Поверишь в любовь? - Наталия Романова

— Просто перееду?

— Переедешь, выйдешь замуж, будем каждую ночь заниматься сексом, а ещё днём и вечером.

— Ник… — Настя растерялась, она не хотела выходить замуж в девятнадцать лет за почти незнакомого мужчину. Это было неразумно, как минимум, но как же соблазнительно звучало: «Переехать к Нику. Никогда не расставаться. Каждый день заниматься сексом».

— Серьёзно, что тебя держит? У меня рядом с домом есть медицинское училище, если хочешь учиться, ещё какой-то колледж, а захочешь, пересдашь свой ЕГЭ на следующий год и поступишь, куда хотела.

— Я подумаю, да, — значило ли это «да» согласие, девушка не смогла бы сказать.

Мужчина начал осыпать лёгкими поцелуями лицо, шею, грудь, живот, возвращался к лицу, губам, снова опускался ниже, придерживая Настю, вдавливая в матрас. Настя млела, таяла, как мороженое на солнцепёке, растекалась под умелыми ласками, с трудом сдерживая стоны, рвущиеся из груди. Получив свою порцию утреннего орального удовольствия, Настя оказалась верхом на Нике, крепко сжимая бёдрами мужские ноги.

— Нет, — прошептала она, качая головой на попытку Ника войти.

— Как ты хочешь? — Ник приподнялся, обхватывая ягодицы Насти. — Как?

— Я… — Настя думала, как озвучить свою мысль.

Теоретически, всё было предельно ясно, она знала названия того, что собиралась сделать, как приличные, так и не очень. Видела в роликах, как это делается, даже однажды посмотрела видео-урок, правда, большую часть времени смеялась, а не вникала в тонкости оральных ласк. Оказалось, теоретическая база мало помогает практической. Язык присох к нёбу, она пыталась выдавить из себя хотя бы звук, но вместо этого только сильно покраснела.

— Стася? — Ник нахмурился.

— То, о чём мы говорили на кухне.

— Мы много о чём говорили, — Ник непонимающе смотрел на девушку. Нельзя быть таким недогадливым!

— До приезда Влада.

— До приезда мы обсуждали признаваться ли, ты попросила молчать.

— До этого.

— Стаська, не юли, — Ник хмурился, что, впрочем, не сказывалось на его приподнятом настроении, которое Настя ощущала голой ногой.

— Мы говорили о паэлье, лазанье и му… саке.

— Чего? — Ник на мгновение уставился на Настю, затем его глаза расширились, губы растянулись в улыбке, а потом он и вовсе засмеялся, утыкаясь лбом в лоб Насти, благо так не видно, насколько алыми стали её щёки. — Скажи: «минет».

— Минет, — пробурчала Настя.

— Ты хочешь сделать минет? — Ник посмотрел на Настю.

— Попробовать, — она отвернулась. — Если ты не хочешь, то…

— Покажи мне мужчину, который не хочет, и мой мир не останется прежним.

— Только… я не умею. Совсем. И…

— Ты ведь не считаешь, что я ожидаю от тебя виртуозного владения техникой минета? — Ник улыбнулся. — Давай так, я лягу, а ты делай всё, что посчитаешь для себя возможным, целуй, где тебе хочется или интересно, а сама пока думай, готова ты или нет. Если опустишься ниже пояса и передумаешь, ничего страшного.

— Но я, правда, не умею!

— Верю, — Ник откинулся на подушки. — Я подскажу.

Настя планомерно спускалась поцелуями к пупку Ника, прошлась губами ниже и выше, почему-то опасаясь перейти к главному, пока, наконец, не скользнула губами по головке, замерев. Член дёрнулся, Ник непроизвольно качнул бёдрами и глухо простонал. Она приоткрыла рот и обхватила губами головку целиком, осторожно дотрагиваясь языком до горячей поверхности.

— Расслабь губки, — тихо сказал Ник. — Да, так. Можешь ещё немного взять, получится? — у Насти получилось. — Рукой обхвати, удобней будет, — действительно, оказалось удобней.

Так, с наставлениями, перемежающимися с тяжёлым дыханием и стонами, Настя приноравливалась, ей казалось, что получалось у неё всё лучше, да и реакция Ника была красноречивой и подбадривала лучше слов. Физического удовольствия Настя не испытывала, а вот морального было с избытком. Неужели это она заставила Ника стонать, закрывать в исступлении глаза, а потом смотреть пьяным взглядом на Настю, шептать себе под нос. Кровь неслась по телу Насти с неимоверной скоростью, громко стучало сердце, отдаваясь шумом и уханьем в голове, лёгким, пьянящим головокружением.

— Ник, — как сквозь толщу воды услышала чей-то голос Настя. — А! Твою мать, Кононов, сука!

Настя оказалась под одеялом в доли секунды, не сама, её моментально перевернул Ник, закутав и спрятав обнажённую девушку от глаз Влада. Сам так же быстро встал, надел тренировочные штаны. Не успев надеть футболку, тут же поздоровался с кулаком Влада и упал почти навзничь, со всего размаха ударяясь о край прикроватной тумбочки.

Влад орал как одержимый, поднимая Ника на ноги и снова нанося удар, на этот раз в грудную клетку. Настя завизжала, увидев кровь на углу тумбочки, слушая вопли Влада, сводящиеся к одному знаменателю, помимо мата, от которого кровь могла пойти из ушей: «Убью!».