Маша и два медведя - Лора Вайс

— Бли-и-и-и-н, — съежилась от боли. — Это чего такое? — снова осмотрелась.

Вокруг царила звенящая тишина, полумрак. Кое-как преодолев боль и головокружение, девушка все-таки села. Надо взять рюкзак… там телефон. Но, увы, в рюкзаке ни телефона, ни документов не обнаружилось. И руки затряслись. Ее что? Похитили? Так, начала судорожно вспоминать, она села в машину, а потом… Господи Боже, да как же так?! Подобное только в кино бывает! Чтобы прямо у дома, считай у всех на виду! Может, происходящее вообще сон? Да, реалистичный, да, кошмарный, но сон. Ни окон в этом жутком месте, ни освещения нормального. Сыро, прохладно, запах стоит какой-то странный, будто смесь из плесени и растворителя. Даже на помощь звать страшно. Явно из мрака спаситель не появится, скорее наоборот.

Маша на цыпочках подошла к решетке, выглянула, насколько позволило расстояние между толстыми прутьями. Узкий коридор уходил куда-то во мрак, рассмотреть, что впереди толком не получилось, тогда пленница вернулась к койке, забралась на нее с ногами. И еще раз решила проверить рюкзак. Как же на мгновение полегчало, когда в потаенном кармашке нашла свой перцовый баллончик, видимо второпях похититель не заметил, просто вытряхнул содержимое из основного отсека, а по кармашкам рыться не стал. Правда, толку от баллончика, когда сидит она в, по сути, клетке! Но все же засунула средство защиты в задний карман джинсов.

Вдруг издалека раздался скрежет металла, глухой такой. И немедля мороз побежал по спине, Маша затаила дыхание, вцепилась в рюкзак. А звуки становились громче. Кто-то шел в ее направлении. И вот, пропищал электронный замок, послышался щелчок, и очередной скрежет металла эхом прокатился по всем помещениям, затем все разом стихло.

Сердце бедняжки еле отстукивало где-то в пятках, ох, если бы она сейчас могла сжаться до размеров молекулы.

— Ну, привет… — напротив решетки возник силуэт, — маленькая глупая зайка.

— Вы кто? — пролепетала дрожащими губами.

— Я охотник, а ты моя добыча, — и глаза его зажглись ярко оранжевым, отчего Маша так и пискнула по-мышиному, чем вызвала тихий смешок незнакомца. — Ты само очарование…

— Что я вам сделала? Зачем вы…

— Что, зачем… почему… Не много ли вопросов, — подошел вплотную к решетке. Да это же он… отец мальчика. Хотя сейчас в голове возник отчетливый вопрос, а был ли мальчик? — Иногда так случается, крошка. Иногда маленькие хорошенькие девочки встречают на своем пути плохих мальчиков, просто потому что такова судьба.

— Зачем я вам?

— Ну вот, опять, — закатил глаза под лоб. — Мы с тобой будем веселиться, играть, танцевать, а потом я тебя съем, — и блеснул не то зубами, не то клыками.

— Вы псих…

— Иногда мне такое говорят. Но я предпочитаю считать себя охотником. Отдыхай пока… я зайду за тобой чуть позже. Мне еще нужно подготовить игровую… настроиться на нужный лад.

И он ушел, снова послышался писк, лязг металлической двери, после чего наступила тишина, а Маша начала задыхаться от приступа паники. Тогда же вскочила, подбежала к решетке, начала дергать, но смысл? И когда силы иссякли, опустились на пол, да залилась слезами. Угодила по собственной дурости в руки к маньяку психопату! Ну, почему она такая идиотка? Почему ей вечно больше всех надо? А огненные глаза этого нелюдя? А клыки? Это же клыки были?! Кто он вообще?

Неизвестно сколько еще прошло времени, но в какой-то момент слезы просто закончились. Маша продолжала сидеть на полу, прижавшись спиной к решетке, смотрела куда-то в стену немигающим взглядом… Неужели это все? Конец! И теперь она жертва, обезображенное тело которой скоро или не скоро найдут где-нибудь в лесу? Нет, ну нет… такого просто не может быть… И принялась биться головой о стальной прут.

Когда очередной раз до ушей донеслись звуки, Маша вскочила с места, отбежала к койке. Шаги этого подонка болью отзывались в голове.

— Вот и я, — возник монстр из темноты. — Соскучилась, зайка?

— Пожалуйста, отпустите меня…

— Ну, почему вы всегда говорите одно и то же? Никакой оригинальности. Сначала бессмысленные вопросы, потом мольбы. Почему не принять свою участь как есть? Жертва не должна задаваться вопросами, она должна бояться и кричать, это все, что у вас остается — страх и крик.

— Я никому ничего не скажу, пожалуйста, — будто не услышала его слова.

— Конечно же, ты никому и ничего не расскажешь, — осклабился мерзавец. — Для остального мира тебя больше нет. Твоя коротенькая история закончится здесь. Возможно, даже сегодня, но это будет зависеть от тебя. Если мне понравится с тобой играть, оставлю еще на разок. А сейчас, — вытащил что-то из кармана и бросил ей в ноги, — надень-ка…

Маша дрожащей рукой взяла черную атласную ткань. Это была повязка на глаза.

— Не тяни время, дорогуша. Я не буду долго просить.

С трудом, но девушка нацепила повязку.

— Умница, а теперь вставай и иди ко мне. Игровая ждет нас.

Пришлось идти… злить психопата не хотелось. А он поспешил открыть дверь, после чего взял свою добычу за руку.

— Пока ты мне нравишься, — прошептал на ухо, — люблю послушных заек.

Несмотря на аромат явно дорогого парфюма, от этого чудовища так и разило смертью. И запах с первого раза впечатался в память. А негодяй повел пленницу за собой. Маша пыталась запомнить дорогу. Когда вышли из помещения с камерами, почти сразу очутись перед лестницей.

— Не бойся, я тебя держу, — потянул ее вверх.

Спустя некоторое время они оказались в просторном помещении, довольно светлом. Похититель подвел ее к дивану, помог сесть.

— Располагайся, крошка. Скоро я вернусь.