Любовь в заказе не значится - Мария Коваленко

- Какой план на сегодня? - увидев у входа знакомые джипы, она на миг растерялась.

- Мы город не досмотрели, - как ни в чем не бывало ответил Варшавский.

- Снова экскурсия?

- Королевский автомобильный музей.

- Но… Сегодня ведь… - вопрос недосказанным так и повис в воздухе.

Игорь одобрительно кивнул.

- Только перед поездкой давай соберем вещи, - он взял ее за руку и повел к номеру. - Возвращаться в отель мы уже не будем.

***

Как они добрались до музея, Ольга не помнила. Не осталось в памяти воспоминаний и о сборе вещей. Время словно ускорилось, а когда вернулось к обычному течению, в багажнике джипа уже стоял чемодан, рядом - пакет с сувенирами, которые собрал для них Карим, а на заднем сиденье машины - папка с документами.

Выходя из машины, Власова успела заметить сквозь прозрачный пластик цветные печати и арабскую вязь, но Игорь настойчиво потянул ее к музею, и все вопросы потонули в ожидании.

С каждым шагом к массивной кованой двери сердце билось все быстрее. Чтобы не перейти на бег, приходилось крепко сжимать мужскую руку и контролировать каждое движение.

"Узнаю ли я его?", "Узнает ли он меня?", "Согласится ли вернуться в Питер?", "А вдруг…" - собственный мозг как взбунтовался. С каждой секундой вопросов сыпалось все больше, и лишь Игорь, как парус, не сбиваясь с курса, тянул ее вперед.

- В этом музее собраны одни из самых редких автомобилей в… - с уже поднадоевшей за четыре дня интонацией рядом вещал Карим.

Обгоревшие за экскурсию в пустыне "панамки" с детским восторгом пялились на гоночные ретро-автомобили. У выхода со скучающим видом и толстым проспектом в руках застыл Мартынов.

Это было какое-то дежавю. Один в один их первый день. С такой же суетой вокруг. Щебетом на китайском и ослепляющими вспышками фотоаппаратов.

Ольгу будто откинуло в прошлое, и лишь сильная ноющая боль под грудиной была новой. Сердце словно рвалось наружу. Оно вело. Не доверяя зрению, заставляло идти вперед. Толкало отяжелевшие ноги и видело… Видело лучше глаз и памяти.

- Никита…

Они узнали друг друга одновременно - высокий, гораздо выше сверстников зеленоглазый мальчик и его мать.

Оба взволнованно замерли. Оба вздрогнули.

Ольга никогда бы не подумала, что снова сможет пережить волшебный момент в роддоме, когда получила маленький крикливый сверток - своего новорожденного сына. Но теперь то же счастье, та же гордость и благодарность обрушились на нее водопадом.

Прямо перед ней в толпе других одинаково одетых мальчишек стоял ее Никита! Самый красивый, самый родной, самый главный.

Он смотрел на нее и точно так же, как она, сверкал мокрыми от неожиданных слез глазами.

- Иди, - Игорь отпустил руку и мягко толкнул ее в спину.

Большего разрешения не требовалось. Наплевав на всех вокруг, Ольга бросилась к своему мальчику и от первого же прикосновения к курчавой голове чуть не задохнулась от эмоций.

- Мама…

Вначале робко, а потом очень крепко, с отчаянием, детские руки обняли ее плечи.

- Мой мальчик… Такой большой… Такой красивый… - горло перехватывало. Каждое слово давалось с трудом.

- Мама, ты… - он замолчал, будто боясь сказать то, что хочет. Лишь когда Ольга подняла к нему свои заплаканные глаза, смог проговорить дальше: - Ты приехала за мной?

От страха и отчаяния, с которыми были сказаны эти слова, Ольгу чуть не размазало о дорогущую плитку чужого, помпезного музея.

А ведь она еще сомневалась! Опасалась, что Никита не вспомнит ее, что не захочет расставаться с отцом. Глупая! Хотелось убить себя за то, что так поздно добралась до своего ребенка. За то, что не нашла управу на его папашку.

- Конечно, - стирая его слезы, свои слезы, прохрипела Ольга. - Мы прямо сейчас сядем в машину и уедем. Хочешь домой? В Питер?

Мальчик не сомневался ни секунды. Словно собрался бежать до Питера на своих двух, он воровато оглянулся на высокую женщину, сопровождавшую группу детей, и быстро закивал.

- Да! Очень хочу!

Ответить Ольга не успела. Сзади на плечи легли чьи-то руки, и знакомый голос тихо произнес:

- Ну, раз вы уже обо всем договорились, предлагаю убраться отсюда.

Ольга и сын переглянулись, но спрашивать оказалось поздно. Словно Игорь произнес какое-то магическое заклинание, все вокруг стало меняться.

Высокая арабка, крепко прижав к груди пухлый проспект, вдруг куда куда-то засобиралась. Мартынов отлип от двери и, кивнув кому-то в сторону, быстро пошел к стоянке. Неожиданно взвыла пожарная сигнализация.

В общем хаосе лишь пять человек не потеряли из виду друг друга и двинулись в одном направлении: высокий широкоплечий европеец с сединой на висках, женщина, крепко держащая за руку улыбающегося мальчишку, и два ничего не понимающих мускулистых туриста в панамах.