Тихоня для мажоров - Лили Ред

Я вижу, как вытягивается лицо Артема. Как выражение надежды в глазах сменяется злостью и ненавистью ко мне. Артем бросает на меня короткий взгляд, и я жду, что он набросится на Демьяна с кулаками, но этого не происходит. Он просто отходит на безопасное расстояние и говорит:

— Извини, Юля.

Он ретируется, а я не могу успокоиться. Меня всю трясет от нахлынувших эмоций, а губы все еще горят от поцелуя, который он оставил.

— Юль, ты в порядке? — Демьян касается рукой моей щеки и нежно проводит по гладкой коже. — Юля…

Я утыкаюсь лицом в его плечо и пытаюсь выровнять дыхание. Прийти в себя и не нервничать, хотя удается это с превеликим трудом.

— Хочешь, я ему морду набью, — вполне серьезно говорит он, чем вызывает во мне улыбку.

За те месяцы, что мы общаемся я привыкла к нему и знаю, что Демьян может задавить словесно. Сделать так, что человек почувствует себя ничтожеством. И это только слова, мне даже страшно представить, что он может сделать руками.

— Нет, не нужно.

Обвожу взглядом его статную фигуру, широкие плечи, мышцы, выпирающие из-под коротких рукавов футболки, и понимаю, что все сделала правильно. Артем хоть и не меньше, но я вспоминаю его травму и уверяюсь в том, что не хочу никаких потасовок.

— Идем на обед? — почти спокойно говорю я и беру Демьяна за руку.

Мы заходим в небольшую кафешку, расположенную неподалеку. Я заказываю горячий суп, рагу и молочный коктейль — единственную сладость, которую могу себе позволить при беременности.

— Почему ты не сказала, что они снова донимают тебя, Юля? — начинает разговор Демьян до того, как нам приносят еду.

— Все в порядке, — уверенно говорю я. — До сегодня они не знали, где я. А то, что случилось, — я закусываю губу. — Это нелепое стечение обстоятельств. Артем он… он пришел с девушкой.

— Ясно, — все еще недовольно говорит Демьян, но его тон немного смягчается. — Что теперь будем делать?

— Я думаю ничего, — спокойно говорю я и пожимаю плечами. — Даже если Артем и расскажет брату о том, что видел, он скажет и о беременности… от тебя.

Я улыбаюсь, понимая, что лучше выхода и не придумать, но вместе с тем меня терзают угрызения совести. Я отбираю ребенка у отца. Делаю вид, что ношу малыша от другого мужчины, хотя совершенно не уверена, что у нас с Демьяном есть будущее. Я дала согласие на отношения месяц назад. И мы до сих пор находимся на стадии, когда нам хорошо вместе поговорить, сходить на прогулку и посетить кино, но я даже не представляю, как мы будем заниматься сексом.

С каждым днем я все больше понимаю, что поспешила, ответив согласием. Демьян отличный мужчина: понимающий, надежный, приятный. За ним, как за каменной стеной. Он никогда не надавит, не скажет, что именно мне нужно делать. За тот месяц, что мы состоим в отношениях он ни разу не намекнул на близость, хотя мог это сделать. Я благодарна ему за то, что он не торопится, но вместе с тем осознаю, что он не Артем.

— Юля?

— Да, прости.

— Я говорю, нам необходима справка со сроком, иначе они не поверят.

— Да, конечно, — машинально говорю я, хотя не уверена, что это хорошая идея.

В последнее время я думаю, что мне нужно было быть более настойчивой и грубой с Артемом и Егором. Настаивать на своем и не сдаваться. А я не могла. Да и сейчас, как оказалось, все еще не могу.

Нам приносят заказ, я пытаюсь о чем-то расспрашивать Демьяна, но слушаю вполуха, думая о своем. Закончив обедать, мы перемещаемся на улицу. Демьян проводит меня до отеля, притягивает к себе за талию и целует в губы, а я понимаю, что вместо того, чтобы получать удовольствие сравниваю его с Артемом.

И он заметно проигрывает. Нет, он прекрасно целуется, его руки с нежностью касаются моей спины, а губы уверенно, а не робко, двигаются, но… все не то. Нет того бушующего огня внутри, нет страсти, моментально просачивающейся в кровь и отравляющей до глубины души. То мимолетное касание губ Артема и то вызывало во мне больше чувств, чем нынешний, страстный поцелуй Демьяна.

— До вечера, Юль. Я заберу тебя в семь, да?

— Да, хорошо.

Я машу рукой и смотрю за тем, как его автомобиль скрывается за поворотом. Только после этого вздыхаю и захожу внутрь, пытаясь прийти в себя, хотя мысль о том, что я и Артем в одном помещении, пусть и таком большом, не дает мне покоя. Я боюсь с ним встретиться. Ноги подкашиваются от одной только мысли, что вот сейчас он зайдет в мой кабинет, провернет ключ и сожмет в своих объятиях.

Естественно, ничего такого не происходит. Я по-прежнему одна, пялюсь в документы и понимаю, что просто не в состоянии что-либо прочесть. Мозги, как говорится, в желе, а руки попросту не поднимаются. По телу распространяется жар от одних воспоминаний поцелуя с Артемом. Я пытаюсь отогнать эти мысли, но они раз за разом посещают меня и отравляют.