Двойное подчинение - Алиса Ковалевская

— Я не птенчик, — тут же запротестовал он.

— Так вот именно! — заметила, что Антон с интересом прислушивается к разговору, но сейчас куда важнее мне было накормить сына. Правила «чистых тарелок» в доме у нас заведено не было, однако я прекрасно знала: если сын не поест, через час-другой начнёт клянчить. Тем более, что завтрак был давно. — А если не будешь есть, именно птенчиком и станешь.

Ещё раз тяжело вздохнув, сын всё-таки принялся за еду. Удовлетворённая, я тоже отправила в рот кусочек курицы и, поймав на себе взгляд Дениса, вопросительно кивнула. Если Антон хоть как-то пытался разбавить молчание, Денис ел молча. Задумчивый, он смотрел то на меня, то на Андрея и что-то подсказывало мне, что вовсе не замечал вкуса еды. Спустя ещё несколько минут сын с усталым, полным истинного страдания видом отодвинул от себя тарелку.

— Молодец, — опередил меня Антон.

— Теперь можно идти? — нетерпеливо спросил сын, ёрзая на стуле.

— Теперь можно.

Не успела я сказать это, Андрей, скрипнув стулом по полу, слез с него и бросился прочь из кухни. Сторонницей компьютерных игр и игровых приставок я никогда не была, но сейчас это пришлось как нельзя кстати. Куда бы сложнее было, если бы сын начал приставать к нам с какими-нибудь вопросами, тогда как этих самых вопросов у нас и так было больше, чем достаточно. Вопросов, претензий и прочей всячины, совершенно не нужной маленькому ребёнку.

— Спасибо, — закончив с обедом, Антон встал и, взяв со стола пустые тарелки, отнёс их к раковине. — Ты хорошо готовишь.

— Вряд ли так уж хорошо, — совершенно искренне ответила я, откинувшись на спинку стула и посмотрев на него.

Готовила я и в самом деле так себе. Что-то простое, на скорую руку — да. Могла испечь булочки или печенье, на остальное же просто не хватало времени. Чтобы добиться того, что у меня есть сейчас, я работала, порой не давая себе и дня на отдых. Воспитывала сына, стараясь, чтобы он не чувствовал себя лишённым любви и внимания, помогала встать на ноги младшей сестре. Нет, особых заслуг я за собой не чувствовала, но и отрицать того, что я смогла справиться со всеми выпавшими мне сложностями, причём справиться достойно, не собиралась.

— Поверь, — кивнул Антон. — А ты что скажешь, Дэн? — обратился он к так же, как и я, откинувшемуся на спинку стула брату.

Тот некоторое время молчал. Сложил кисти рук перед собой и смотрел на меня, не разглядывая, ни о чём не спрашивая. Устав от этого, я уже хотела было встать, но тут он неожиданно спросил:

— Ты не делала тест ДНК?

— Нет, — резко ответила я, встала и принялась собирать остатки посуды.

Вместо ожидаемого мной нового витка выяснения отношений, Денис тоже поднялся и вышел. Антон забрал у меня из рук тарелки. Пальцы наши соприкоснулись, и я подняла на него взгляд. Ждала, что он что-то скажет, но он тоже молчал. Они словно бы знали что-то, чего не знала я, играли со мной в какую-то неведомую мне игру.

— Андрей похож на Дениса, Ань, — всё-таки сказал он.

Я качнула головой.

— Это ещё ни о чём не говорит.

— Говорит, — вернувшийся Денис положил на стол передо мной толстый фотоальбом в кожаном переплёте. На уголках кожа едва заметно протёрлась, но в целом выглядел альбом так, будто его почти никогда не открывали. Должно быть, именно так это и было.

— Что это? — глупо спросила я, посмотрев на старшего брата.

Тот только кивнул на альбом, предлагая открыть его, и я послушно перевернула первую страницу. На первой же фотографии увидела… Боже… Двое мальчишек и их родители: красивая женщина со светло-русыми волосами и приобнимающий её за талию мужчина. Рослый, крепкий. Рядом с ними стояла девочка чуть постарше. Девочка, как и младший мальчик, была похожа на мать, тогда как в старшем отчётливо прослеживались черты отца: поджарого, с твёрдым волевым подбородком и глубоким взглядом. На снимке Денису было лет шесть, не больше. Антон… светловолосый, пухленький, щекастый, он напоминал этакого бутуза-херувимчика. Никогда бы не подумала, что маленьким он был таким. И ещё девочка… Я понятия не имела, что у них есть сестра, однако сейчас не это заставило меня неотрывно вглядываться в снимок. Денис в детстве…

Перевернула страницу, разворачивая перед собой прошлое.

— Андрей, он… — в горле пересохло. С трудом оторвавшись от альбома, я вновь посмотрела на старшего брата. — Он так похож на тебя в детстве.

Мимика, жесты. Пусть даже многие черты взял от меня, отрицать очевидное было бессмысленно. Сложение, взгляд…

— До десяти я был тем ещё толстяком, — усмехнулся Антон, положив ладонь мне на плечо. — Так что…

— Мы можем сделать тест ДНК, Анна, — наблюдая за тем, как я перелистываю страницы, сухо выговорил Денис. — Но, думаю, ты и сама уже всё поняла.

Поняла… За этот день я поняла столько, что голова шла кругом. Только вопросов меньше не стало. Денис, Антон, тест ДНК… Обессиленно присев на край стула, я сложила руки прямо поверх альбома и уронила на них голову. Выдохнула. Почувствовала прикосновение пальцев к плечам и поняла, что это Денис.

— Мы сделаем тест, — сказал он уже утвердительно. — Чтобы ни у кого из нас никогда больше не было сомнений.

У меня их и так уже не было. Семь лет догадок, раздумий, закончились в тот момент, когда я увидела маленького мальчика на снимке. Маленького мальчика, через много лет давшего жизнь другому мальчику. Тому самому, что стал для меня смыслом моей жизни.

— Откуда вы узнали, что мы собираемся уезжать? — с трудом выпрямившись, спросила я. Перевернула ещё одну страницу и невольно улыбнулась, увидев чуть повзрослевшего Антона с золотой медалью на фоне огромного, поделённого на дорожки бассейна.

— У тебя хорошая сестра, — уголок губ Антона дёрнулся, стоило ему наткнуться взглядом на ту же фотографию.

Маша… Почему-то я даже не удивилась. Вот же стерва! Пусть только попадётся мне на глаза!

— Можешь передать ей, что на работу она принята, — Дэн уселся на край стола. Я хотела что-то ответить, подняла на него взгляд, и слова тут же пропали. В глазах его уже не было того тяжёлого мрака, что окружал меня всё это время. Протянув руку, он взял меня за подбородок и провёл пальцем по нижней губе.

— Я рад, что у меня есть сын, Аня, — тихо сказал он. — Несмотря ни на что, рад.