Мой лучший препод - Эмилия Грант

Он сидел возле девушки с белоснежными, почти седыми волосами. Она явно готовилась к мероприятию, было густо накрашена, вот только косметика уже успела потечь и застыть на лице разводами.

— Да брось ты уже эту херню, — Дэн злился. Он забрал у сестры из рук трубку кальяна и откинул в сторону, из-за чего кальян вдруг накренился. — Алена, послушай меня!

— Я не хочу тебя слушать, — высоким голосом заявила девушка. — И отстань уже от меня.

— Это место… как ты вообще сюда попала? — Дэн кипятился.

— Это место моего друга, — холодно ответила она.

— А он знает, что тебе всего шестнадцать? — прошипел он.

— Шестнадцать — это возраст сексуального согласия, — сообщает Алена, и я мысленно закатываю глаза. Судя по всему, она тот еще фрукт. Я даже теряюсь на миг, потому что совершенно не представляю, как строить с ней беседу.

— Ты не думала, что тебе родители скажут?!

— Да им все равно, братик, ВСЕ РАВНО. Где бы мы ни тусили. Тебе тоже должно быть все равно. И вообще, ты отвлекаешь меня от моих друзей, — девушка кивает на толпу подростков в углу. Те на нее даже не смотрят.

— Всем привет, — решаю вмешаться. Подхожу еще ближе и усаживаюсь напротив брата с сестрой. Протягиваю руку Алене: — Меня зовут Кристина.

— Та самая Кристина? — девушка пожимает мою руку, но сама поднимает взгляд на Шервуда. Тот кивает, переводя напряженный взгляд на меня.

— Что это за место? — я с деланным любопытством осматриваюсь. Стараюсь скрыть отвращение к всему тому, что происходит.

— Это “Дыра”, — отвечает Алена, с любопытством меня рассматривая. — А ты, значит, будущая жена Дэнчика?

Я вздрагиваю, морщусь, но не отвечаю.

— А “Дыра” это такое название? — задаю первый вопрос, который приходит в голову. Понимаю, насколько он тупо должен звучать. — Прикольно.

— Тебе тут нравится? — спрашивает Алена, хмурясь.

— Нет, — отвечаю честно. — Я негативно отношусь к наркотикам.

— Тут все легализовано, — поспешно сообщает она. — По крайней мере, пока что.

— Они постоянно придумывают новый формулы получения удовольствия, — с неприязнью говорит Шервуд. — Чтобы их средства не числились в базе наркотиков.

— Вот видишь, братец, какой ты осведомленный, — едко замечает Алена.

— Я не считаю это место подходящим для шестнадцатилетней девчонки, — выплевывает он в ответ. — Пойдем домой.

— Не пойду.

— Я вообще не считаю это место подходящим для кого угодно, — еще одна честность от меня. — Даже если тебе шестьдесят. Алена, что тебе тут нравится?

— Что, братец, вызвал свою подружку, чтобы почитать мне мораль? — Алена пожирает брата хищным взглядом.

— Я не хочу никому читать мораль, мне правда интересно, — сообщаю я.

Я и понятия не имею, как вообще читать мораль. Мне все интересно, почему Шервуд просто не забросил сестру на плечо и не вывел ее отсюда силой. У меня от одного запаха, витающего в воздухе, начинает кружиться голова. А он тут сколько? Полчаса? Час?

— А ты попробуй, — она протягивает мне трубку кальяна, еще и с какой-то хитрой усмешкой.

— Это? — брови сами собой ползут наверх. — Не хочу.

— Значит, не особо интересно, — передергивает плечами Алена.

Что мне делать-то? У меня как-то опыт вылавливания подростков из всяких притонов стремится к нулю… Интересно, что бы сделал Вадим, если бы обнаружил меня в таком месте? Скорее всего, что-то из категории “закинуть на плечо и вынести отсюда”. Шервуд же действительно пытается поговорить с Аленой, как-то ее убедить, но сестра его явно не слышит. И не хочет слушать.

— Дэн, а ты не подождешь меня в машине?

— Тебя?! — возмущается он. — Я без нее никуда не поеду.

— Может быть, — я подчеркиваю эти слова, — она поедет с нами.

Он сверлит меня взглядом, но недолго. Тяжело выдыхает и поднимается.

— Если вы не придете через час, я спущусь снова. Но уже с нарядом полиции.

— Напугал ежа голой жопой, — кисло отвечает Алена, но Дэн не реагирует на эту фразу. Молча выходит из помещения, осматривая все вокруг явно недовольным взглядом.

Как только дверь за ним закрывается, Алена тянется к кальяну и затягивается. Выдыхает столп дыма прямо в меня. Я закашливаюсь так же показательно, как она все это проделывает. Глаза щиплет.

— Что ты от меня хочешь? — холодно спрашивает она.

— Понять тебя, — серьезно отвечаю я. — У меня тоже есть старший брат, который постоянно мешает мне жить.

— Мешает жить? — девушка оживляется.

— Ага. Каждый парень, который у меня появлялся, проходил от брата спец проверку. Он им либо угрожал, либо переходил к угрозам, если они плевали на его угрозы. Недавно вообще заявился ко мне домой в ночи, чтобы понять, с кем я ходила на свидание.

— Жестко, — хмыкает она. — Не, Дэнчик такой хренью не страдал, к счастью…

Это становится сигналом к разговору. Я понятия не имею, как это происходит, но мы начинаем жаловаться на своих братьев друг к другу. В какой-то момент я даже забываю, где именно нахожусь, а Алена откладывает в сторону трубку кальяна. Беседа строится так, как будто мы соревнуемся, у кого брат бОльший козел.

И уж не знаю, насколько это понравилось бы Вадиму, но он лидирует. Вот только я все равно по нему скучаю. Об этом я и сообщаю Алене внезапно для самой себя.

— А что тебе мешает с ним встретиться? — удивляется Алена.

— Мы поругались вчера, — пожимаю плечами. — И я не считаю себя неправой.

— А встретиться-то что мешает? — Алена явно не понимает. — Мы с Дэнчиком часто ругаемся, но всегда на нет сходит.

— Дэн о тебе заботится, — произношу я.

— Твой брат тоже о тебе заботится, только по-своему.

Как так вышло, что это не я провожу “воспитательную беседу”, а со мной.

— Наверное, ты права, — киваю я.

— Час почти прошел, — Алена смотрит на экран телефона. — Пойдем?

Я удивлена, что она первая предложила, ведь сама как-то потеряла счет времени.

— Пойдем, — киваю я.

— И кстати, в этом кальяне ничего запрещенного и не запрещенного не было, — внезапно говорит Алена на выходе. — Это вообще паровой коктейль. Мне просто нравится бесить Дэнчика.

— А ночевала ты где?

— У подруги, — пожимает плечами Алена. — У нее родители разводятся. Пока, Славик!

Это она бросает уже охраннику в холле. И до меня доходит, что с друзьями она как раз не прощалась.

— Ты ведь не будешь встречаться с моим братом, да? — спрашивает уже на лестнице. — И свадьбы, которую отец вычудил, не будет?