Приручить Шерхана - Наталия Богатенко

Она тихонько прикрыла дверь, тут же услышала щелчок запираемого изнутри замка, и бессильно прислонилась к стене. Алька уже не её головная боль, пусть воспитанием младшей дочери отныне занимается мама. Яне бы разобраться со своими проблемами.

— Чё, карательные меры приняты и приведены в исполнение? — раздался насмешливый голос снизу, когда девушка подошла к верхней ступени.

— Увы, для палача я чересчур мягкая. — призналась Янка, медленно спускаясь.

Артём стоял в полумраке под лестницей, и лениво потягивал спиртное из длинного узкого стакана. На нём была распахнутая чёрная рубашка и джинсы, и взгляд Яны немедленно зацепился за его голую грудь. Знакомое покалывание возникло в кончиках пальцев, побуждая приблизиться, набраться смелости и прижаться к нему. Он криво улыбнулся, подняв стакан в безмолвном тосте, и залпом прикончил алкоголь.

— У меня предложение. Вернее, целых два. — заявил Шерхан, избавившись от пустой тары, оставив её на каминной полке, и облокотился о перила.

У Яны участилось сердцебиение. Он ведь чертовски привлекательный, и в памяти до сих пор теплились воспоминания о том, каким он был с ней тет-а-тет. И его последнее то ли обещание, то ли угроза испробовать все способы заниматься сексом вдруг ясно всплыли в сознании, пробуждая в теле мелкую дрожь.

Ответить Янка не успела. Всё вообще произошло так стремительно, что она даже испугалась с большим опозданием. С гулким стуком внезапно открылась входная дверь, на пороге появились двое, волоча безвольно поникшего охранника Влада, которого бросили на пол, словно куль с картошкой. Янка в ужасе увидела его окровавленную спортивную рубашку, и попятилась к Артёму, округлившимися глазами глядя на незваных гостей.

— Какого хрена…? — рыкнул он, и в тот же миг очередь пуль вдребезги разнесла напольную лампу и стёкла в окнах.

— Ну, чё, Шерхан, допрыгался? — холодно усмехнулся один из налётчиков, держа его на прицеле короткоствольного автомата, и медленно приближаясь. — Холера тебе привет передаёт. Интересуется, ты чё, в натуре, его за лоха держишь? Ждать заставляешь, бабосы умыкнуть решил и со своей тёлкой в тёплые края умотать?

— Наверх, живее! Бери сестру, и бегите, чёрных вход со стороны левого коридора! — скомандовал Артём, с силой толкнув Яну к лестнице, сам же нырнул вправо, к неприметной встроенной ниши, быстро набрал код, и сунул руку в нутро сейфа, доставая оружие.

Яна не помнила, как взбежала по лестнице, казалось, грудь вот-вот лопнет от неистовых скачков сердца. Там, в её сумке, по-прежнему оставался пистолет Артёма, и девушка молила Бога, чтобы успеть добраться до него. А потом она, если и не вышибет этим уродам их бесполезные мозги, то хотя бы разъяснит, чем чревато врываться в чужие дома, и махать оружием!

***

Артём едва сообразил, откуда грохнула другая очередь выстрелов, и на то, чтобы нырнуть под лестницу, у него было не больше нескольких секунд. По чесноку, от Яны такой смелости он не ожидал, и потому, когда она выскочила на верхнюю ступень, что-то вопя, и поливая из его «ТТ» по сторонам, ему оставалось лишь дождаться финала.

Когда всё стихло, он вышел из укрытия, быстро оценил ситуацию, и пришёл к выводу, что она довольно скверная. Парни лежали ничком, не подавая признаков жизни, а это грозило лично ему огромными напрягами. Грохнул-то обоих он, но мелкая изрешетила уже бездыханные трупы, однако, с этим и могли возникнуть заморочки. Оружие, из которого уложил людей Холеры он, «не палёное», нигде не зарегистрированное, а вот «ТТ» оформлен на него по всем правилам.

