Шантаж - Марина Дмитриева

— Шлюха, — еле слышно ответил сын. — А я ему врезал. Папа сказал, что шлюха — это женщина, продающая свое тело за деньги.

Молодец папа, просветил сына! Интересно, а он ему не рассказал, что очень часто пользуется услугами таких женщин? Если сейчас не рассказал, потом точно расскажет, а быть может, даже покажет, ведь Сережа не видит в этом ничего зазорного. Не хочу, чтобы мой добрый мальчик пропитался его философией!

— Мам, а что потом происходит с этим телом?!

Чуть не прыснула от смеха. Интересно, какие ужасы навоображал себе мой сын!

— Ничего не происходит, дяди его рассматривают, трогают, потом возвращают владелице.

Мой мальчик задумался.

— Что ты с ним мямлишь?! — заворчал Сережа, которому, кажется, так и не удалось уснуть. — Они с этим телом занимаются сексом, трахаются. Надо уже называть вещи своими именами, а то люди подумают, что слабоумный растет.

Зачем он использует такие грубые слова?! Снова во мне забурлило раздражение. Но высказывать свое мнение опасно, Сережа на взводе, а я не хочу, чтобы Митька стал свидетелем наших разборок.

— Даша точно не такая! — выдал сын.

— Не выросла просто еще, — добавил муж.

Конечно, с его взглядами на жизнь, все женщины — шлюхи.

— Защитить девочку хороший поступок. Мить, но ты уверен, что нельзя было обойтись без рукоприкладства?

— Уверен. Он еще назвал меня маменькиным сынком, — набычился сын.

— Черт, с вами невозможно поспать! Развели тут разговоры! Правильно тебе Грачев сказал! — Вот Сергей не стесняется в выражении своего недовольства. — Вечно сюсюкаетесь с мамой. Ты же мужик!

— А что, мужик не должен любить свою маму?! — бесхитростно спросил мой мальчик.

Глаза невольно увлажнились. Все же я счастливая женщина хотя бы потому, что у меня есть такой чудесный справедливый сын.

— Не должен постоянно с ней целоваться и чуть что бежать жаловаться.

— Сережа, — предупреждающе подняла руку, — он всего лишь восьмилетний мальчик. Прошу тебя, давай в это прекрасное утро не будем ссориться.

— Все равно поменьше с ним сюсюкай. Вон уже в школе начали смеяться.

Повинуясь непонятному импульсу, сильнее прижала к себе своего мальчика. Будто кто-то уже сейчас его у меня забирает… Уверена, в случае развода, Сергей сделает все, чтобы мы не виделись с Митькой.

— Поскольку все проснулись, давайте вставать, завтракать и собираться на «Роза Хутор». — Слава богу, муж не стал развивать конфликт.

Уже второй раз за эту неделю я катаюсь на лыжах. Надеюсь, никто из работников базы не запомнил нас с Валерой и не откроет заслуженно рогатому мужу правду. Нет, у тебя мания преследования, через них проходят тысячи людей каждый день! К тому же мы были в шапках и очках, что существенно уменьшает вероятность запоминания.

Сережа предпочел от нас отделиться и проехать по более опасной трассе. Мы с Митькой пошли на самую маленькую горку, ту самую, на которой несколько дней назад я была с Валерой. Ну, здравствуйте великаны в праздничных шапках! Приятно снова вас увидеть!

— Мить, скажи, тут очень красиво!

— Ага. Мам, спорим, я съеду вниз и ни разу не упаду, — сына не очень интересовала красота природы.

— Нет, я не буду спорить, сынок, я просто буду в тебя верить. Но езжай осторожно.

Нам с Митькой всегда интересно и комфортно вдвоем проводить время. Жаль, что совсем скоро он подрастет, у него появятся друзья-товарищи, секреты, которыми он перестанет делиться с мамой, и, возможно, наши доверительные отношения исчезнут. Так иногда эгоистично хочется, чтобы наши дети всегда оставались маленькими.

Митька поехал вниз. А мои мысли стали возвращаться в другой день с прекрасной погодой, в который я была с другим мужчиной. «Ты первая замужняя женщина в моей жизни». Интересно, Валера выбрал меня потому, что я своим неосторожным поведением предоставила ему такую возможность, или были еще причины? Как временами хочется залезть в голову Довженко и понять, что за ад там творится!

Удивительно, Сергей захотел зайти в то же заведение, где мы обедали с Валерой… Но тут я проявила настойчивость, капризность даже, сказав, что не хочу кавказскую кухню, поскольку у меня сегодня изжога. Потащила свою семью в другое заведение. В кафе возможность быть узнанной значительно больше, там мы были без шапок и очков.