Заставлю тебя полюбить - Виктория Победа

Все что удалось Багировой услышать с такого-то расстояния, это не то стон, не то плач. Да, Ракитин при этом даже не увернулся, когда вобла сушеная в очередной раз запустила ему в волосы свои лапищи. Вот же ж гад!

Нет, первым порывом Милы было подойти и дать всем оторваться, но затем она прикусила губу и тяжело задышала. В том, что все не так, как ей могло бы показаться, сомнений не было, но какого черта он повелся на ее махинации?! Какого не отмахнулся, и почему это он нес ее на руках как умирающего леБлядя?

Что не ясно, что ли, что тут изначально все было шито белыми нитками? И не так просто на Милу вывернули пиво, и не просто так все сложилось, что пригласили их сюда?! А сейчас и это картина маслом, что хоть к ране прикладывай.

Адреналин вскипел в крови, вынуждая девушку совершать абсолютно импульсивные действия. Нет, дурой она не была, но вот характером пошла исключительно в отца, который порой рубил с плеча. Вот и она рубанула. Круто развернулась на пятках и пошагнала в сторону клуба, вознамерившись сделать так, чтобы кое-то понервничал.

— Ну держись, муженек. Благородный принц. Как же! — пыхтела Мила, выискивая глазами того самого парня, что так настойчиво хотел с ней выпить водку с соком.

Несмотря на душераздирающую боль, смешанную со злостью и ревностью, что кстати неприятно удивило девушку, потому что она сразу смогла понять, именно это давнее чувство не давало душе покой при виде Алинки на руках у Ракитина, Мила была в полной готовности задать перцу всем присутствующим.

— Так что, выпьем, или как? — Багирова уперлась руками в барную стойку, оглядываясь по сторонам. Раньше времени появляться на глаза мужу она точно не собиралась. Сначала развлечься.

— А ты шо, уже развелась? Я тут как бы домой собирался, — парень удивленно посмотрел на Багирову и ухмыльнулся пьяненько-пьяненько. Окосевший взгляд терялся в свете неоновых огней, что лупили по зрению только так.

— Так давай на коня, — уверенно прокричала Багирова, усаживаясь за барную стойку. Милый бармен тоже был поддатый, и как он тут что-то мог разливать?

— Ну в целом можно потом и на кобылу…

— Да хоть на слона, угощай давай и расскажи мне, как у вас тут повеселиться можно, — Мила специально уперлась спиной в близстоящую колонну, посматривая на выход.

Парень стукнул по стойке и моментально перед ними появились яркие шоты. Слово за слово, и вот она уже знала все и о владельце, и о завсегдатаях, и даже об Алинке, которая тут, оказывается, была той еще звездой местного разлива. И молва о ней ходила та еще, что слаба на передок, да и деньги любит.

Двое барменов попеременно подключались к беседе и тоже шептали лишнего. В целом, Мила поняла одно — если бар-клуб работает не в убыток себе, то это просто чудо чудное и диво дивное.

Когда Мила выхватила глазами Ракитина, зашедшего в клуб и сканирующего пространство, она моментально спустилась с барного стула и переползла за стойку, чем знатно удивила собеседника.

— Йоу, ты куда? — уже не такой незнакомец Рома пораженно прокричал в пустоту.

— Пс, дуй сюда, — Мила дернула паренька за рубашку.

Стоит ли говорить, что после стольких бокалов отвертки, запитых шотами с текилой, парень не то, чтобы двигаться не мог, он и соображать не мог, так что под барную стойку просто упал как мешок с картошкой. Они уселись на скамью для бармена практически на уровне пола.

А Багирова тем временем аккуратно вылазила из своего убежища, пытаясь высмотреть Ракитина. Он же волнуется, да? Вот пускай места себе не находит, пускай подумает над своим поведением!

— Ребят, тут как бы мое место, — бармен Вася дал о себе знать, пораженно посматривая на странную парочу.

— Василий, не бузи. Давай лучше наливай, поговорим, — подпевая знаменитую песню, хрипел уже от смеха Рома.

Саша действительно начал выискать кого-то глазами. Кого-то, как же! Он искал ее, но Мила, выпивая очередной шот на брудершафт с новыми знакомыми, запретила себе думать об этом.

Парни травили байки, и было очень смешно, ровно до того момента, пока кто-то не вытащил за шкирку бармена с воплями.

— Девушку с распущенными волосами в черной кожаной юбке видел? — и это был не кто иной, как Ракитин. Ох, даже по скользящей в голосе вибрации Багирова понимала, что дело пахнет жареными. Она была уверена, что посмотри Мила на него сейчас, то сгорела бы дотла от яркого пламени глаз с поволокой чистой бурлящей ярости.

В этот момент Багирова даже не дышала, она зажмурилась, сжимая в руках очередной стакан с текилой. Ее сознание было еще в том состоянии, что она еще осознавала ситуацию вокруг, но уже ничего не боялась. Но портить Ракитину прекрасный вечер с Алинкой, конечно, не хотела.

К чести бармена, он не смог бы уже вспомнить и собственное имя, только неясно блеял. А затем пьяная туша приземлилась на скамейку под барную стойку, где он до того и был. Видимо, Ракитин понял, что говорить бесполезно, и пошел искать дальше.

— Ля, да у тебя ж юбка. И Волосы… — бармен томного дышал в щеку Багировой, а потом посмотрел так, словно впервые видел.

— Действительно! А еще голова и ноги! — Мила закатила глаза, одновременно шикая, мол молчи, дурной.

Пронесло!

Ребята набрались прилично, достаточно сильно, чтобы начать чудить, что, собственно, и последовало сразу после глубокой мысли.

— Ля, хочу угнать корову.

— Нахера тебе корова, Ром, угомонись и сопи в две дырки. Лучше давай накатим, а то что-то грустно, — бармен приложился головой к стене и застонал.

— Мила, он меня не понимает, хочу…оседлать корову. И быть ковбоем, тыгыдык, — Рома начал скакать на месте, чем вызвал приступ неконтролируемого смеха у Багировой.

— Ну предположим, там вообще был бык, но ход твоей…мысли мне нравится. Ик, — девушка так же заливисто смеялась, уже не замечая ничего вокруг. Еще бы, пили они уже далеко не текилу, и даже не водку, а все что горело.

Если бы Багирова только могла предположить, что поход в клуб закончится ездой на корове, она бы вряд ли согласилась, но так как она была именно в той кондиции, когда море кажется по колено глубиной, то и размышлять о разумности своих поступков она не могла. Зато смеялась девушка много, как и выпивала.

В этом закутке никто не мог бы ее увидеть, но смотрелось все это отнюдь более, чем странно.

А позже ребята выползли почти на четвереньках из клуба через служебный выход, который выходил прямо к первым домам местных жителей. Ночь давно вступила в свои права.

— У Петровича есть корова, — Вася остановился напротив нехиленького такого дома, цепляясь руками за ворота.

Мила же шла сзади и улыбалась во все тридцать два, сжимая в руках бутылку с коньяком. Ах, вот какая живительная жидкость держала ее на плаву все это время. И как-то легко стало на душе…