Трофейная жена - Валерия Иванова

Я глажу супруга по мокрой спине, волосам, чувствую дрожь его тела… И мне так хорошо, что словами передать невозможно! Кажется, то что я только что испытала, называется любовью.

***

Проснулась я ни свет ни заря. Ночь была такой насыщенной – думала, буду спать без задних ног, но нет. Глаза открыты, и столько энергии внутри. Поворачиваюсь на бок и наблюдаю за спящим мужем. Какой он всё-таки красивый! Не в классическом смысле. У него своя красота. Животная, манящая, завораживающая. Во сне он такой расслабленный, умиротворенный. Даже морщинка между бровей разгладилась. Мне до ломоты в пальцах хотелось дотронуться до него, провести по коже ладонями, разбудить…

Но я решила, что ему нужно отдохнуть. Аккуратно выбралась из кровати, быстренько привела себя в порядок и спустилась вниз. Первым делом пошла в комнату Оли, я точно знала, что женщина не спит. Постучала в дверь и зашла внутрь.

– Привет, Мили, – улыбнулась мне Олюшка.

– Привет! Я так и знала, что ты уже не спишь. Думаешь, чем себя занять? – спросила с улыбкой, женщина засмеялась.

– Как ты хорошо меня знаешь. Я и правда уже битый час ломаю голову над тем, чем себя занять! Несколько раз перекладывала свои вещи в шкафу.

– Какое интересное занятие, – ответила я с сарказмом.

– А ты почему не спишь? Не припомню, чтобы ты была ранней пташкой, – женщина пристально смотрела на меня. А я чувствовала, что начинаю краснеть под её взглядом.

– Да так, – откашлялась я, пытаясь скрыть неловкость. – Что-то не спалось.

– Не спалось, да? – поддразнила меня женщина, я сморщила нос.

– Пойдем на кухню? Подумаем, чем заняться.

Мы с Олей пришли на кухню, организовали завтрак и начали болтать о всяком.

– Я хочу сделать перестановку в доме, – призналась я. – Мне кажется, тут так мрачновато – красок бы добавить, как думаешь?

– Думаю, это хорошая идея, Мили. Дом красивый, но реально мрачный. Нет здесь уюта.

– Да… Не чувствуется, что этодом.Тогда будем мозговать, что можно изменить.

– А супруг против не будет? – спросила Оля, отпивая из чашки.

Я задумалась. С одной стороны, я не знала, как Наиль отнесётся к переменам… С другой стороны, он сам сказал, что это теперь мой дом, и я вольна делать всё, что захочу.

– Вот и узнаем, – улыбнулась я, полная энтузиазма.

Мы плотно позавтракали и решили начать наш «маленький переворот» с гостиной.

– Я думаю, нужно начать с этих готических портьер, – прокомментировала я, Оля со мной согласилась.

Мы принялись снимать этот чёрный ужас с окон. Было тяжело. У меня тело ныло после вчерашней ночи, ещё и балансирование на стуле… Чувствую, что сегодня к вечеру буду лежать трупиком.

Со смехом и руганью мы справились с занавесками. Следом решили убрать ковёр из-под столика и переставить кожаный диван. Но с последним нам понадобилась помощь. Диван был настолько тяжёлый, что мы просто не смогли сдвинуть его с места. Оля пошла на поиски охранников, которых можно было бы привлечь к труду. Спустя несколько минут, женщина вернулась с тремя мужчинами, одним из которых был Исхак.

– Доброе утро, – поздоровалась я. Двое кивнули, а Валиев поздоровался.

– Привет. С чем нужна помощь?

– Нам нужно переставить диван вон к той стене, – показала рукой.

Исхак кивнул мужчинам, и они без лишних слов подняли диван и потащили к стене. Как я люблю наблюдать за работой других.

– Не видел, чтобы Наиль уезжал, – нахмурился Исхак.

– Потому что он не уезжал, он спит. Хотя, теперь думаю, надо было его разбудить тяжести таскать.

– Не жалеешь мужа.

– Что с ним станется, – усмехнулась я.

Мы ещё немного поболтали с Исхаком. Меня так и подмывало спросить про Камиллу и их отношения, но я напомнила себе, что это не мое дело. Но останавливало меня другое: Исхак – мужчина, а мне нужны подробности. Нужно пытать Ками.

Мы с Олей увлеклись планами, что и как изменить. Искали интересные решения в интернете. Я подошла к старинному серванту для посуды и стала его рассматривать. Там стоял лишь один чайный сервиз. Я открыла дверцы и провела по нему кончиками пальцев. И тут кто-то закричал:

– Что здесь происходит?!

Я дёрнулась от неожиданности и случайно зацепила сервиз. Не знаю, как так получилось. Словно в замедленной съёмке я наблюдала, как он летит на пол, а я просто ничего не могу сделать, чтобы спасти его.

На пороге стояла взбешённая Зера и с ненавистью переводила взгляд с меня на Олю.

– Вы что натворили? – она подлетела ко мне и грубо отпихнула. – Глупая девчонка! Ты хоть представляешь, что сделала? Это сервиз, который подарили на свадьбу родителям Наиля! Ты его разбила!

– П–простите, я не знала, – начала заикаться.

Какая я неуклюжая дура, зачем туда полезла? Боже…

– Простите? – Зера резко встала с пола и схватила меня за руку, – Смотри, что ты сделала! – она с силой пихнула меня к осколкам, и я едва успела увернуться, чтобы не наступить босыми ногами на них.

– Отпусти меня, – вырвалась из захвата.

– Что Вы себе позволяете? – это Оля. Видимо, она, как и я, пребывала в шоке, но уже отошла.

– Я? Я управляющая этого дома, а ты русская девка, которую приволокли в дом с одной целью…

Она не договорила, я прервала её.

Во мне столько злости сейчас было! Надоело, что каждый думает, будто имеет право разговаривать со мной, как с мусором! Я, бл*ть, Эмилия Абрамова! И никто не будет так со мной разговаривать без последствий!

– Рот закрыла, – холодно произнесла я. – Ещё одно слово, и ты управлять будешь только воображаемым домом. Не забывай, с кем ты разговариваешь! Я не потерплю, чтобы обслуживающий персонал относился ко мне без уважения.

– Уважения? – прошипела женщина. – Ты никто, чтобы тебя уважать! Знаешь, сколько до тебя было баб у Наиля?

Я расчетливо улыбнулась этой сучке. Меня уже такими словами не проймешь.

– Сегодня тебя рассчитают, чтобы через час ноги твоей не было в этом доме.

Губы Зеры некрасиво искривились, а глаза забегали из стороны в сторону.

– Наиль не позволит! Я проработала здесь пять лет…

– Думаю, мой муж поддержит меня в этом решении.

– Правильно думаешь, – послышался голос супруга.

Я оглянулась и увидела, как Абрамов идёт к нам. Мужчина встал рядом со мной, обнял за талию и поцеловал в висок.

– Найди Мирада, пусть рассчитает тебя.

– Но…

– Уходи.

Зера, едва сдерживая рыдания, выбежала из комнаты.