Плохие девочки не плачут. Книга 3 - Валерия Ангелос

Извлекает член из моего рта, стряхивает оставшиеся капли семени на мой лоб и неспешно размазывает их по взмокшей коже.

Помечает свою подстилку.

Я кашляю.

Захожусь в безумном приступе.

Не могу остановиться.

Вкус свинца отрезвляет.

Я с ужасом осознаю, что мой рот наполняется кровью.

Сглатываю.

Горло печет.

Фон Вейганд отдает новую команду.

Цепи поднимают меня вверх, разводят мои колени в разные стороны, раздвигают до предела. Действуют быстро. Движутся плавно, но жестко приводят в нужную позу.

Он накрывает мое лоно ладонью.

Не ласкает.

Просто трогает.

Улыбается.

Хищно.

Холодно.

Я облизываю губы.

И содрогаюсь от ужаса.

Я чувствую обнаженную плоть. В уголках рта. Кожа разодрана до мяса. Не просто трещины. Не царапины. Настоящие раны. Кровавые.

Улыбка фон Вейганда становится шире.

Зверь с шумом втягивает воздух.

Наслаждается этим.

Упивается.

Блеск его темных глаз ослепляет.

Так сверкает сталь.

А потом вгрызается в горло.

Ты думала, это конец?

Нет, родная.

Расслабься.

Это только начало.

Раздается новая команда.

Цепи возвращают меня обратно. К ногам палача. Мои бедра по-прежнему разведены, колени согнуты, пятки упираются в ягодицы.

Поза сексуальной рабыни.

Грязная.

Похабная.

Фон Вейганд проводит пальцами по моим истерзанным губам, давит на щеки, заставляя распахнуть рот, и закладывает туда свои яйца.

Никакого приказа.

Глотай.

Боль. Страх. Похоть.

Давись.

Пока не сдохнешь.

Ты должна облизывать и обсасывать. Удовлетворять хозяина, выполнять каждое его желание. Ты сама на это себя обрекла.

Вот твой приговор.

Течная с*ка.

Ощущение точно шею обматывают колючей проволокой. Изнутри. Нить за нитью. Все глубже. Все безнадежнее.

Я как под кайфом.

Я покорно облизываю его яйца.

Я не чувствую ничего.

Почти.

Только жар.

В животе.

Что-то бьется.

Пульсирует.

Рвется на волю.

Пробивает путь вперед.

Фон Вейганд наматывает мои волосы на кулак.

Ничего не говорит.

Никаких издевательских фраз.

Ни единого слова.

Он засаживает член в мою глотку и начинает драть. Яростно и неистово. Еб*ть. Долбить, вырывая немые вопли из груди. Разрывая сознание на куски.

Его плоть твердеет.

Вены вздуваются.

А я истекаю.

Кровью. Слезами.

Возбуждением.

Диким. Токсическим.

Точно.

Кажется.

У меня истекает срок годности.

Эта шлюха порвалась.

Несите следующую.

Фон Вейганд продолжает вгонять внутрь свой огромный орган. Вдалбливается, не ведая жалости. Раздирает рот, растягивает глотку.

Я вижу себя со стороны.

Дрожащая.

Закованная в цепи.

Окровавленная.

Я его ожившая фантазия.

Насаженная на член.

Растерзанная.

Жертва.

Он насилует меня.

А я возбуждаюсь.

Не умею иначе.

Падшая.

Грешная.

Я его женщина.

Запрокидываю голову назад. Расслабляю горло. Стараюсь принять хозяина целиком и полностью. Вылизываю яйца. Делаю все, чтобы было удобнее меня еб*ть.

Его сперма — моя высшая награда.

Фон Вейганд отстраняется и спускает мне на лицо. Потом закладывает член в рот, чтобы я высосала остатки семени.

Низ живота содрогается.

Раз за разом.

Мышцы сокращаются.

Мучительно.

Сладко.

Я кончаю, потому что кончает он.

Рычание зверя.

Звон цепей.

Я лежу на спине. На прохладных металлических звеньях. Железные нити удерживают тело навесу. Проходят часто-часто, от плеч до лодыжек. Голова запрокинута.

Напряженный член утыкается в мои губы.

Я открываю рот.

Я подчиняюсь.

Я покоряюсь.

Я…

Уже не я.

Фон Вейганд сдавливает мои челюсти пальцами так, точно сжимает в стальных тисках. Трахает, будто гвозди забивает. Вбивает здоровенную дубину в глотку.

Дергаюсь.

Слабо.

Судорожно.

Замираю.

Послушно.

Вздыбленный член входит в горло как поршень.

Глубже.

И глубже.

Пауза.

Толчок.

Пауза.

Толчок. Толчок. Толчок.

Его яйца закрывают мои глаза.

Я точно потаскуха.

Самая.

Последняя.

Пожалуйста.

Прошу.

Лучше пристрели меня.

Лучше…

Я кончаю.

Опять.

Пока фон Вейганд имеет меня с нежностью обезумевшего зверя. И поглаживает мою обнаженную шею. Легонько. Кончиками пальцев. Наблюдая, как возбужденный член растягивает горло.

Его вены набухают.

И проступают сквозь мою кожу.

Голая.

Окровавленная.

Где я?

Бьется жуткий вопрос.

Что я?

Правда — не знаю.

Есть только его член.

А мой мир вращается вокруг.

Я живу.

Когда он таранит мой рот.

Это диагноз.