Sex Only - Ашира Хаан

— Карин… — он шепчет мне на ухо своим тягучим низким голосом, а пальцы гладят шею, едва касаются груди. Другой рукой он ловко застегивает оставшиеся крючки на бюстгальтере.

— Мммм? — отзываюсь я.

Знаю, что веду себя глупо. Стараюсь справиться.

— Надо было соврать?

— Нет! — почти кричу. Вот этого я бы точно не простила.

— Ну что тебе сказать, чтобы ты успокоилась?

— Ты опытный, тебе виднее, — я не могу удержаться от шпильки.

Альберт тяжело вздыхает, берет мой свитер и начинает натягивать его на меня.

— Весь мой опыт на тебе ломается. С самого начала и до самого конца, — признается он в итоге, укутывая меня в свои объятия. — Это ужасно. Я давно не чувствовал себя так неуверенно.

— Как это? — я, конечно, как и все, считаю себя уникальной женщиной, но не настолько же.

— Я аналитик. Это моя сильная сторона. Я знаю, что нужно каждому человеку, который со мной общается. От меня, от жизни, от нашего сотрудничества.

— Ну я догадываюсь, что ты умный, иначе не был бы тут, — мне ужасно грустно и хочется уйти, но еще больше хочется, чтобы кто-нибудь утешил и успокоил. А рядом с ним мне гораздо спокойнее, чем с кем-либо еще. К тому же срок нашего недолгого свидания стремительно сокращается. Скоро у него тут будет журналистка.

Острый укол ревности куда-то под лопатку.

— Это не про ум. Это про настоящие желания человека — разницу между тем, что он хочет, и тем, что ему нужно. Очень интересная и тонкая тема. И тому, кто дает людям то, что им нужно, под видом того, что им хочется — открыты все двери.

— Ну молодец, чего, — ворчу я.

Кожа у него на шее сладковатая на вкус, и еще у Альберта сбивается дыхание, когда я трогаю его вот так кончиком языка.

— Тебя я не понимаю. Ты хочешь сказки, тебе нужно тепло. Я дал тебе ровно это, а ты все равно сбежала.

Я хмыкаю. Прав, зараза. Хочу, нужно. Действительно, талант, достойный места в этом кресле.

— Тебе ведь понравились украшения, м? — он тыкается носом в мое плечо, я выныриваю из сладких запахов его кожи и смотрю в глаза.

— Очень. Особенно то, что к ним прилагалось.

— Тогда почему ты заставила их забрать?

Я молчу.

— Я попытался сделать так, как ты хочешь — подарки попроще, голая страсть. Снова не то.

— Это когда ты оттрахал меня в машине и выбросил к цветочкам? — я сжимаю зубы, потому что та боль еще колется шипами под босыми ступнями.

— Хотел пожестче. Хотел показать тебе ровно то, что ты даже не хотела, но требовала. Понял, что сам не смогу.

— То есть завалил дорогими подарками, показал как будет, если буду выеживаться, и назвал это аналитикой? — я прикусила его мочку уха сначала легонько, но в процессе что-то разозлилась и сжала зубы уже всерьез.

Альберт стойко дождался, пока я наиграюсь, обнял ладонью за шею и жестко поцеловал, раздвигая языком зубы и прикусывая верхнюю губу.

— Стерва.

— Манипулятор.

— Нам пора.

— Будешь трахать журналистку? Или секретаршу? Или обоих? А где? — я обвела кабинет взглядом. — Хоть бы диван поставил.

Он впился в меня злым взглядом.

— Что? — изобразила невинный вид.

— И как тебя такую отпускать?

— Поставил на ножки, шлепнул по жопе и позвонил секретарше, чтобы проводила, а по пути обновила запас презервативов.

— Вечером приеду.

— Ты же был занят?

— Освобожусь! — рыкнул он, ссаживая меня с коленей. Скептически осмотрел свой стол, по которому было очень видно, чем там занимались. — Встречу, пожалуй, перенесу в переговорку.