Босиком по пеплу. Книга 1 - Алекс Джиллиан

— Не говори так со мной, Нейт. И…что? Тебя отстранили от задания охранять меня?

— Ага. Теперь ты под полной охраной его высочества, — с горечью выплевывает Нейтан. — Вызволить тебя оттуда теперь фактически невозможно. И наши шансы на побег стремительно стремятся к нулю.

— Нейтан, нам не придется никуда бежать, — в надежде на понимание Нейта, уверяю я. — Все не зря. Я договорилась с Хамданом. У нас состоялся относительно конструктивный диалог. Все не так плохо, как ты думаешь. Мне просто нужно провести с ним какое-то время, всего неделю, — ответом на фразу мне служит зловещее рычание Нейта. — А после…он сказал, что отпустит меня, отменит обременительный брак, если я пойму, что мы действительно не подходим друг другу. Представляешь? Все так просто. И бежать никуда не нужно. Не сомневайся, за неделю ничего не изменится. Он не передумает.

— Ты совсем глупая и наивная, Ли? — мне кажется, будто мой телефон самопроизвольно трясет от силы гнева Хамдана.

— Прошу тебя, не обвиняй меня! — едва ли не плача, прошу я, сжимая до боли смартфон. — Я хотела…просто хотела и хочу быть с тобой, Нейт. Быть с тобой открыто, любить без оглядки, а не постыдно прячась и убегая от жизни, от правды, от своей семьи…от реальности, в конце концов!

— Черт, прости меня. Прости, крошка, — с отчаяньем шепчет он. Слова Нейта обволакивают теплом. — Я просто, — делает паузу, нервно сглатывая. — Меня всего разрывает от одной мысли, что ты там, в его квартире. Что ты пришла к нему. Сама пришла. Это какой-то ад, Ли.

— Поговорить пришла и цивилизованно договориться об отмене свадьбы, — глухо всхлипываю я. — Это ничего не значит. Надеюсь, ты понимаешь это.

— Он распускал руки? — задает удушливый вопрос Нейт.

— Он…нет. Мы разговаривали. Дипломатично и мирно, — неуверенно опровергаю догадку Хамдана я.

— Я убью его и подорву до пепла его чертов дворец, если он за эту неделю трахнет тебя и мне плевать, что он наследник Анмара, — я слышу скрежет его зубов и то, как Хамдан ударяет кулаком ближайшую каменную поверхность сжатым кулаком.

— Нейтан, перестань, что ты такое говоришь. Думаешь, я на такое способна? — глаза начинает беспощадно щипать от такого несправедливого и грубого заявления.

— Ли, я не имел в виду, что ты…черт, да что угодно может случиться. Он может поставить тебя в безвольное положение.

— Я не бесхарактерная амеба. Напоминаю, Нейт. И не говори так, даже произносить подобное опасно. Для меня существуешь только ты. Давай сохранять спокойствие. Я проведу с Амираном время, а потом смогу отказаться от брака. Мы все выигрываем в данной ситуации. Слышишь? Все будет хорошо. В конечном счете, мы будем вместе, без необходимости побега. Верь мне так, как я верю тебе, — по его тяжелому дыханию мне до сих пор ясно, что Нейт весь горит и беснуется.

— Я твоя, Нейт, — смахивая слезу, искренне шепчу и обещаю я, вновь ощущая покалывание на губах. — Мы прорвемся. Если нам суждено быть вместе, нам ничего не помешает.

— Нет никакого «суждено», Ли. Мы могли сбежать и сами решить свою судьбу.

— Я не готова бежать. Прятаться. Я хочу видеть своего отца и маму на нашей свадьбе. И мне важно, чтобы ты стал тем, кем хочешь стать. Твой отец, я, весь Анмар — ты обязательно займешь когда-нибудь место Джамаля Каттана, построив блестящую карьеру агента военной разведки. Однажды, я буду тобой гордиться на церемонии посвящения. Не позволю, чтобы печать позорного побега разрушила смысл твоей жизни. Я знаю, как много для тебя это значит.

