто я не чувствовал себя под вспышками фотокамер, как бы офигенно не заводили визги поклонниц и дикие гонорары, меня неумолимо тянет к Руслане Громовой. Как говорит мой старший и мудрый братец, пора менять трусы от великих кутюрье на офисный пиджак. И потом, мне ведь необязательно носить галстуки. Можно отнестись к внешнему виду с большим креативом.

Это все позже, потом.

Сейчас, устроившись рядом с Русланой на заднем сиденье лимузина, я думал лишь о том, что впереди нас ждет вертолет, шикарный люкс для новобрачных и целых два дня изоляции. За эти дни я должен успеть окончательно убедить девчонку, что наш брак — настоящий, а мои намерения — самые серьезные.

Провел пальцами по тонкой ладошке, сжал ее хрупкие пальчики. Фамильный перстень, который привез мой отец, а я надел его жене во время церемонии, смотрелся на Руслане очень символично и красиво.

Улыбнулся, вспомнив напутствия отца.

— Не упусти такую девушку, сын, — тихо произнес отец.

Я кивнул, соглашаясь со словами старика. Для меня его визит говорил о многом. Впервые за долгие годы папа покинул свое имение. Еще и встретился со Львовским — отцом Ромки. Это был если не подвиг, то точно первый шаг к прощению. Ведь прошлое, связанное с нашей с Романом мамой, висело над нашими семьями черным пятном.

Я видел, с какой надеждой мой отец смотрит на Руслану. Возможно, в ней он увидел маму, себя, несбывшиеся надежды.

— Я люблю ее, па, — осторожно произнес я тогда, наблюдая за тем, как Громовы поздравляют дочь после регистрации.

Отец похлопал меня тяжелой ладонью по плечу в знак одобрения.

Любил ли я раньше? Увлекался, да. Трахал все, что имело длинные ноги и приличную фигурку. И так же быстро забывал об очередной партнерше.

Даже умудрился лишить девственности собственную жену и не заметить этого.

Надеюсь, это будет самый великий «косяк» с моей стороны. И больше в наших отношениях я умудрюсь не облажаться.

Руслана не таила зла. Но я планировал еще вернуться к этой теме. Сразу после того, как расскажу ей, как сильно люблю ее, и как сильно хочу видеть ее рядом еще целую вечность. А лучше — две вечности или даже три.

— Проша! — в который раз вздохнула Руслана и решительно взглянула на меня.

Перебил ее поцелуем. Потом. Позже. У нас еще будет куча времени на разговоры. А сейчас я хочу ее. Хочу дышать ею. Чувствовать ее. Быть рядом так близко, чтобы даже воздух не разделял наши тела.

***

Глава 26

Мне безумно понравился номер, как и весь отель, куда привез нас Прохор. Пожалуй, лучше места для медового месяца и не сыскать. Реми постарался меня удивить. Признаться, у него это прекрасно получилось.

Прохор…

Проша…

Чертов Реми…

И все это он — мой муж: красавчик с невыносимо очаровательной улыбкой, шикарной фигурой и прекрасным чувством юмора.

Я проснулась с первыми лучами солнца. Или и не спала вовсе? Кажется, у Прохора появилась идея фикс не позволить мне вылезти из постели, отлепиться от стен или спокойно поваляться в джакузи. Он преследовал меня везде и всюду, словно маньяк. Но до чего же сексуальный!