Только с ним - Адалин Черно

– Наденешь купальник? – спрашивает Глеб, когда мы остаемся наедине.

Я успеваю поработать над картиной и даже поесть, когда Глеб возвращается со скалы и останавливается рядом. На нем мокрая, прилипшая к телу футболка и штаны, так же плотно обтягивающие ноги. На лице довольная улыбка.

– Думаю, не стоит.

– Будем купаться голышом? Я только за.

У повторению ночного происшествия я пока не готова, поэтому соглашаюсь натянуть злосчастный купальник. Мешкаю, когда расправляю ткань, но все же надеваю. Глеб прав. Я ни в чем не виновата, я никого не провоцировала. Кроме Димы были и другие парни и никто из них не пошел на насилие. Все дело в человеке, а не случае.

Упаковав свое тело в купальник, выхожу из палатки и под пристальным взглядом Глеба иду к реке. Мне нравится его внимание, его взгляд, с желанием осматривающий меня с головы до ног и комплименты, граничащие с пошлостью, которые он отвешивает во время секса.

Догнав меня у реки, Глеб шлепает меня по ягодице и обхватывает за талию, заваливая на песок. На нем уже нет майки, и его влажная кожа прижимается ко моей.

– Глеб, – пытаюсь его оттолкнуть, но он упрямо прижимается ко мне.

– Я наконец могу делать это без оглядки, – говорит мне на ухо.

– Что это? – делаю вид, что не понимаю.

– Целовать тебя.

Он прижимается губами к моим. Целует сладко, но вместе с тем настойчиво.

– Трогать.

Его руки скользят по моему телу, сминают грудь, спускаются к талии и бедрам. Глеб подхватывает меня под коленкой и вынуждает согнуть ногу. Устраивается удобнее, тыкается стояком мне между ног.

– Хотеть тебя и трахать под открытым небом.

– Это все? – спрашиваю.

– Пиздец, как надоело скрываться, – выдыхает мне в губы. – Теперь нет необходимости.

Глеб перекатывается на одно плечо, ложится так, чтобы иметь возможность на меня смотреть. Я переворачиваюсь на бок, тоже смотрю на него, кладу руку ему на грудь, поглаживаю пальчиками кожу. Хорошо рядом с ним, спокойно, словно за каменной стеной. Знаешь, что защитит и закроет от проблем.

– Переедешь ко мне? – спрашивает серьезно.

Я сглатываю. Переехать? Оставить квартиру брата, собрать вещи и… переехать к Глебу? Я мешкаю. Наверняка выгляжу растерянной и шокированной, да и слова не могу составить в предложения. Ни звука издать не могу. Хлопаю глазами и молча смотрю на Глеба.

– Ну что молчишь? Подумаю, что отказать собираешься?

– Я просто… в шоке. Мы не спешим?

– Ты единственная, кого я хочу видеть рядом утром, днем и вечером. Думаешь, не получится у нас?

– Ты же знаешь, у меня нет опыта.

– И у меня нет.

Глеб касается моей щеки, проводит по ней пальцами, задевает уже засохшую ранку и сжимает челюсти. Моргает, сглатывает, борется со своей злостью. В эту секунду мне никаких признаний в любви не нужно, все его чувства на лице написаны. Его реакция на то, что мне сделали больно, выдает его. Глаза темнеют, челюсти сжаты, дышит неровно.

– Думаешь, нам стоит попробовать? – спрашиваю у него.

– Уверен. Ты не хочешь?

– Хочу, конечно, просто… ты так и не сказал, как отреагировал Боря.

– Нормально, – отмахивается, но как-то слишком быстро. – Пожелал нам счастья, сказал, что я лучший из тех, кому он мог позволить строить отношения со своей сестрой. Не против, в общем, так что если хочешь ко мне – уговорить его будет не проблема. Беру это на себя.

– Хочу. А ты выделишь мне комнату?

– Для чего это?

– Для меня.

– Для тебя я выделю половину кровати и шкафа, – говорит упрямо. – Для картин могу гостиную всю выделить. Ты у меня была, помнишь, там много места.

Я покрываюсь краской, вспоминая, каким образом попала к нему в квартиру и что было в ту ночь.

– И где ты такая взялась? – спрашивает, не ожидая ответа.

Смотрит пристально, изучает.

– Какая?

– Вот такая… ради тебя хочется меняться.

– Меняться? – переспрашиваю. – Зачем это?

– Затем, – Глеб вздыхает.

– Ты мне таким нравишься, – заявляю. – Смелым, решительным, нежным, готовым защищать свою девушку, внимательным и спокойным.

Глеб начинает смеяться, и я замолкаю, смотрю на него задумчиво.

– Ты точно меня описываешь? Малыш, я не всегда такой, как здесь. Ты не успела меня во многих моментах увидеть и узнать. Поэтому приглашаю пожить вместе. Быстрее поймем, подходим ли друг другу.

– А если нет?

– Давай не будем забегать наперед. Ты согласна или нет?

– Согласна, сказала же уже.

– Тогда по возвращению соберешь вещи и я тебя заберу.

– А отсюда нас, кстати, кто заберет?

– Мирон. Сразу к Боре поедем, пока будешь собираться я с ним поговорю.

Мне не совсем нравится такая спешка, но возражать не хочется. Если Глеб хочет быстрее съехаться, я только за. В мыслях тут же возникают картины того, как мы просыпаемся в одной кровати. Глеб обнимает меня, дышит в спину, затем переворачивает на лопатки и входит одним резким толчком. После секса мы вместе принимаем душ, я иду готовить ему завтрак, он уходит на работу, а я сбегаю в институт.

– А где ты работаешь? – интересуюсь, понимая, что эту часть его жизни не знаю. Боря никогда не делился, а когда они встречались за столом, никогда не обсуждали работу.

– Поговорим об этом потом, ладно?

Я поспешно киваю, но хмурюсь, не понимая, почему он не может сказать сразу. Я вот, например, нигде не работаю, но планирую подрабатывать картинами, чтобы внести свой вклад в нашу семейную жизнь. Даже если буду продавать одну картину в квартал, это уже неплохая помощь от студентки.

– Эй, – Глеб отвлекает меня от мыслей. – Ничего запрещенного, просто это сложно объяснить. Приедем, я тебе покажу. Все законно, если ты волнуешься.

– Нет, – отвечаю честно, уверенная, что Глеб бы не связался с чем-то незаконным.