Идол - Наталья Шагаева

Алиса

Когда смотришь бой на экране, кажется, что это все не по-настоящему, до подсознания не доходит реальность происходящего. Все воспринимается как шоу. Жесткое, кровавое развлечение. А находясь в огромном зале рядом с рингом, погружаясь в реальность, все воспринимается реальнее и острее. Мои чувства граничили с восторгом и щемящей болью. Бой настоящий! Удары сильные и жестокие! Кровь настоящая! И всем вокруг нравится это жестокое шоу! А я не могу оторвать глаз от Богдана. Случилось то, о чем я так долго мечтала — он обратил на меня внимание!

Мы встретились взглядами, и внутри что-то перевернулось. Его взгляд цепкий, тяжелый, он держит не отпуская. Стальные глаза погружают в транс. Богдан спокоен и уверен в себе. Его соперник, кажется, крупнее, сильнее и постоянно показывает свою ненависть и превосходство. А Идол лишь изредка ухмыляется, не принимая его всерьез. А мне так страшно, до замирания сердца. Словно я оказалась посреди побоища, которое никак не могу остановить. Все, что я могу — только смотреть и молиться за Богдана. Я видела сотни его боёв, и в большинстве он одерживал победы. Но, оказавшись в эпицентре и почувствовав энергетику, агрессию его противника, мне стало жутко.

Бой для меня проходил как в тумане, в замедленной съёмке, казалось, я ощущаю каждый пропущенный удар. Я до боли искусала губы и сломала ногти, впивая их в ладони, когда увидела его кровь. Кажется, кричала, вскакивала с места, повторяя вместе с толпой его имя. Жмурилась, сжимаясь, и вновь распахивала глаза. Никогда не думала, что буду настолько жестокой и испытаю восторг от того, что человека вырубят жесткими ударами. Идол был похож на зверя или машину для убийств. Казалось, он сорвался с цепи, и если бы Богдана не остановили, он бы добил противника.

Я визжала и радовалась вместе с болельщиками, когда его объявили победителем и подняли его руку. Он не забыл обо мне. Богдан меня запомнил! Я поймала Идола на том, что он ищет меня глазами. Или мне хотелось так думать… Но в это раз он осматривал меня нагло, горящим взглядом, не упуская ни одной детали, настолько пронзительно, что становилось горячо. В этот момент я окончательно убедилась, что больна Идолом. Он только на меня посмотрел, а я уже захлебываюсь от восторга.

Богдан покинул зал, стало тоскливо и пусто. Казалось, я потеряла что-то очень важное. Меня переполнили эмоции и впечатления. Я находилась на грани возбуждения и точно знала, что не смогу уснуть этой ночью. Я буду воспроизводить этот вечер в памяти снова и снова. А потом фантазировать, как бы он мог закончиться, если бы мы были вместе.

Вся толпа ринулась к выходам, а я так и сидела на месте, пытаясь прийти в себя. Восстановить дыхание и утихомирить барабанившее сердце.

— Добрый вечер. Можно посмотреть на ваш билет? — рядом со мной присаживается невысокий лысоватый мужчина неопределённого возраста. А у меня сердце уходит в пятки. Сейчас он заметит, что билет не принадлежит мне. И что тогда будет? Но я как примерная девочка, со страху вынимаю из сумочки пригласительный и протягиваю мужчине, молясь, чтобы все обошлось. Мужчина мельком смотрит на билет и отдает его мне, расплываясь в улыбке. — Поздравляю! Вам несказанно повезло — ваше место выиграло в лотерее, вы пригашаетесь в закрытый клуб на празднование победы.

— Что? — не понимаю, поднимаясь с места, и посматриваю на выход. Мне совсем не нравится этот мужчина, хочется быстрее покинуть это место.

— Богдан Беляев лично приглашает вас разделить с ним победу. Он был бы очень рад, если бы вы украсили его вечер, — поясняет мужчина. Имя Идола действует, как приманка. Здравый смысл просто вопит не соглашаться и поехать домой. Время позднее, и мама будет волноваться, а влюбленное сердце трепещет от того, что я смогу провести этот вечер в обществе Богдана. — Вижу, вам интересно это предложение? — ухмыляется мужик, осматривая меня блестящими глазами. Закусываю губы, борясь с желанием убежать. — Ну что вы, девушка, не переживайте, обещаю — вас никто не обидит. Пойдёмте, — мужчина хватает меня за руку и ведет к выходу.

Боже. Боже! Что я делаю?! Мне страшно, и одновременно внутри все трепещет от того, что я проведу вечер с Идолом. Мы выходим на улицу через черный выход, и только когда меня окутывает холодом, я понимаю, что забыла жакет. Но это уже неважно. Кажется, я не в себе. Это самый безрассудный поступок в моей жизни. И, возможно, самая большая ошибка. Но мои чувства и желания приблизиться к персональному богу выше разума.

Мужик доводит меня до огромного черного внедорожника, учтиво открывает дверь, помогает сесть и странно улыбается, заставляя меня нервничать. Он просит немного подождать и уходит.

Глубоко вдыхаю, оставаясь наедине с собой, осматривая необычный салон машины с противоположными сиденьями. Здесь пахнет Богданом — я ни с чем не спутаю его запах. Закрываю глаза, откидываюсь на спинку и дышу мужчиной, которого люблю. Я должна расслабиться, быть более раскованной, чтобы он воспринял меня как женщину, а не как ребенка.

Вздрагиваю, когда дверь открывается, и за руль садится какой-то парень. Он не реагирует на меня, не здоровается, включает музыку, не обращая на меня внимания. Ещё через несколько минут дверь открывается уже с моей стороны и напротив садится сам Богдан. Машина трогается. А я забываю, как дышать. Он впервые настолько близко ко мне, стоит протянуть руку — и я смогу его коснуться.

— Выключи музыку! — резко, с недовольством произносит он хриплым усталым голосом.

В салоне воцаряется тишина, она давит на меня. От Идола исходит аура мощи, вызывая страх и притягивая. В полумраке четко видны очертания его лица с пластырем на расеченной брови. Я не вижу серых глаз, но чувствую, что Богдан меня рассматривает. Я сама пользуюсь моментом, изучая его. На Богдане клубный пиджак с небрежно закатанными рукавами, под ним белая футболка, на груди болтается серебряная цепочка с подвесками в виде жетонов, черные джинсы. Поза расслабленная, ноги широко расставлены, он измотан, но все равно привлекателен.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

— Имя? — немного хрипло спрашивает он, склоняя голову набок, играя телефоном, крутя его между пальцев.