Стечение обстоятельств - Алина Аркади

‒ Поняла. ‒ Приближается, чтобы прикоснуться губами к моей щеке. ‒ Глеб, а когда Илья вернётся?

‒ Я тебе уже надоел? ‒ Притягиваю ближе, фиксирую перед собой.

‒ Настя волнуется. Спрашивает про Илью. Переживает за него. Я не для себя… ‒ шепчет в губы.

‒ Скоро вернётся. Всё с её Ильёй в порядке. Так и передай. ‒ На пару секунд захватываю сочные губы, проникая глубоко языком. ‒ Иди. Уже опаздываешь.

Выскакивает из машины и мчится к дверям. И всё-таки, платье слишком мини, оголяет ноги, предоставляя обзор на округлые бёдра. Проходящие мимо парни, окидывают девчонку плотоядным взглядом, а я мысленно смотрю в прицел, устраняя каждого. И только когда она скрывается за дверью, отъезжаю, чтобы через полчаса добраться в офис. Решаю некоторые вопросы, накопившиеся в моё отсутствие. Просматриваю договора, откладывая те, что вот-вот подходят по срокам. Обычно продлеваются автоматом, но решение клиента может измениться в любой момент. Скидываю всё не секретаря, который занимается оформлением и выдвигаюсь за Ариной.

Ещё целый час, но я хочу видеть, как и с кем она появится на выходе. Не даёт покоя пацан, который крутится возле неё.

Выхожу из машины, облокотившись на капот и подкуривая сигарету. Мимо пробегают студентки ‒ подмигивают и хихикают. Плевать. Неинтересно. Сейчас мне интересна исключительно Арина.

В кармане вибрирует телефон. Принимаю звонок не глядя, испепеляя взглядом тяжёлую входную дверь.

‒ Да?

‒ Глеб Романович, здравствуйте. Осетин. Я в Москве. Завтра заступать?

‒ Нет. Ни завтра, ни послезавтра.

‒ Я уволен? ‒ Теряется, замолкает.

‒ Нет. Ты сколько в отпуске не был?

‒ Два года.

‒ Вот считай, что ты в отпуске.

В этот момент в поле зрения появляется Арина в компании одногруппников. Уже знакомый пацан трётся возле неё, одаривая улыбкой. Кладёт руку ей на плечо, а меня встряхивает: не люблю, когда моё лапают сальными ручонками. Прищуриваюсь, готовый сорваться с места и сломать ту самую руку, что прикасается к Котёнку. Но сдерживаюсь, потому что в эту самую секунду парнишка ловит на себе мой взгляд и отступает на шаг в сторону, отдаляясь. Правильно понял, мелкий, а то хуже будет.

‒ На сколько?

‒ Ч-что? ‒ Забыл, что Илья висит на линии.

‒ В отпуске я насколько?

‒ До нового года точно. Там посмотрим.

‒ Так десять дней, правильно понял?

Правильно, Илья. Достаточно, чтобы насытиться сладким Котёнком и сбить оскомину.

‒ Да.

‒ Даже не знаю, чем заняться…

‒ Налаживай личную жизнь. Есть одна, знакомая нам обоим особа, которая почти рыдала, когда увидела меня на твоём месте. Кстати, она сейчас болеет. Вот и отвези сладости, фрукты… что там ещё положено немощным. И о девушке позаботишься, и благодарность, уверен, получишь сполна.

‒ Не уверен, что она ждёт моего появления.

‒ Ждёт, поверь мне, ждёт. Только есть нюанс: о том, что я твой босс и что принудительно отправил в отпуск, подруге Строганой ни слова. Почему? Тебя не касается. Понял?

‒ Понял. Я могила. Так, а когда выходить?

‒ А когда обычно после праздников Строганова вызывала?

‒ Числа восьмого-девятого, не раньше. Когда занятия начинались.

‒ Вот на этот период и рассчитывай. Отдыхай.

Быстро скидываю, потому что Арина приближается. Смотрю поверх неё, сверлю взглядом пацана, который не сводит глаз с её задницы.

‒ Так ты для него так вырядилась? ‒ Киваю ей за спину, и девушка оборачивается в направлении интересующего меня объекта.

‒ Нет. Совсем нет…

‒ А он решил, что для него, ‒ рычу, наступая на неё. ‒ Ещё раз к тебе прикоснётся ‒ руки переломаю. Так и передай. Не поймёт ‒ поговорю лично.

‒ Глеб, у него девушка есть. Она на третьем курсе учится, ‒ конючит.

А вот оправдываться не надо, Котёнок. Хуже ведь сделаешь, в первую очередь пацану.

‒ Я заметил, как он облизывается. Девушка есть… Девушка не стенка ‒ подвинется. А я его подвину. Усвоила?

‒ Да, ‒ покорно соглашается.

Открываю дверь, ожидая, пока Арина заберётся на заднее сиденье, в процессе сверкая передо мной оголёнными частями тела. Провожу тыльной стороной ладони по бедру, собирая мурашки на нежной коже. Сажусь за руль. Спокойно сидит, сложив ладошки на коленях ‒ святая простота, ни больше, ни меньше.

‒ Едем домой?

‒ Да.

‒ К тебе или ко мне?

Вскидывает взгляд, пунцовея и закусывая губу. Мне нравится смущать её, когда Котёнок теряется, а сбившееся на пару секунд дыхание, без слов даёт понять, чего она на самом деле желает. Через десять минут понимает, что машина едет ко мне и лукаво улыбается, отводя взгляд.

Давлю на газ, мысленно прикидывая, сколько у нас есть времени до часа икс. Три хватит. Сегодня обойдёмся без прелюдий и танцев с бубнами. Арина и сама прекрасно понимает, что я вновь возьму её так, как пожелаю.

Подталкиваю её к лифту, и когда дверь в квартиру закрывается, прижимаю спиной к себе, поднимая платье. Охает, но трётся попкой о мой стояк, срывая с катушек.

‒ Может, позволишь хотя бы раздеться?

‒ Сам раздену быстрее.

Скидываю дублёнку, следом разъезжается молния на спине и платье падает к ногам. Веду подушечками пальцев по изгибу спины, заставляя её выгибаться. Едва не капаю слюной на тонкие плечики, пока с каждого сползает лямка. Сочные сиськи уютно ложатся в мои ладони. Сжимаю сильнее, отчего Арина протестующе постанывает, подстёгивая ускориться. Пальцы путешествуют по стройному телу, изучая каждый сантиметр молочно-сахарной кожи и возвращаясь к упругой груди с торчащими сосками.

В мыслях разматываются километры грязных фантазий о возможных позах, в которых я её сегодня возьму. Волнует кровь, член нетерпеливо подёргивается от крепнущего возбуждения. Прикидываю, трахнуть её на столе, или же устроиться на кровати, до которой мы вчера так и не добрались. Подхватываю на руки и тащу свою добычу в спальню. Почти кидаю на кровать и раздеваюсь, чтобы приступить к манящему лакомству. Скользит по моим губам и груди, чуть краснея, но взгляд не отводит, жадно сглатывая и облизывая пересохшие губы. Глазеет так, как будто хочет съесть меня.

Член подскакивает, приковывая внимание Арины. Больше не смущается, не робеет, лишь нетерпеливо ёрзает в ожидании меня. Расталкиваю округлые бёдра, удобно устраиваясь, а когда опускаю пальцы на набухшие лепестки половых губ, готов взвыть от того, какая она мокрющая и дрожащая. Заводится с пол-оборота, как ракета ‒ отклик моментальный.