Одинокое сердце - Виктория Лукьянова

Оказавшись около двери с вывеской «Приемная», я постучалась и вошла, сомневаясь, правильно ли пришла.

Меня встретила девушка, в строгом сером костюме и белоснежной рубашке. Она посмотрела на меня, словно пытаясь понять, кто я такая и зачем явилась, а спустя мгновение быстро улыбнулась и поднялась со своего места.

— Вы, наверное, Маргарита Некрасова? — произнесла она мелодичным голосом, опередив, когда я только разинула рот, чтобы представиться.

Я кивнула и поздоровалась с ней.

— Возможно, мне нужно было сначала пройти в отдел кадров? — поинтересовалась я, наблюдая за тем, как ко мне подходит секретарь. — Заполнить какие-нибудь анкеты.

Но она покачал головой.

— Все верно, — улыбнулась она. — Вы пришли правильно. Я попросила охрану, чтобы вас направили сюда. Начальник будет собеседовать лично.

— Лично? — взглянула в ее серые глаза, пытаясь отыскать там подвох.

— Да, лично, — подтвердила свои слова девушка. — Меня зовут Инна, я секретарь Виктора Алексеевича Никольского.

Знакомое имя. Кажется, в статье, которую показывала мне Таня, было это имя. Мысленно стукнув себя по голове, я выругалась от осознания, что не изучила совершенно ничего о компании, куда шла на собеседование. Я самый ужасный соискатель, которого можно встретить. Но для Инны я мягко улыбнулась, изображая осведомленность, мол, я в курсе кто он такой и чем занимается.

— Я предупрежу, что вы пришли, — и она вошла в кабинет того самого начальника, двери которого располагались чуть в стороне от приемной.

Я пугливо осмотрелась по сторонам, в который раз понимая, что мне здесь не место. Вот сейчас еще завалю собеседование и с треском вылечу на улицу. Так мне и надо, мечтательница Маргарита Некрасова.

Через минуту Инна вышла из кабинета и с улыбкой приоткрыла для меня дверь. Я покосилась в сторону выхода, но заставила свои ноги сдвинуться с места и войти в кабинет.

— Удачи, — шепнула она, когда я прошла мимо секретаря. Да, удачи мне не повредит.

Вздрогнула, услышав, как за мной закрылась дверь. Что же, все пути для отступления закрыты. Бежать некуда. Но я остановилась на пороге, боясь сдвинуться с места.

Посмотрев вперед, я увидела, как в метрах десяти от меня располагался широкий стол около огромного окна. За столом в окружении кипы бумаг, компьютера и не менее трех телефонов, сидел мужчина, который даже не посмотрел в мою сторону. Я так стояла бы и смотрела на него, если бы он не поднял голову, откладывая в сторону бумаги, которые держал в руке, и не посмотрел бы на меня.

От блеска его очков в тонкой металлической оправе я вздрогнула.

— Так и будете стоять? — недовольно проворчал он, и его ледяной голос заставил меня задрожать.

Переселив свой страх, я шагнула вперед и преодолела еще несколько метров, пока не оказалась около рабочего стола того самого Никольского. Черт, его имя вылетело из головы.

— Добрый день, — тихо произнесла я, загипнотизированная его взглядом.

Сквозь прозрачные стекла очков на меня смотрели безумно красивые зеленые глаза. Ясные, но настороженные. Внимательные, пронзительные. И пугающе пусты.

— Добрый, — произнес он, но доброты в его словах я не услышала.

Кажется, с треском я вылечу очень быстро. Мне явно были не рады, но по какой-то причине терпели.

Я потянулась к сумке и вынула лист с резюме, которое приготовила заранее. Мне было стыдно протягивать его, понимая, что этот мужчина посмотрит на мои достижения и рассмеется, выкидывая за шкирку из своего дорогого и стильного кабинета. Но Никольский принял лист с некой брезгливостью и стал изучать его, поправив очки.

Я же продолжала стоять около его стола, так и не дождавшись предложения присесть и занять любое свободное место. Наблюдая, как бегло читает ровные строчки, я не могла понять, какие мысли бродят в его голове.

Закончив с моим резюме, он поднял свой взгляд на меня, снимая попутно очки и потирая переносицу.

Я готова была рассмеяться, подумав, что вызвала у него головную боль своими «достижениями» и опытом работы, но он спросил совсем про другое.

— Почему ушли из спорта? — я задохнулась, стоило услышать подобный вопрос.

Еще никто не интересовался этим. Всех моих предыдущих работодателей всегда интересовало, чем я занималась до них, что умела и чего достигла. И никого не интересовала моя юношеская жизнь.

— Травма, — быстро ответила, сказав практически правду.

Не думала, что стоит вдаваться в подробности, рассказывая, какую травму я получила, но Никольского этого не интересовало.

— У вас нет опыта работы в подобной компании, — заговорил он, и я сдулась, осознав, что сейчас мне скажут привычную фразу и, я покину «Инвест-какуютутам компанию», зря только потратив время и деньги на бензин.

— Нет, — сухо отозвалась я, не сводя глаз с мужчины.

Он же вновь склонился над моим резюме и потер переносицу. Неужели у него так сильно разболелась голова от меня? Я готова была нервно рассмеяться, выхватить злосчастный лист и сбежать, ковыляя на каблуках. А ноги-то болели. Колено ныло и умоляло прекратить пытку.

— Мы вам перезвоним, — произнес он мою вторую любимую фразу, но резюме быстро убрал в стол, в верхний ящик, в котором уже хранилась стопка других документов.

Скорее всего, из резюме таких же наивных соискателей, как и я. Что же, вот тебе и урок, что не стоит пытаться прыгнуть выше головы. Но вместо того чтобы попрощаться и выйти из кабинета, я крепче вцепилась в ручки сумки и посмотрела с вызовом на мужчину который вернул очки на место, скрыв за стеклами свои пустые зеленые глаза.

— Не нужно, — сказала я, и мой голос не дрогнул. — Я слышала эту фразу не единожды и знаю, что вы не перезвоните. Поэтому я приношу свои извинения за то, что отняла у вас время и заявилась со своим скудным на опыт резюме и претендовала на такую должность, до которой мне еще расти и расти.

Мужчина продолжал смотреть на меня и хмурился еще сильнее. Но я не унималась, позабыв страх, с которым оказалась на пороге этой компании.

— Я даже вашего имени не запомнила. И названия вашей фирмы. Так что спасибо еще раз за потраченное время и прощайте, — я постаралась мило улыбнуться, замечая, как сжал он губы в тонкую полоску после моего заявления.

Удивительно, но в этот момент мне было все равно на то, какое впечатление останется у него. Я развернулась на неудобных каблуках и, слегка прихрамывая, преодолела несколько метров, чтобы покинуть кабинет и встретиться с удивленным взглядом Инны.

— Ну и как? — поинтересовалась она, но я только покачала головой и, попрощавшись с замершей на месте девушкой, покинула приемную.

Быстро, насколько мне позволяло ноющее колено, я добралась до лифта, а после и вовсе добрела до парковки. Только когда мои ноги вернулись в привычные кроссовки, я смогла вздохнуть с облегчением.