Мой сводный брат – животное - Катя Лоренц

— Очень! Это волшебно! — сердце заходится от радости. Могла ли я мечтать, что когда-нибудь смогу прокатиться на вертолете? Нет. Это развлечение для богатых. Не для той, кто росла в бедном районе Мексики, с папашей деспотом.

Запрещаю себе касаться этой темы. Мой отец умер для меня. Я слишком часто его прощала. Теперь хватит. Знаю, я достойна большего, чем надежда, что однажды он одумается.

— Мам. А куда мы сейчас летим? — спрашивает темноволосый мальчик Алан.

— Мы сняли остров с маяком. Там очень красиво. Тебе понравится.

— И мы сможем побегать в ипостаси?

— Да.

— Дядя Сэмми, — Эмили слазит с колен папы и садится к Сэмму на колени. — Я покажу тебе своего волка. Ты так давно не приходил к нам. Я скучала, — Эмили обнимает Сэма за шею.

— И я, принцесса.

— Сердцеедка, — качает головой Лулу. — Хочет, чтобы внимание всех мужчин было приковано к ней.

Я забываю про чудесный вид. Рядом со мной проходит зрелище поинтересней. Сэм ласково поглаживает девочку по спине. А она доверчиво жмется к нему.

Минут через пятнадцать мы прилетаем на остров.

Вертолет приземляется возле маяка на площадке. Сэм несёт меня к двухэтажному домику. Бросив вещи, идём на веранду. Он размещает меня на шезлонге, подложив под спину подушку и укрыв пледом.

Мы с Лулу сидим, пьем горячее какао, а в нескольких метрах от нас с шумом разбиваются о скалы волны Тихого океана. Место уединённое, вдали от цивилизации, окружённое зелёными холмами и лесом с яркими желто-оранжевыми деревьями. Мужчины сбиваются в стаю и спорят, как лучше пожарить мясо на гриле. А дети с криком бегают вокруг нас. Меня не раздражают их крики и весёлый смех, наоборот, ловлю себя на мысли, что хочу таких же хулиганов.

— У вас вся семья оборотни? — спрашиваю Лулу, чувствую невероятную расслабленность во всем теле.

— Да. Папа Майкл — Альфа. Вальтер — бета. Ещё есть мой брат, Богдан. Но он сейчас в Мексике.

— Что значит Альфа и бета?

— Майкл вожак стаи. Раньше она была не сильно большая, но со временем к ним присоединились новые оборотни. Я даже не знаю сколько их сейчас. Вальтер раньше был человеком. Они дружили с Майклом, а потом смертельно заболел и Майкл обратил его.

— А как происходит этот обряд? — Лулу пожимает плечами, делая глоток какао.

— Не знаю. Я раньше не интересовалась. А тебе зачем? Решила выполнить волю Мстислава.

— Кого?

— Сэм тебе разве не рассказывал?

— О чем? — я опять чувствую себя круглой идиоткой. Все всё знают, кроме меня. Не про него ли говорила мама? И Сэм обещал мне рассказать. А потом не состоявшийся переезд и сломанная нога. Я забыла, что должна его расспросить.

— Ой! Прости. Я взболтнула лишнее. Я думала, малыш Сэмми просветил. Мстислав это первый оборотень. Ему более четырех тысяч лет. Он хотел женить Сэма на своей дочери. А потом узнал, что Сэмми нашел истинную. Тебя. Сэм очень породистый оборотень, — с усмешкой сказала Лулу, и мы одновременно посмотрели на Сэма, который таки отвоевал право жарить мясо. — И Мстислав требует, чтобы он женился на оборотне. Для этого тебе нужно стать волком.

— Я оборотнем? Это возможно?

