Я. Тебя. Заставлю - Ольга Вечная

Кирилл спускается с лестницы, подходит ко мне.

— Что смотришь? — спрашивает, воруя из моей тарелки тост с сыром. Это мило.

— Ты видел новое расследование Измайлова? Я уже два раза пересмотрела.

Богданов останавливается у меня за спиной, наклоняется, уперев ладони в стол по обе стороны от меня. Жует.

Вот любит человек находиться сзади! Использует каждую возможность. Его близость, как и всегда, волнует и заставляет кровь быстрее бежать по венам. Я ставлю десятиминутный ролик на повтор, Кирилл смотрит секунд пятнадцать.

— Да, Марат в своем репертуаре. Провокатор, — коротко кивает и отправляется к кофемашине.

— Ты его знаешь?

— Мы вместе учились.

— О. Я поняла. Кирилл, после такого вброса не видать им разрешения на строительство, как своих ушей. Хотели, как всегда, под шумок протащить проект, а тут такая антиреклама!

— Ага, они уже копать начали, технику пригнали. Вот это самоуверенность.

— Марат рассказал, да, я видела.

— На самом деле масштабы потерь строительной фирмы впечатляют. Сам по себе проект весьма недешев. Земля, которая им тоже досталась не просто так, уплывает из-под рук. Судиться, опять же, не пойдешь, требуя вернуть откаты. Придется снова залезть в карман, но уже без гарантий.

— Думаешь, если придется, Москва вмешается?

— Непременно. Настолько агрессивно нарушать закон позволено лишь москвичам, думаю, их до глубины души возмутят зарвавшиеся местные.

— Земля в этом месте, конечно, золотая. Что-нибудь грандиозное все равно построят.

— Разумеется, построят. Какие сомнения? — Потом бросает на меня прямой взгляд и добавляет: — Только не греки. Кто-нибудь другой.

Он включает кофемашину, и мы молчим, слушая ее гудение.

— Тебе не страшно? — спрашиваю я серьезно. Смотрю на него внимательно, не скрывая волнения.

Кирилл берет чашку эспрессо и присаживается напротив.

— Они всего лишь люди. Самые обычные. Как ты, как я.

— Ты не обычный.

— Ошибаешься, Лада. Но бояться не нужно. Спанидисы трясутся за свой имидж. Пока они не делают ничего сверх, никому нет надобности топить их. Будут наглеть или нарываться — потеряют всё.

— Твои слова звучат уверенно, меня это успокаивает. Они не могут как-то снять тебя с должности?

— Если они попытаются похоронить мою карьеру, я похороню их семейный бизнес. Не накручивай себя, не убьют же они меня.

— Кажется, я просто привыкла бояться, — поджимаю губы и опускаю глаза.

— Для всех ты теперь моя девочка. Любой негативный взгляд в твою сторону равен негативу в мою, — он слегка улыбается.

Для всех — да. А для тебя? Для тебя я кто?

Прошлым вечером я неловко замерла у лестницы с пакетами в руках. Захватила из дома костюм для офиса, обувь, сменное белье, немного домашней одежды и кое-какие личные принадлежности.

Кирилл пожелал хорошей ночи и ушел на второй этаж. Я развесила одежду по шкафам гостевой спальни, помаялась немного, походила из угла в угол, посмотрела из окна. Потом спустилась на первый этаж. Включила телевизор и листала каналы, пока не наткнулась на знакомый сериал. Так и уснула в гостиной, закутавшись в плед.

Разбудил меня небольшой шум следующим утром. Кирилл на кухне наливал воду в бутылку. Я присела на диване, потянулась.

— Спи, еще рано, — сказал он.

— А ты?

— У меня тренировка.

Я бросила взгляд на часы.

— Без пяти шесть.

— Я в курсе.

— Ты каждый день тренируешься?

— В воскресенье делаю паузу. Если я не позанимаюсь утром, к обеду меня просто вырубает. Спорт — необходимость, чтобы не уснуть в середине ваших, мой бесценный юрист, — его голос приобрел шутливые издевательские интонации, — блестящих, блть, выступлений.

— Тебе скучно на заседаниях? — мои губы растянула хитрая улыбка. А потом я засмеялась в голос, когда он закатил глаза.

— По-разному, — пожал плечами. Затем взял со стола бутылку с водой и спустился в подвал.

А мне-то уже не до сна было! Как рукой его сняло. Какой там отдых!

— У тебя нереально удобный диван! — крикнула ему вслед, подбежав к лестнице.

— Я знаю, сам на нем частенько выключаюсь, — ответил с цоколя. — Не мешай мне. Займись чем-нибудь.

Вот я и занялась. Привела себя в порядок, позавтракала и принялась читать новости. На первой же странице выпала заметка о том, что Марат Измайлов активно привлекает внимание к ближайшим общественным слушаниям в Геленджике. Нетрудно догадаться, кому в голову пришла столь смелая идея.

В половине восьмого мы, полностью собранные, обуваемся в прихожей. За прошедшие сутки Кирилл ни разу не притронулся ко мне, поэтому я невольно вздрагиваю, когда он внезапно берет меня за руку. Все время ведь жду, когда это случится снова. Когда он скрутит меня, как именно это сделает? Прижмет к стене, нагнет над столом или распластает на диване? Поставит на колени, приказав открыть рот… Ему может захотеться в любой момент.

Мою реакцию он замечает, но никак не комментирует. Вкладывает в мою ладонь ключи от мерса.

— Кирилл? — спрашиваю, рассматривая брелок. — Ты даришь мне свою машину? — Моему удивлению нет предела.

Он бестактно хохочет вслух.

— Лада, ты явно переоцениваешь свои способности и внешние данные, — качает головой то ли с восхищением, то ли с издевкой. А может, все вместе.

— Эй! — смущаюсь и негодую одновременно. При этом мне совсем не стыдно. Не подержать же он мне дает ключи, в конце-то концов!

— Я решил одолжить тебе свою старую машину, я на ней приехал сюда из Москвы. Сначала хотел лететь на самолете, а потом внезапно передумал. Так и стоит в гараже, руки не доходят продать. Она в порядке, пользуйся, сколько будет нужно. И еще, пока не забыл. Вот моя визитка номер один. Здесь сотовый и рабочий телефоны. Визитка номер два, — кладет сверху белую карточку без реквизитов, на ней только цифры. — Это еще один мой номер, он доступен, даже когда я на заседаниях, но звонить лишь в экстренных случаях. На другой стороне пин-код, — следом вручает мне пластиковую карточку.

— Деньги не надо.

— Я догадываюсь, какой у тебя оклад, и я хочу, чтобы ты блистала, — пресекает мое сопротивление. Напоминает, что думает о себе. Его девочка должна хорошо выглядеть. Он любит смотреть.

— Сколько там? — спрашиваю, сдаваясь.

— А на какую сумму ты бы себя оценила?

Мы выходим из дома, он пультом открывает ворота. На улице свежо и тихо, только птицы поют да где-то вдалеке сосед стрижет газон. Здесь много зелени, под ногами чистая тротуарная плитка. Мы словно за городом на отдыхе, не верится, что каких-то полчаса за рулем, и вот он центр города.