Ты у меня под кожей - Юлия Резник

— С днем рождения, Лидия Сергеевна, — наверное, было бы лучше, если бы цветы матери подарил Орлов, но поскольку они в руках у меня, мне не остается ничего другого, как вручить их.

Мою неловкость трудно описать словами. Я не знаю, как лучше себя повести. Обнять? Здесь вроде все обнимаются, но ведь они — семья. Впрочем, долго ломать голову над этим вопросом мне не приходится. Лидия Сергеевна пресекает все мои сомнения одним махом, когда первой открывает объятия. И этим неожиданно затрагивает самые потаенные струны моей души. Моя мама умерла так давно, что… Ах ты ж, черт! Не хватало еще расплакаться.

— С днем рождения, мама!

— С днем рождения!

— Слушай, ма, куда мне все-таки приткнуть этот коробок?

— Да вон туда, на тумбочку ставь. Сашенька, давайте ваш плащ. Ринат, что ж ты за своей девочкой не поухаживал?

В носу все сильнее щиплет. Ну, какая я девочка, вот казалось бы? А ведь приятно…

— Так с бандурой этой, как тут поухаживаешь?

— Никак! Это сделаю я. Александра, не соблаговолите ли скинуть плащ?

Улыбаюсь Артему, который вышел из комнаты, и, театрально поклонившись, поворачиваюсь к нему спиной.

— Ты свои руки загребущие к моей женщине не тяни.

— А то что?

— А то вырву.

— Начинается! — закатывает глаза Ариша, прежде чем я успеваю испугаться.

— Часто у них такое?

— Постоянно. Но твой Ринат, кстати, тоже хорош.

— Эй! Попрошу…

— А что? Скажешь, ты не строил мне глазки, желая позлить брата? — воинственно подбоченивается Ариша.

— Неужели ты занимался такими ужасными вещами? — удивляется Лидия Сергеевна. — Взрослые мальчики, а ведете себя, как дети.

— Вот-вот! Слава богу, у нас дочь.

— Да она такая хулиганка, что любому пацану даст прикурить! — ухмыляется Ринат, притягивая меня к себе. На секунду прижимаюсь щекой к его груди и перевожу взгляд на Машеньку, которая, воспользовавшись тем, что взрослые о ней в кои веки забыли, взялась намазывать обувным кремом пол и с тех пор здорово преуспела.

Это же самое замечает и Миша.

— Вот ты ж черт! А я как раз хотел вступиться за твое доброе имя! — бормочет он, подхватывая дочь на руки. — Ну, ничего-ничего, правда, принцесса? Мы еще посмотрим, кого на свет родит твой дядя.

Моя улыбка медленно гаснет.

— Ну, что, давайте скорей за стол!

В суматохе проходим в комнату и рассаживаемся. Ужин накрыт в гостиной, но и здесь нам тесновато. Понимаю, что, в отличие от меня, Ринат рос в довольно скромных условиях. Может быть, поэтому ему и удалось сохранить в себе человечность, несмотря на то, кем он стал?

— Так что все-таки в этой коробке?

— Сервиз. Надеюсь, вам понравится.

— Это Саша выбирала.

— Ух ты! А мы в том году подарили маме супницу.

— Посуды много не бывает. Семья растет!

— И слава богу. Может быть, и Ринат с Сашенькой меня порадуют внуками. Я ведь сколько их ждала…

Я молчу. Только за бокалом прячусь. Холодок идет затылком, стекает по позвоночнику, и я ежусь. За столом звучит смех, кто-то, кажется, это Артем, вспоминает забавную историю из детства. А кто-то даже приносит старый альбом. Фотокарточки в нем и цветные, и черно-белые. Я скольжу по ним взглядом, но ничего толком не вижу.

— Саш… Эй! Скажи, что они совсем не похожи?

— Кто? — облизываю губы.

— Так ведь братья, — Ариша обеспокоенно сводит брови. — У тебя все хорошо?

— Да. Да… Конечно. Совсем не похожи. Если только глазами, — замечаю очевидное и в панике кошусь на дверь.

— Это точно! И у Машки, кстати, тоже Орловские глаза.

Нет, я все-таки не могу. Задохнусь, если это не прекратится.

— Извини, я отойду на минутку.

— Туалет по коридору направо, — шепчет мне Лидия Сергеевна. Я благодарно киваю, потому что как-то надо отреагировать, а уже в коридоре меня ломает. Я вжимаюсь ладонями в край комода и, опустив голову, делаю жадный вдох. В тот же миг на мою талию ложатся ладони. Те самые. Надежные и горячие. Вчера я… вчера я во многом ему призналась. Но кое в чем сознаться так и не смогла.

— Я не могу иметь детей, Ринат. Прости, я… должна была сказать тебе об этом раньше.