Если мусора сунут нос в это дело, ему хана. Дерьмо… Мало, что ли, у него других проблем!

— Какого хрена ты натворила! — со злостью выплюнул мужчина, наклонившись над одним из пацанов, чтобы убедиться, что тот откинул коньки. — я тебе чё, бля, велел делать, а?!

Яна спустилась вниз, всё ещё крепко сжимая пистолет обеими руками.

— Между прочим, тебя защищала! — огрызнулась, с опаской поддев второго незваного гостя ногой. — они мертвы?

— Нет, просто прилегли отдохнуть, мать твою! — зло усмехнулся он, выпрямившись. — пушку сюда давай.

Она и не думала подчиниться, поэтому Шерхан направился к ней, не считая нужным стереть с лица перекошенную гримасу. Девчонка дёрнулась, но «ТТ» не отдала, а на протянутую в нетерпеливом жесте руку Артёма отреагировала предсказуемо — попятилась к лестнице, всем видом показывая, что готова к новой стычке уже с ним.

Вот ведь заноза! Артём покачал головой.

— Я сказал, пушку сюда, живо! Шутки кончились, крошка.

— Ты же… — Яна сглотнула, неуверенно взглянула на пистолет, затем на него. — ты не собираешься делать контрольные выстрелы?

Ещё не круче… Боевиков, видимо, насмотрелась. Он невольно улыбнулся, уничтожив расстояние между собой и ею в пару шагов, отобрал оружие, и сунул за пояс штанов сзади.

— Здесь не кино, малая. Эти мудаки и так сдохли, на хрена лишняя суета. Где твоя сестра?

— В спальне. — с трудом ответила Яна, словно слова давались ей большим усилием.

— Короче, в темпе веди её сюда, мы сматываемся. — он подошёл к Владику, присел на корточки, и некоторое время молча смотрел в никуда.

Вторая нелепая смерть по его вине. Сначала Жека, теперь вот Влад. Нормальные были пацаны, и оба расплатились ни за что. Ебаные бабки, от них сплошные неприятности. Надо скорее от них избавиться. Артём не был суеверным, он всегда мыслил рационально. Но, раз уж кто-то решил вмешаться в его судьбу, и распорядился по-своему, он не станет просто плыть по течению обстоятельств.

Холера, конечно, вор в законе, за ним целая гвардия блатных, у которых собственные законы, но становиться мишенью Шерхан не желал. Эти волки хотят войны, что ж, они сами напросились…

— Её там нет. — взволнованная Яна прервала его мрачные размышления, и Артём стремительно обернулся.

Девчонка беспомощно комкала в руках клочок бумаги, и мужчина нахмурился.

— Как это — нет? Куда она подевалась?

— Сбежала. — вздохнула Яна, протягивая ему помятый лист, вырванный из какой-то книги. — ушла через чёрный вход. Не надо было мне с ней ссориться. Это я виновата.

«Твоя взяла. Я возвращаюсь домой. Можешь позвонить матери, предупредить, что я приезжаю. Не доставай звонками меня, не хочу с тобой говорить! Развлекайся, ты тут и без меня не скучаешь.»

— Ни в чём ты не виновата, не нагнетай. — сказал Артём, приближаясь к поникшей девушке. — твою сестрицу надо хорошенько выпороть ремнём, чтобы знала, как трепать тебе нервы.

— Да. Только мы с этим опоздали лет на десять. — слабо улыбнулась Яна, и, внезапно прильнула к нему, словно прося о поддержке.

Он не отказал ей в объятиях, стиснул за талию, чувствуя себя странно. Сантименты Артём не терпел, утешать баб не умел. Женских слёз не любил, вообще не понимая, что в такие моменты делать. Но Яна не плакала, а он вдруг ощутил, как что-то тёплое, вязкое, щемящее растекается в груди, и, поддавшись порыву, прижал девчонку сильнее.