Ты будешь моей - Виктория Победа

Мою позицию он так и не принял, поддержки я от него не ждал. Предупредил лишь, чтобы был на чеку и бизнес свой обезопасил насколько это возможно, до тех пор, пока все это не закончится. Люди Демьяна не смотря на все протесты Кира днем и ночью сторожили его владения. Ждать действий со стороны Беркута пришлось недолго, давил он знатно. Тут и налоговая была, и пожарный, и менты. Даже мэрия вмешалась, не говоря уже о местных криминальных авторитетах недоделанных.

Сам Беркутов руки марать не марал, а натравить на Кира шакалов был в состоянии. Не учел он только одного — связи и друзья есть не только у него. Да, я ввязал в это дерьмо всю семью, включая Деминых и Громовых. Представителей власти и прочую мишуру заткнули быстро. Где-то пряником, где-то кнутом. Представители криминальной элиты поутихли сами, прознав об участии в конфликте Демина и Воронцова. Умыли руки, мол, разбирайтесь сами.

— Успокойся, пока мы ничего не потеряли.

— Ты себя слышишь? С каких пор Граф решает проблемы мирным путем? Ты, сука, людей заживо псам скармливал.

— То были не люди, а твари, сажавшие школьников на наркоту и продававшие детдомовских малолеток под кайфом больным ублюдкам, — все также холодно и спокойно.

Прав он был, конечно, хоть и методы у них с отцом были те еще.

— Что ты делаешь? — поднявшись, он обошел стол и встал позади меня. Я спиной чувствовал его недовольный взгляд. Надоело отбивать атаки, в какой-то момент понимаешь, что пора нападать самому. Ход конем, мать его. Большого вреда я Беркутову не нанесу, но бурную деятельность его компании приостановлю. Пусть даже на время. Он же не любит терять контроль.

— Ничего, заставлю Беркута немного пошевелиться.

За все то время, что Молоховы находились под крылом Беркута, я узнал достаточно, чтобы потрепать последнему нервы. Обычное охранное агентство, довольно крупное, даже по меркам Питера, но ничего особенного. Работали, конечно, и работали хорошо, клиенты у них были непростые, но все это лишь ширма, отличное прикрытие для отвода глаз.

Много он не потеряет, но доверие клиентов я подорву. Его нелегальный бизнес я пока достать не мог, на это нужно было время, много времени, а у меня его не было. Приходилось довольствоваться малым. Защита у них была хорошая, даже отличная, ребятки Беркута честно отрабатывали свой хлеб. Провозился я не меньше суток прежде, чем запустил к ним незваного гостя.

Вычистил все под ноль, всю информацию об их клиентах, о поступивших заказах, даже некоторые пикантные подробности о жизни заказчиков, их передвижениях, встречах, предпочтениях. Восстановить утерянное — дело пары дней, может быстрее, если за дело возьмется сразу несколько спецов. Но работа встанет, а чтобы было веселее, перегрузил им систему противопожарной безопасности. Продолжать рабочий процесс довольно сложно, когда в офисе потоп.

— Тигра в клетке дразнишь, — усмехнулся брат.

— Нам ведь нужна личная встреча, считай, что я ее обеспечил. Брось, помнится, ты хотел опустошить его счета.

— Это другое. Счета — дело личное. А ты сейчас подпортил ему безупречную репутацию.

— Мне нужна личная встреча, я устал ждать. Не сегодня, так завтра он поможет ублюдкам свалить из страны.

— Этого не будет, Беркут не идиот, знает, что там их достать будет проще.

— В любом случае пора заканчивать эти танцы с бубном. Ладно, мне пора, — добавил, поднимаясь с кресла.

Звонок Вениамина Сергеевича застал врасплох. Лару пора было забирать домой. Обследование она прошла, анализы сдала, прогнозы были отличные. Необходимости находиться в клинике не было.

Ехал за ней и прокручивал в голове предстоящий диалог. Поступил, как мудак, оставил ее там одну, не звонил даже. Не мог я с ней говорить, боялся снова сорваться, также, как в тот вечер. Я мог поступиться чем угодно ради нее, сделать все, что попросит, кроме одного. Спускать подонкам содеянное с ней я не собирался. Ее крики, просьбы оставить все это и не лезть в ее жизнь только разозлили. Ее, млин, жизнь. А я тогда кто для нее?  Неужели думала, что я оставлю, после того, что узнал? Неужели думала, что отпущу. Да хрена с два.

А потом начались разборки с Беркутом, грызня с Киром, который окончательно вышел из себя и слава Богу, что находился он за сотни километров от меня, иначе прибил бы к чертовой матери за неосторожно брошенные в сторону Лары слова. Дома я практически не появлялся, а когда появлялся, натыкался на ее настороженный взгляд, и меня рвало на части от гнева. Да сорвался, да наорал, но этот страх во взгляде…Чем я, блядь, это заслужил? Да, я все еще был зол. На нее. На себя. На то, что не доверяла мне полностью, после всего, что было не доверяла. Боялась. Один промах и все старания коту под хвост.

Уже подходя к палате, твердо решил, что поговорить нам все же придется до отъезда домой. Больше так продолжаться не могло, эта игра в молчанку ничем хорошим не кончится. Коснулся дверной ручки и меня словно разрядом тока прошибло. Из палаты доносились тихие всхлипы и весь гнев, вся злость улетучились в тот момент, когда, открыв дверь, я вошел в палату. Она рыдала, сидя на кровати и прикрыв рот ладошкой, смотрела на лежавшую на ее коленях папку.

— Лара, малыш, — подошел ближе, присел на кровать. Малышка только теперь поняла, что в палате она больше не одна. Подняла на меня взгляд, от которого веяло холодом. Из глаз потоком лились слезы. Взял ее за руку, потянул на себя, чтобы обнять, прижать к себе крепко, успокоить. Только она не позволила, одернула руку и отшатнулся, словно ее ударить собираются. — Лар, — знал, что мудак, что оставил.

— Уходи, Матвей, — тихо, сквозь всхлипы и у меня сердце замерло. Прогоняет. Опять. Заслужил, конечно, заслужил. Приручил ведь и оставил одну. — Так будет лучше.

— Что ты говоришь, Лар, ну поссорились, со всеми бывает.

Ответа я не дождался, она лишь разрыдалась сильнее, слезы грозили перерасти в истерику, всхлипы становились все громче. Каждая попытка обнять ее заканчивалась очередным «уходи». И я ни черта не понимал, пока взгляд не зацепился за ту самую папку, о которой я уже успел позабыть. Взял ее в руки, пробежался по залитым слезами листам бумаги. Смотрел на длинный список назначений, обследований, анализов и ни черта не понимал. Нет, в тексте все было ясно, я не понимал другого — как это оказалось здесь. Явно ведь кто-то принес и судя по реакции Лары, видела она эти бумаги впервые.

— Лара, малышка, послушай меня, — попытался достучаться, но она не слышала. Рыдала в голос, пока я переваривал новые данные. Изменилось ли для меня что-то? Однозначно нет! Я бы ни за что ее не оставил, никогда. Дурочка, разве могу я. Я же ее больше жизни люблю. Пришлось применить силу, чтобы обездвижить малышку и прижать к себе.  Понял, что не смогу остановить ее истерику самостоятельно, а потому нажал кнопку вызова персонала.

Медсестра появилась практически сразу.

— Ой, вы уже вернулись, — посмотрела на меня испугано, и пока я пытался понять, о чем идет речь, затараторила вновь: — Извините меня пожалуйста, я правда не хотела, я оплачу химчистку и…