— У Вальтера получилось. Но я не думаю, что ты должна рисковать. Это опасно. Шанс между тем, что ты станешь волком, и тем, что умрёшь, пятьдесят на пятьдесят. У Вальтера не было выбора. А у тебя есть. И вообще, мне не нравится, что творится с появлением Мстислава. Он хочет, чтобы были только чистокровные. И это верх глупости! За столько тысячелетий кровь во многих семьях перемешалась. Это коснется большинства оборотней. Например моя бабушка — человек. А мой муж — Вервольф и мой сын тоже. Нам с таким трудом удалось примирить оборотней и вервольфов, и тут появляется наш «прародитель», и требует чистой крови. Многие влиятельные семьи его поддерживают. Боюсь, скоро грянет война за право жить с тем, кого выбирает сердце. И не только вы будете противостоять Мстиславу.

— Разбираем тарелки! — Сэм принес мне тарелку. — Специально для тебя, приготовил фахитос.

— Заморочился то как, — я откусила кусочек. — Ммм! Объедение! А как ты гуакамоле приготовил?

— В доме блендер был. — он сел на мой шэзлонг.

— Хочешь? — протянула ему вкуснейшую тортилью. Он откусил. — Ничего, вроде вкусно.

— Стой! — рассмеялась я. — У тебя соус потек, — взяла салфетку и вытерла его подбородок.

— Вы такие милые! — сказала Лулу. — Тебе, Сэм, повезло с истинной.

— Я знаю, — ответил он, продолжая смотреть на меня тем самым проникновенным взглядом, от которого побежали мурашки по телу, а сердце застучали быстрее. Он потянулся ко мне, чтобы поцеловать, но между нами встала преграда. Точнее, залезла к нему на колени.

— Сэм! А когда мы пойдем в лес? Я так хочу тебе показать свою волчицу!

— Обязательно покажешь, Эмили. Ты мясо съела?

— Да.

— Понравилось?

— Я больше люблю шоколад.

— Иди сюда, моя Звёздочка, — Лулу пересадила дочку к себе на колени. — Не мешай Сэму и Бьюле.

— Мам. А кто она Сэму? — девочка перевела ревнивый взгляд на меня. — Его невеста.

— Нет! — Эмили вырвалась из рук матери, подбежала к растерявшемуся «жениху». — Сэм мой! Я когда вырасту, выйду за него замуж!

— Кажется у меня появилась серьёзная соперница, — с усмешкой прошептала ему на ухо. — Не говори. Вот так зазеваешься, и меня у тебя уведут.

Вечером решили прогуляться. Сэм заставил надеть толстую куртку и шапку. Через несколько минут он прибежал ко мне в облике волка. Лег рядом с моим шезлонгом. Я забралась к нему на спину, прыгая на здоровой ноге, держалась за загривок. Мы шли очень осторожно и медленно и скоро нас догнали остальные.

— Белая волчица, с голубыми глазами это, как я понимаю, Лулу, — Сэм кивнул. — А белый волк это Вальтер? — он отрицательно покачал головой. — Значит Майкл.

Белый волк был самым большим из всех. Сэм уступал ему в размере совсем немного. Рядом с черной волчицей, Амелией, как я поняла, шел рыжий волк.

Самой забавной была Эмили. Она гордо семенила, за Лулу, повиливая белым гладким хвостиком.

Мы вышли к океану, волны бесшумно набегали, переливались в лунном свете. Сэм лег на камни. К нему тут же подбежала Эмили. Рыкнкла, припадая и виляя хвостом, играла, как наша соседская овчарка Джесси.

— Какая миленькая, — улыбнулась я. Она оскалилась, демонстрируя белые клыки. Прижав уши зарычала, подбежала ко мне и клацнула зубами возле здоровой ноги. — Ой, — испугалась. Хотя Эмили была не больше овчарки, зубы у нее достаточно острые, и она спокойно могла прокусить кожаный сапог. Я едва успела лечь на спину Сэма, вытягивая ноги вдоль его тела.

Сэм рыкнул на нее, поднялся на лапы. Подбежала Лулу, и подталкивая носом дочь, увела в сторону, где сидел, как я поняла, Демитрий.