— Если я тебя потеряю, ничего уже не будет иметь значения, — не соглашается со мной Хамдан.

— Ты меня не потеряешь, Нейт. Я тебя люблю. Ничто этого не изменит. Даже Амиран аль-Мактум не в силах повлиять на это, — ощущая болезненную резь в горле, пытаюсь не заплакать я.

— Я знаю, Ли. Я люблю тебя ещё сильнее.

— Сильнее, чем стрельбу в упор и бег с препятствиями? — пытаюсь шутить я.

— Навсегда сделать тебя своей и вырвать из лап всех конкурентов и тех, кто мешает этому — тот еще бег с препятствиями, — печально улыбнувшись, я мысленно соглашаюсь с Нейтом, прекрасно осознавая, что до финишной прямой нам еще очень далеко, даже если по времени это всего неделя.

Нейтон

Связь прерывается до того, как я успеваю сказать, что Ли совершила огромную ошибку. Довериться слову Амирана аль-Мактума все равно, что с разбега сигануть со скалы. Без малейшей страховки. Она же не гребаная птица, а глупая наивная девчонка, уверенная, что на территории Америки ее свобода и самостоятельность неприкосновенны. Я знаю, что ее действия продиктованы благими намерениями, и всем известно, что ведут они не всегда туда, куда хочется.

В действительности Алисия Саадат ничего не решает — ни здесь, ни в Анмаре. Мечтательница, максималистка с не обломанными крыльями со слепой верой в то, что любую проблему можно и нужно решить малой кровью. Вот только никакие крылья не помогут Ли сбежать от принца, если он по-прежнему заинтересован в заключении брака. А в том, что Амиран заинтересован, как минимум, в самой Алисии, не заметил бы даже слепой. Явившись к нему по собственной воле, Ли предоставила наследнику карт-бланш. Он же не идиот, и в два счета вычислит, почему вдруг дочка шейха воспротивилась свадьбе с будущим королем. Кто, вообще, отказывается от подобной чести? Сумасшедшая… или влюбленная в другого.

И об этом звонке наверняка уже известно аль-Мактуму. Может быть, и не только о звонке.  К черту! Его здесь нет. Кортеж принца выехал с парковки жилого комплекса, а значит, мизерный шанс исправить совершенную глупость еще есть. Я видел, как за два часа до этого тот же самый кортеж увез Ли из кампуса, и все это время, как полный идиот, просидел в засаде на другой стороне улицы в арендованном «Порше», наблюдая за главным входом «Steinway Tower».

Я был уверен, что Ли доставили к эмиру против ее воли, что он узнал о нас…, я звонил ей, хотя знал, что делать этого не стоит, но страх оказался сильнее разума, а ее номер не отвечал. И тогда я представил еще более страшную картину. Телефон у Алисии отобрали, а она прямо сейчас один на один с наследником, беспомощная, слабая, хрупкая, и его алчные руки прикасаются к ней, снимают одежду, бросают в постель.

У меня нет иллюзий в отношении нравственного облика эмира.  Наделенный властью королевский отпрыск никогда не ограничивал себя в удовольствиях. Список его интересов огромен, и женщины занимают в нем далеко не последнее место. До меня доходили слухи, что службе безопасности нередко приходилось улаживать проблемы, связанные с неприемлемым поведением принца, но никакой конкретики и подтверждённых фактов. Гребанная неприкосновенность королевского отпрыска. А безнаказанность, как известно, развращает, сбивает напрочь ориентиры. Остается только гадать, как далеко Амиран может зайти, оставшись наедине с беспомощной девушкой.

А потом раздался звонок… из штаба АРС, и я получил приказ от командования о завершении задания.  Наблюдение и безопасность Алиссии Саадат теперь осуществляется личной охраной Амирана аль-Мактума. Это был полный крах. Аллах свидетель, я находился на грани того, чтобы подняться в апартаменты наследника и потребовать назад свою женщину. От отчаянного поступка меня спасло то, что эмир соизволил покинуть пентхаус.