Меня ему обещали - Анна Милтон

Я захлебывалась в разъедающей злости из-за невозможности сфокусировать взгляд на чем-либо и совершить осознанное, пусть даже незначительное, движение.

За мной пришли.

Высокая светловолосая женщина, одетая с иголочки в красное, и молодой привлекательный мужчина в черном костюме — не один из тех, кто приволок меня из «Дэвуар» в это дьявольское место.

Встретив насмешливый взор женщины, я услышала, как она приказала своему сателлиту отвести меня в зал, где собрались гости и ожидали начала торгов. При всем огромном желании я не противоборствовала молодому человеку, когда он сгреб меня с высокого стула и повел к выходу из помещения.

Он был осторожен. От прикосновения его холодной ладони к моей спине я задрожала, словно осиновый лист на промозглом ветру. В этом касании чувствовалась забота. Мне захотелось прижаться к мужчине, ощутить тепло его тела и раствориться в нем, чтобы больше никогда не возвращаться в реальность.

Брюнет старался не смотреть на меня, пока сопровождал по бесконечному, казалось, коридору. Мы периодически сворачивали то направо, то налево. Но все же единожды мне удалось зацепить его взгляд и прочесть в карих глазах горькое раскаяние вперемешку с сожалением. Незнакомец осознавал, что вел меня на казнь, и это было похоже на то, словно с ним такого раньше не происходило. Возможно, его наняли не так давно. Возможно, это его первый день работы в аукционном доме.

Я бы не постыдилась попросить его рискнуть карьерой, чтобы помочь мне, но язык ощущался неповоротливым и распухшим куском плоти.

Наконец, брюнет подвел меня к распахнутым дверям, за которыми находился овальный зал.

Античные мраморные колонны подпирали высокий куполообразный потолок, расписанный в венецианском стиле. Стены украшала лепнина и картины эпохи возрождения в золотых рамах. Участники аукциона «Блажь» в блестящих и элегантных нарядах скрывали лица за карнавальными масками. Они распивали дорогое шампанское, ели закуски и смеялись. Их многочисленные голоса разбавляли звуки живой игры на струнных инструментах. Музыканты, расположившись в стороне от толпы в затененной зоне помещения, безукоризненно играли свои партии.

На сцене за кафедрой стоял седовласый мужчина среднего роста в немного великоватом смокинге. Заметив движение со стороны, аукционист поднял голову и увидел нас. Затем развернулся к публике и громким голосом объявил начало торгов.

Сердце пропустило удар.

Я пошатнулась на каблуках и грозилась удариться затылком о пол, если бы молодой человек, находившийся рядом, вовремя не обхватил мои плечи рукой.

Он повел меня вперед.

Я послушно шла, волоча ногами, будто сделанными из ваты.

Музыка затихла, когда меня поставили в центр сцены, предоставив зрителям на обозрение. Брюнет тут же умчался в тень и не обернулся. Я желала помчаться вслед за ним каждой клеточкой своего естества. Однако стоило слегка наклониться телом вперед — и твердь под ногами превратилась в зыбучие медленные волны.

Я рухнула на колени. Мне чудом удалось выставить перед собой руки и опереться на ладони.

Всхлип, вырвавшийся из меня хриплым протяжным звуком, эхом пронесся по залу. В этот момент тяжелый дурман в голове немного рассеялся. Грудь пронзила острая боль от мысли, что я совершенно одна. Беззащитна. Сломлена.

Мне не выстоять против этих людей. Не сбежать.

— Лот под номером один, — провозгласил аукционист. — Восемнадцать лет. Воспитанница приюта «Дэвуар». Рост — метр шестьдесят семь. Вес — пятьдесят два килограмма. Коэффициент интеллекта равен ста тридцати трем. Свободно говорит на английском, немного знает французский. Не имеет внешних изъянов, наследственных и хронических заболеваний. Стартовая цена — двадцать тысяч евро.

Я приложила ладонь ко рту.

Меня жутко затошнило.

Нет-нет-нет.

Все это неправда…

— Сорок тысяч! — выкрикнул из толпы мужской голос.

— Пятьдесят тысяч!

Тишина.

Едва различимые перешептывания.

— Пятьдесят тысяч — раз, — начал счет человек за кафедрой. — Пятьдесят тысяч — два…

— Шестьдесят тысяч, — сказала женщина в серебристой маске.

Поймав мой взгляд, она помахала черной табличкой с золотым номером и улыбнулась. Джентльмен справа притянул ее за талию и поцеловал в шею.

— Сто тысяч, — тут же перебил предыдущую ставку участник с другого конца зала.

Я перевела заторможенный взор туда, откуда донесся могучий, громовой бас.

Лица, спрятанные за масками, двоились и троились перед глазами.

— Сто тысяч — раз. Сто тысяч — два. Последний шанс сделать ставку. Сто тысяч — три. Лот продан участнику под номером тридцать!

Раздался оглушительный удар молотка.