Противостояние - Мария Коваленко

- It’s My Life! – лилось из динамиков, и даже шум стройки за окном не мешал трауру бармена.

***

К чести Катерины Дмитриевны, держалась она неплохо. Кроме Гриши вывести хозяйку на чистую воду было некому. Даже лучшая подружка не смекнула. Поздоровавшись, ушла за дальний столик утирать слезы какой-то пухлощекой девице, явно очередной клиентке своего брачного агентства. Не первой и не последней. Бар терпел и не такое. Несмотря на сырость за угловым столиком, все шло своим чередом. Приходили и уходили посетители. Пенилось в кружках пиво, а в бокалах – шампанское. Повышался общий градус алкоголя по бару, а вместе с ним - размер чаевых и настроение персонала.

Перед самым закрытием на высокий табурет у барной стойки переместилась Катина подруга. Гриша тут же выдал ей свой фирменный успокоительный коктейль с мятой и ромом и покинул рабочий пост, чтобы не мешать дамам общаться.

- Вот смотрю я на себя, - уже не молодая, но все еще привлекательная блондинка с телом модели плюс-сайз и лицом ангела подышала на зеркальце и после вытерла его о левую грудь. - А ведь красотка! Монро! И, между прочим, Мэрилин.

Катя, прищурившись, посмотрела на нее, но отвечать не стала. Дикую идею сменить имя с нормального “Лена” на “Мэрилин” она так и не поняла. Эту прихоть не понял даже очередной, “пятый и не последний”, муж Лены, но удивительное внешнее преображение компенсировало любую глупость.

- А почему это ты сегодня такая кислая? - Мэрилин наконец отвлеклась от созерцания себя любимой и обернулась к Кате.

- Нормальная я, - та отмахнулась. Делиться информацией о своей ночной выходке она не спешила. Лена, конечно, была надежнее швейцарского банка, но следовало для начала самой переварить случившееся. - Работы много.

- Работы, работы! В стране, вообще-то, кризис, так что радуйся! Кстати, а о чем ты шушукалась с Воиновым?

- С кем? - превозмогая новый приступ головной боли, переспросила Катя.

- Ну, с Воиновым!

- С каким еще Воиновым?

- С Романом Геннадьевичем! - как умалишенной пояснила подруга. - Самым обаятельным сукиным сыном из всей нашей журналистской своры.

Катя изогнула бровь.

- Ну, ты темнота! - поцокала собеседница. - А еще два высших и хозяйка бара. В люди тебя, что ли, вывести?..

- Так что там про Воинова? – подруга аккуратно вернула течение разговора в интересующее ее русло.

Дважды просить не пришлось. Интуитивно почуяв, что вопрос не праздный, Мэрилин перегнулась через столик и зашептала:

- Не женат, не привлекался, имеет грамоты, награды и… Если верить легендам, вообще имеет все, что движется. Поговаривают, что он вообще би! Уф!

“Кхм… Вот и познакомились!” - подумала Катя, а вслух сказала:

- Не может быть!

- Точно тебе говорю. Он ходок на два фронта, - Мэрилин озорно улыбнулась и прижала к груди свой гроссбух с записями о последних клиентах. - Женить бы такого.

Катя чуть со стула не упала.

- Ленка, у тебя профдеформация!

- Тю! Никакая не деформация. Маркетинговый ход! Представляешь, какая это реклама?

- Смеешься?

- Нет! Воинов - призовой жеребец! Это тебе не заштатный сисадмин Пуговкин, который известен только в эльфийско-танкистских кругах. Если этого окольцую, считай, до пенсии по уши в заказах.

- Безжалостная ты! Никакой женской солидарности, сама ж сказала, что он бабник.

- Кто бы говорил о моей безжалостности! Не ты ли уже год просишь женить своего Игорька? А твой бывший тоже не сахарок!

- Молчи, - Катю передернуло. - Даже имя не произноси.

- Еще не отвял? У-у, идолище поганое!

- Нет, - вздохнула подруга.

- И на что надеется?

- Не знаю. Бар по его милости в долгах, поставщики судом грозят. А тут еще и стройка… - она аккуратно, чтобы не размазать тушь и стрелки, потерла уставшие глаза.

- Как ты только со всем этим справляешься? – всплеснула руками Мэрилин. - Может, мужа тебе найдем? Нормального, не такого как… твой Блэкджек. Ты ведь красавица у нас. И вид товарный, семнадцатки нервно курят в сторонке.

- Да нету их, нормальных. Сплошные Воиновы да… Игорьки.

- Биология! Альтернатив не так уж много: или стремление передать гены как можно большему числу потомков, или вырождение. Смирись!

- Как-то не хочется смиряться с таким.

- Да ладно! Еще скажи, что в свои тридцать все еще ждешь принца!

- Уж точно не коня! – вспомнился недавний «призовой».

- Катя-Катя! – поцокала подруга. - Скажу тебе как профессиональная сваха: идеальный мужик - это вибратор. Всегда готов и есть не просит. Я вот шестой раз замуж сбегаю, и все - перейду на виброрежим.

- Ты?

- Я! А вместо брачного агентства секс-шоп открою! Очень перспективная сфера…

На любимую тему Мэрилин могла говорить часами. За пятнадцать лет с пятью мужьями и несчетным количеством ухажеров она успела стать если ни доктором, то кандидатом в доктора наук по сексуальным играм, игрищам и игрушкам. Обычно Катя с интересом слушала ее рассказы. Иногда даже узнавала, что-то новое для себя. Но сегодня, после ночи с Воиновым все эти советы по выбору вагинальных шариков, флоггеров и виброяиц действовали на нервы.

Между ног до сих пор было жарко, а внутренние мышцы бедер болели как после жестокой растяжки. Сто лет с ней такого не случалось. Не покидало ощущение, что ночью попала под поезд, а не под мужика. А ведь нужно было еще как-то подбить кассу и добраться до квартиры!

Сегодняшнюю ночь она твердо решила провести в своей постели и без эксцессов. Осталось продержаться всего пару часов. А потом пятнадцать минут езды, горячая ванна и сладкий беспробудный сон. В восхитительном одиночестве.

***

Дверь в каморку журналиста-единоличника Воинова резко распахнулась.

- Полуночничаешь? – с порога крикнул гость.

От неожиданности Роман резко дернулся, и бумажный стаканчик с двойным эспрессо, стоявший аккурат возле локтя, опрокинулся.

- Очередной компромат нарыл? – в кабинет вошел немолодой полный мужчина, Ломоносов Василий Иванович, главный редактор и давний приятель Воинова.

- Твою мать! Иваныч! - хозяин каморки стукнул кулаком по столу.

- Что?

- Посмотри, что ты натворил!

- Да я ж…

- Молчи лучше! - Роман осмотрел причиненный ущерб: залитые черновики, лужа на полу и огромное кофейное пятно на рубашке.

- Ты что ж это бдительность потерял? – сделал удивленный вид друг.

- К жене своей после командировки так вламывайся!