Ты любишь сверху? - Лана Пиратова

Выйдя из ресторана, я почувствовал облегчение. Разговор с Ларисой прошел на удивление легко. По крайней мере, обошлось без оскорблений и криков. И, наверное, за это надо благодарить Ксюшу. Ее эффектное появление перед нашим столиком, похоже, сбило Ларису с толку.

У меня только один вариант, куда могла поехать Ксюша после своего триумфального появления в ресторане. Еду уже по знакомому адресу. Поднимаюсь на третий этаж.

Дверь открывают не сразу, причем я слышу, что за дверью кто-то есть. Значит, сомневаются, впускать ли меня. Значит, я угадал и Ксюша здесь.

Наконец, Анжела открывает дверь, но не дает мне войти.

- Чего тебе? – как-то даже грубо говорит она.

- Добрый вечер, Анжела, - я, наоборот, учтив до безобразия. – Разреши мне войти. Ксюша у тебя?

- Кирилл, - она загораживает мне проход, - оставь девочку в покое. Ты – уже взрослый дяденька и должен знать, что маленьких обижать нехорошо.

Я облокачиваюсь о дверной косяк. Ну, не штурмом же мне брать квартиру Анжелы. Хорошо, давай поговорим о взрослых дяденьках и маленьких девочках.

- Анжела, я все равно не уйду. Дай мне поговорить с Ксюшей.

- Зачем? И главное – о чем? Она только успокоилась.

Ага, то есть она плакала. Ревнует? И мне самому становится противно от того, что это известие доставляет мне удовольствие.

- Нам надо поговорить, - твержу я. – Давай спросим у нее. Если она не захочет со мной говорить, то я уйду.

В этот момент в дверном проеме, отделяющем гостиную от коридора, появляется Ксюша. Похоже, она услышала наш разговор. Я смотрю на нее и начинаю ненавидеть себя. Глаза красные. Она и правда ревела. Губы опухли. Она складывает руки на груди и произносит едва слышно:

- Что тебе надо, Кирилл?

Я протискиваюсь между Анжелой и стеной и подхожу к Ксюше. Еле сдерживаю себя от того, чтобы прижать ее к себе. Погоди, Кирилл, рано. Дай девочке отойти.

Поэтому просто говорю, наклоняясь к ней и пытаясь заглянуть ей в глаза:

- Ксюша, давай поговорим? Ты же взрослая девочка и знаешь, что проблемы надо проговаривать.

Слышу ухмылку Анжелы.

- Ксюша, если ты не хочешь с ним говорить, просто скажи это, - говорит Анжела и держит входную дверь все еще открытой.

Ксюша прикусывает губу и не знает, как поступить. Она переводит взгляд с Анжелы на меня. Анжела хлопает дверью, машет в нашу сторону рукой и уходит в другую комнату, пробурчав:

- Делайте, что хотите!

Я, наконец, делаю еще один шаг навстречу Ксюше и оказываюсь к ней совсем близко. Она разжимает свои руки и начинает своими кулачками колотить меня по груди.

- Ненавижу тебя! – произносит она и по щекам начинают бежать ручейки слез. Я и сам себя ненавижу сейчас. Я прижимаю ее к себе, подавляя сопротивление. Она пытается вырваться и оттолкнуть меня. Но силы быстро покидают ее и она просто виснет на мне. Я подхватываю ее на руки и несу в гостиную. Мы должны поговорить.

Сажусь на диван, Ксюшу сажаю к себе на колени, выключаю телевизор.

Она бездвижно сидит и тихо плачет. Слезы бегут по ее щекам. Я убираю волосы с ее лица и губами слизываю ее соленые слезы, заставляя успокоиться.

- Ты – скотина, - шепчет она. – Зачем ты мучаешь меня? Иди к своей шикарной блондинке. Я не буду тебя доставать.

- А я, может, хочу, чтобы ты меня доставала, - пытаюсь шутить, но, не найдя ответной реакции, говорю уже серьезно:

- Ксюша, в ресторане я был с Ларисой. Это моя бывшая. Из Штатов. Она прилетела вчера и я решил лично сказать ей, что между нами все кончено. Мне никто, кроме тебя, не нужен. Я не хотел говорить тебе об этом, чтобы лишний раз не огорчать. Но все вышло наоборот. Прости меня.

Я руками беру ее лицо и заглядываю в глаза. По одному ее взгляду я могу понять, простила она меня или нет. Она тоже смотрит на меня в поисках ответа на свои вопросы. Потом она вдруг громко всхлипывает и это так смешно, что мы начинаем оба улыбаться. Я притягиваю ее к себе и целую. Нежно, без намека на секс.

Похоже, я прощен. Отлично. Но как насчет этого слизняка Паши? Я ведь не успокоюсь, пока она мне все не расскажет. И Ксюша, по-видимому, тоже чувствует, что должна мне.

- Ты, наверное, хочешь меня спросить про Пашу? – спрашивает она, не глядя мне в глаза и перебирая пуговицы на моей рубашке. Это ее безобидное на первый взгляд движение мешает мне сосредоточиться, потому что ее пальчики нечаянно то и дело касаются моего тела и обжигают даже через рубашку. Поэтому я просто беру ее ладошки в свои руки и кладу ей на колени.

- А ты мне хочешь что-то рассказать? – спрашиваю я, пытаясь заглянуть ей в глаза.

Она смешно сопит и не решается ответить.

- Во всей этой ситуации меня волнует только одно: почему ты мне не сказала?

Она вдруг вспыхивает и гневно смотрит на меня:

- А тебя не волнует, что я была с другим мужиком в ресторане?

- Если бы ты была с мужиком, то не сидела бы сейчас тут у меня на коленях. Я ведь тебя предупреждал. Но ты была с Пашей. И я знаю, как ты к нему относишься. Если ты переживаешь, что я тебя не ревную, то поверь мне, лучше тебе не знать, как я ревную.

С этими словами я взял ее за подбородок и чуть сильнее, чем обычно, сжал его. Всего на пару секунд. Только для того, чтобы дать понять ей, что меня лучше не злить.

- Вернемся к этому недоразумению, - продолжил я. – Почему ты не сказала мне о Паше. И зачем, черт побери, ты с ним вообще встречалась?

Ксюша тяжело вздохнула.

- Я не рассказала тебе, чтобы избежать вот этих вот разборок. Думала, потихоньку все решу сама.

- И что же ты собралась решать? Сама.

- Понимаешь, все так сложно. Оказалось. Моя семья хочет породниться с семьей Паши. Используя для этого меня.

У меня похолодело внутри. Я сразу же вспомнил разговор с Антоном на его дне рождения. Точно! Он же упомянул, что Пашу метят в женихи для Ксюши. Вот же блядство! Жизнь не становится легче и беззаботнее.

А Ксюша тем временем продолжает:

- Я согласилась с ним встретиться, чтобы сказать ему, что между нами ничего не может быть.

- Сказала?

- Попыталась.

Мне все сразу становится ясно. Я понимаю, что не должен вешать решение этой проблемы на Ксюшу. Она попыталась решить все сама. Неудачная попытка. Я должен избавить ее от беспокойства в виде Паши Гросса.

Больше не хочу тратить наши с ней часы на этого мудака.

- А что с комендантским часом? – шепчу ей в ушко.

Ксюша тут же правильно реагирует и обнимает меня за шею, кладет голову мне на плечо так, что ее пухлые губки касаются моей шеи. Мурашки пробегают по всему телу от того места, где она коснулась меня легким поцелуем.