Сын для миллиардера - Дана Стар

это особенно необходимо.

А что насчёт Леры?

Да, я испытываю к мерзавке ненависть. Но она своё получила. Ей дали три года в колонии и принудили к исправительным работам на ферме. Считаю, наказание справедливым.

После того как она выйдет, её репутация будет испорчена. Артур говорит, Лера усвоит урок надолго, ведь он внёс её в черный список по всей стране, так что на хорошую должность Валерию не возьмут никогда. Будет, в лучшем случае, месить улицы во дворах или работать кассиром в общественном туалете, в перерывах в нём же и уборщицей.

Артур меня заверил, что работы на ферме крайне тяжёлые. В её случае, она бы предпочла смертную казнь — как кричала сама Лера, когда ей выносили приговор, надевая наручники.

Есть даже видео. Я мельком глянула, но желания окунаться в эту тему у меня не было.

Как будто в грязь…

Как я скучала по маме!

Она сильно изменилась, поправилась, похорошела. Честно, я её даже не узнала. Выглядела такой счастливой, что этим самым довела меня до слёз.

Она жива…

Она говорит со мной, смотрит на меня, улыбается.

Это непередаваемый момент. А ведь я думала, что проведу с ней последние минуты, когда в последний раз навещала в хосписе. Если бы не Артур…

И Влад мне понравился!

Такой харизматичный, серьёзный мужчина. Симпатичный. Чем-то Артура напоминает.

Мама, конечно же, не призналась, наверно стесняется, но я поняла, что у них роман. Они слишком много времени провели вместе и смотрят друг на друга горящими глазами.

Мне знаком этот взгляд, и я не ошибусь никогда.

Потому что именно так Артур смотрит на меня.

Опасное время миновало, поэтому Королёв дал мне добро сесть в самолет, чтобы немного попутешествовать после того, как меня осмотрели врачи и подтвердили, что с моим здоровьем всё в порядке.

Несколько часов удивительного полёта на частном самолёте миллиардера, и вот мы здесь. В городе, ставшим легендой.

На балкончике свежо и прохладно, но несмотря на такую погоду, я вся горю. Черт, как быстро закипаю, когда Артур ещё более требовательней сосёт мою мочку и уже сдергивает вниз лифчик, обнажая пышную, налившуюся тяжестью грудь.

— О-х, — горячо вздыхает, накрывая упругие вершины ладонями, — офигеть, какие они огромные!

— Знаю, тихонько помуркиваю, потому что обожаю, когда Артур мнёт мои сисечки.

Королёв тем временем, зажав соски между пальцами, набрасывается на мою шею, алчно в неё вгрызаясь. И сразу же оставляет щедрый, влажный засос. Как клеймо, которое будет напоминать мне о том, что я принадлежу ему.

— Я голодал!

Продолжает круговыми движениями сводить меня с ума, тиская мою грудь. Сжимает сосок с таким напором, что я дергаюсь, ощущая сладкий прострел в области таза.

— Поэтому ты набросился на меня сразу, не дав как следует привыкнуть к сказке?

— Конечно! Но это не та сказка, детка, сейчас я покажу тебе НАСТОЯЩУЮ сказку!

Расталкивает мои ноги коленом, заставляя расставить их широко, но в юбке карандаш это не очень-то удобно.

Слышится треск.

Блин.

Он её порвал!

Вот варвар!

Жаль. Это ведь его подарок. Дорогой бренд.

Он как с голодного края!

В самолёте и в машине, пока мы ехали до квартиры, Артур ко мне тоже приставал. Посадил меня к себе на колени и всю дорогу непрерывно целовал. Уже тогда я почувствовала, какой каменной стала его эрекция. Я будто сидела на горячей вулканической горе, которая могла в любую секунду выплеснуть лаву.

Но мы только целовались в машине, а сейчас ему надоело терпеть. Представляю, как он голодал! Надеюсь, у него не было временных игрушек… Он же пользовался услугами в борделе, до нашей с ним встречи.

Ой, нет, нет, нет!

Артур не такой!

Он ведь изменился, верно?

Как только встретил меня.

Сам мне об этом говорил.

Блин, почему сейчас я вдруг подумала об этой ерунде?

Ох уж этот крайне чувствительный организм беременной.

Да если бы Артур налево ходил, он бы не был таким озабоченным маньяком как сейчас!

Так я себя переубедила.

Ну а что, логично!

Так сорвался, будто несколько лет женщин не видел.

Я почувствовала, как мою юбку приподняли, как сильные пальцы вцепились в трусики, резко их дернув, а потом вдруг немного пришла в себя и поняла, что мы так-то стоим на балконе, можно сказать, у всех на виду.

— Артур, — задыхаясь хриплю, — мы… м-мы… же на улице.

Нахал почти стянул с меня трусики.

Он мял мою грудь под блузкой. Алчно целовал шею, облизывая нежную кожу языком, двигал бёдрами вперёд и назад, насаживая попкой на вздыбленную ширинку — всеми способами пытался меня завести и подразнить.

Его большой, толстый член пылал жаром даже через плотную брючную ткань. О-о! Я забыла какой у него там гигантский размер! Порой мне казалось, что он прижимает ко мне бейсбольную биту. Вот только биты не могут быть такими горячими!

Не слышит меня. Продолжает насиловать и почти прилюдно трахать. Соседей на балконах нет, но мне все равно кажется, что за нами наблюдают, прячась за шторами окон.

— АРТУР! — толкнулась со всей силы попкой назад, лишь только так он немного опомнился и убрал руки от груди, опустив их вниз, но эрекция от моего манёвра стала только твёрже.

— Не могу больше ждать. А ты не хочешь экстрима? Впереди у нас горячие каникулы, я буду брать тебя в самых необычных местах!

Я поняла почему он убрал руки!

Чтобы как следует смять мои ягодицы.

— Что?

— Да, Ягодка! Ты сама напросилась! Захотела уехать из России и спрятаться? Только ты и я… И выматывающий бурный секс двадцать четыре на семь!

Отвесив лёгкий шлепок, Артур рассмеялся, подхватывая меня на руки.

— Идем, я знаю лучший вид, он открывается из окна в спальне. Буду трахать твою сладкую попку с видом на Эйфелеву башню!

Он вносит меня в комнату, плавно укладывая на кровать. Горячо и исступлённо целует, снимая с меня одежду. Расстегивает пуговицы на блузке, тянет вниз юбку, оставляя меня в одном только нижнем белье.

Артур делает паузу, восхищённо меня рассматривая. А я в этот момент смотрю на его ширинку и не понимаю, как она ещё не разошлась по швам. Вот где реальная Эйфелева башня, так это в трусах Королёва.

— Разворачивайся, Мила, — с доминирующими нотками в голосе хищно требует он, — становись на четвереньки.