Мне тебя обещали - Юлия Резник

- За что он так? Я просто не могу понять, за что? Я пытаюсь это уложить в голове и не могу. Я бы все деньги мира отдал, если бы он попросил. Он же как брат мне…

Я осел на землю. Мокрый, дрожащий и беспомощный, как слепой котенок. Майя ничего не ответила. Да и что тут было сказать? Она забралась ко мне на колени и обняла, делясь своим теплом и любовью. Поцеловала меня… снова и снова. Отогревая губы. Нашарила в темноте полотенце. Укрыла нас. Теперь с одной стороны мне грел спину впитавший в себя дневную жару камень, а с другой – она.

- Подожди. Здесь где-то есть фонарик…

Я пошевелился. Нащупал и с трудом, все еще трясущимися руками, включил фонарь. Тьмы мне с избытком хватало в душе… А Майю… Майю я хотел видеть. Она была единственным светом, единственной правдой в моей сотканной из обмана жизни. Я коснулся ее скулы пальцами. Провел вниз по плечу, собирая озерную воду. Мое тело начало оживать. Реагировать. Ощутив это, Майя поерзала, сидя на мне верхом, после чего с тоненьким стоном запрокинула голову к звездам… Предоставляя мне доступ к своей хрупкой и беззащитной шее. А я ведь был не железный. И терпения во мне ни хрена не было… Только голод. Я впился в неё, как одержимый, оставляя метки. Специально, да… Не потому, что забылся. А потому что это было жизненно важно – пометить её собой, прежде чем отпустить.

Надеюсь, меня оправдывало то, что жажда Майи в тот момент не уступала моей собственной? Ухватив меня за отросшие волосы, она резко дернула вниз. Заглянула в глаза. И замерла так. Разглядывая… выискивая в них что-то свое. Одно ей известное. А потом зеркальным отражением моей дикости прошлась поцелуями по груди, сползая по ногам все ниже.

- Я люблю тебя, - обожгла жарким шепотом, уткнулась лбом мне в бедро и с силой сжала напряженную до предела эрекцию. Стиснул зубы, я следил за тем, как она прошлась подушечками по пульсирующей вене. Очертила головку, выталкивая меня на какой-то совершенно новый запредельный уровень страсти. А потом, оттянув мошонку, медленно вобрала пульсирующий член в рот. Я застонал. Подкинул бедра, проталкиваясь глубже, чем должен был, не щадя и не контролируя. Ни себя, ни ее… Сдаваясь своим желаниям. Теряя себя от того, что так сильно нуждаясь в ней. Но еще больше в освобождении… От всего того ужаса, что во мне поселился и жил.

Влажные звуки, хрипы… И черта, к которой я все ближе…

- Я уже, Ма-а-а-айя. Я уже…

Я был готов кончить и не готов к тому, что в самый последний миг она выпустит меня… Я, блядь, был уверен, что мы пройдем этот путь до конца. Что я испытывал в этот момент? Ярость… Разочарование. Но прежде чем эти чувства выплеснулись наружу, она, не теряя ни секунды, изменила положение, впуская меня в себя. Лишь когда чуть не сдох, выплескиваясь глубоко в её пышущей жаром тесноте, я понял, что Майя сделала… Она подарила мне жизнь. Взамен той, прежней… от которой ничего не осталось. И я упивался этим подарком. Я кончал в нее снова и снова. Не чувствуя усталости, лишь любовь… Я рычал. Я стонал. Я в ней растворялся. И, не успев закончить, снова твердел. Глаза Майи потрясенно расширились, когда она это почувствовала. Бедная девочка. Мне-то было хорошо. А ей? Я совсем забыл о её удовольствии в том безумии, что со мной происходило.

- Ма-а-айя…

- Скажи еще!

- Что сказать?

- Майя… Ты знаешь, как произносишь мое имя? – шептала она куда-то в волосы… в то время как я покусывал ее соски.

- Нет… А как?

- Так, что я сразу тебя узнала… Ма-а-айя. Моя.

Я зажмурился. Ну, надо же… Я уже голову сломал, думая о том, как она меня вычислила, а все оказалось так просто.

- Ма-а-айя. Моя… - шепнул я, ссаживая ее с колен. Делая то, что давно уже был должен сделать. Забирая контроль в свои руки…

- Еще… Повтори еще раз, Андрей…

- Ма-а-айя, – повторил послушно, своими руками поднимая её руки так, чтобы она оперлась ладонями о валун. Касаясь ее спины своей грудью и неторопливо тягуче-медленно насаживая ее на себя. – Любимая Ма-а-айя моя.

Когда все закончилось, мы долго лежали без сил. Я лениво перебирал ее влажные локоны, и это все, на что меня хватало… Да и вряд ли нам нужны были слова. Я бы многое отдал, чтобы вот так молчать с ней… долго-долго. Но рассвет, занимающийся совсем близко, там, где низкое небо касалось земли, все настойчивее напоминал о реальности. И прожорливые комары…

- Нужно возвращаться.

Майя кивнула. Поцеловала меня еще раз и потянулась к вещам.

- Андрей…

- М-м-м?

- Это… тот блондин, который остановился у шамана?

- Какой блондин?

- Ну, тот… Мы его еще на празднике видели. Неприятный такой… Это он… твой друг?

В моей голове взревела сирена. Я бросил штаны не застегнутыми и подошел к Майе.

- Постой… Он был там? В доме шамана? Это он сидел в стороне?

- Ну, да… Я думала, ты его видел…

Ни черта! Ни черта я не видел, кроме нее. Господи…

- Собирайся! Быстро, Майя… Мы возвращаемся.