Без взаимности - Злата Романова

Глава 21

- Забыл что-то? - ехидно осведомилась она, чувствуя, как тает от осознания того, что он вернулся, несмотря на ее слова.

Тот факт, что Артем настолько нуждался в ней, подпитывал ее эго и уверенность в себе, пошатнувшиеся после истории с Егором. Было приятно быть кому-то необходимой, как бы эгоистично это не было с ее стороны.

- Тебя, - ответил он, наклоняясь и без видимых усилий поднимая ее с пола.

Однако, стоило ей оказаться на ногах, как он наклонился и взвалил ее на широкое плечо, будто мешок картошки. Рина от неожиданности взвизгнула.

- Идиот, ты что делаешь? А ну поставил меня на место!

Конечно, он и ухом не повел, целенаправленно двигаясь к двери.

- Да, постой же ты! Там же Гангстер! - закричала она, понимая, что упрямец решил сделать все в своей типичной Тихоновской манере и просто увезти ее из собственного дома.

После ее слов он резко остановился.

- Какой, к черту, Гангстер!?

В голосе слышалось недоумение.

- Пес! Отпусти меня.

Естественно, он этого не сделал.

- У тебя есть пес? С каких пор?

- Ты действительно хочешь сейчас это обсудить? Я вишу вниз головой и меня сейчас стошнит.

Наконец, мужчина внял голосу разума и поставил ее на ноги, крепко ухватив за талию. Боялся, что убежит? Из собственного дома? Вот дурак.

- Пес Богдана живет со мной, пока его нет, - сказала она Артему, положив руки ему на грудь, чтобы удержать равновесие.

Голова слегка кружилась. Он уткнулся лбом в ее макушку, тяжело дыша, и она застыла, не зная, что он собирается делать дальше. К ее изумлению, грудь под ее ладонями начала подрагивать, а потом до ее ушей донесся низкий смех. Крепко прижав ее к себе, Тихонов зашелся в приступе веселья, уткнувшись ей в плечо, и сотрясая все ее тело вместе со своим. Рина могла только недоуменно хлопать глазами, не понимая, то ли у него истерика на нервной почве, то ли его действительно могло что-то рассмешить в этой ситуации.

- Что смешного? - спросила она.

- Мы, - отсмеявшись, ответил он. - Ну, и то, что собаку назвали Гангстером.

Отстранился, поднимая ее лицо к себе за подбородок, чтобы смотреть в глаза, и одарил ее таким нежным взглядом, что она невольно поежилась, чувствуя себя последней дрянью за свое поведение.

- Когда вернутся родители?

- Не сегодня, так что из дома я не выйду, - миролюбиво ответила Рина. - А зная тебя, ты меня всю ночь держать будешь. Так и быть, можешь остаться.

- Какая же ты вредина, - ухмыльнулся он. - Хочешь меня и все равно ерепенишься. Поздно цену набивать, мы уже женаты.

Вот и относись к нему по-человечески после такого! Самодовольный имбицил!

- Приглашение отменяется, мудак! - тут же разозлилась она. - Скатертью дорога.

Артем только снова рассмеялся, крепче прижимая ее к себе и скользя губами по щеке вниз, к подбородку, несмотря на попытки Рины высвободиться из его загребущих рук.

- Я скучал по тебе, Воробушек, - прошептал он, уткнувшись губами в ее шею. - Маленькая моя… злючка.

И как перед таким устоять? Рина вздохнула, когда его губы нашли чувствительную точку на ключице, и откинула голову, облегчая доступ. Его руки скользили по ее телу, поглаживая бедра, живот, грудь, будто не могли решить, на чем остановиться, пока губы спускались все ниже. Одним движением Артем сдернул с нее футболку и, встав на колено, впился в  грудь, сжимая зубами мягкую плоть. Его руки крепко держали ее за талию, пока Дарина изгибалась, пытаясь прижаться напряженным соском к его рту, но мужчина избегал его, посасывая нежную кожу вокруг и оставляя красные следы на светлой коже вместе с отпечатками своих зубов.

- Не дразнись, - застонала она, впиваясь пальцами в его волосы.

- Разве это не то, что ты обычно делаешь? - спросил он, смотря на нее снизу вверх и демонстративно медленно касаясь кончиком языка заострившегося розового комочка, который так и просился в рот, чтобы его как следует обласкали и уделили внимание.

Рина хныкнула, подаваясь навстречу, но он не продолжил ласку, переходя на другую грудь и принимаясь ставить свои метки на ней.

- Не то, чтобы этот Макс когда-нибудь увидел мое, но напомнить тебе, кому ты принадлежишь, не будет лишним, - пробормотал он, не отводя взгляда от ее глаз и предупреждающе кусая за нижний изгиб груди.