Хозяин Улицы - Кристина Жиглата

- Заткнись! – крикнул он настолько сильно, что даже вены на его шее вздулись.

Я понимаю, что увидеть меня, целующейся с другим мужчиной, действительно обидно, но ведь у меня должен быть шанс на оправдание, тем более я не виновата в этом. Необузданная агрессия Давида пугает меня до чертиков, но я все еще надеюсь на его благоразумие. Не может же он просто взять и убить меня лишь из-за того, что увидел в подъезде…

- Давид, послушай меня всего одну минуту, - вновь попыталась я его образумить, и он застыл, тяжело дыша, отчего его грудь часто вздымалась. Я осознала, что о самоконтроле тут и речи не может быть. – Прошу, отмени команду причинить вред Андрею. Не убивай его… - выпалила, понимая, что сглупила, волнуясь сейчас за жизнь Андрея больше, чем за свою. Ведь, после этих слов  получила еще несколько ударов кулаком возле своей головы. Я закрыла лицо руками и в испуге отшатнулась, слыша только сердитое рычание Давида и частые удары, а потом все прекратилось.

- Так вот почему ты звала меня! – свирепо проговорил Давид.

- Нет! Давид, я…

- Закрой свой лживый рот! – крикнул он настолько сильно, что было ощущение, будто мои барабанные перепонки вот-вот лопнут. И я действительно боюсь даже заикаться о чем-то. Давид полностью слетел с катушек и вряд ли я смогу вернуть его к реальности. А еще я боюсь того, что он может сделать мне, находясь в таком состоянии.

- Поиграть со мной решила?! - прошипел он. – Думала, я не узнаю о твоих тайных встречах?

- Не было никаких тайных встреч! – быстро вставила я свое слово, пытаясь оправдаться. – Он приехал сам, когда я его бросила…

- Все вы лживые суки! - прорычал он мне в лицо, словно не слыша меня. – Опять вызывала его, чтобы он приехал и трахнул тебя?!

- Что ты несешь? Давид…

- Хочешь, чтобы тебя выебали?! – он резко схватил меня за руку и потянул в мою комнату.

Давил почти сразу её нашел, так как квартира у нас маленькая и имеет всего пару межкомнатных дверей. Затащив меня в мою спальню, он бросил меня на кровать. Я быстро перевернулась на спину, приподнимаясь на локтях. Просто не могу поверить, что он готов причинить мне вред. Глядя на него, я попыталась найти хотя бы частицу прежнего Давида, но нет, передо мной уже не тот человек, которого я так сильно полюбила.

- Раздевайся, – грубо бросил он.

- Давид, пожалуйста, не причиняй мне вред. Я не изменяла тебе, поверь, - пролепетала, словно находясь в бреду. Меня начала поглощать пучина страха и ужаса от осознания того, что сейчас произойдет.

Он не услышал меня. На глазах словно пелена. В попытках взять себя в руки, я заметила, что сегодня он одет не так как обычно, словно передо мной другой мужчина. На нем идеальный по его фигуре классический костюм – черные брюки, пиджак и белая рубашка. Я отметила, что ему идет этот образ, но у меня не было времени рассматривать его, так как Давид с силой схватил меня за лодыжку, подтягивая к себе.

Потянувшись к пуговице на моих джинсах, он одним ловким движением расстегнул её, и я начала брыкаться. Я пыталась ударить его ногами, понимая, что мое сопротивление – единственная помощь. Никто не спасет меня, никто не поможет. Однако, видимо, это еще сильнее разозлило Давида, так как его захват стал грубее.

Он стянул с меня джинсы в одну секунду, затем схватился за шиворот плотной водолазки и разорвал её пополам, словно тоненькую бумажку. У меня сразу создалось впечатление, что сейчас и меня разорвут так на две идеальные половинки - легко и бесчувственно.

- Давид, пожалуйста, успокойся! – вновь взмолилась я дрожащим голосом. – У меня не было ничего с Анд…

- Закрой рот, иначе я сам тебе его закрою, - прорычал он, и я поняла, что в нем нет понимания. Он не верит мне, и это больно, ведь мне казалось, что я видела в нем совсем другое.

- Пожалуйста… - пелена слез накрыла мои глаза.

Давид не услышал меня. Грубо схватив за руку, он повернул меня к себе спиной, поставив на колени около кровати. Он взял меня за подбородок, удерживая рукой вокруг, чем заблокировал мое движение, а второй рукой он возился у себя на поясе. Услышав лязг металлической пряжки ремня, я поняла, что волна ужаса накрыла меня с новой силой.

- Давид, нет! – крикнула я, пытаясь вырваться.

Еще пару минут назад я не до конца осознавала всей ситуации, в которой оказалась, ведь надеялась еще достучаться до него, но теперь до меня дошло. Его грубость перешла границы, особенно когда он почувствовал мое настоящее сопротивление.

- Значит, ему можно, а мне нет! – прорычал он, еще сильней сдавливая меня.

И я поняла, что наступила точка невозврата, когда ничего от тебя уже не зависит. Когда ты не можешь остановить или изменить все. Когда твое сердце окутывает невидимая сила боли и отчаяния.

В следующий момент Давид окончательно потерял самообладание. Он сорвал с меня белье, захватил в кулак копну моих волос на макушке и вдавил меня лицом в матрас кровати. Здесь уже не только кричать или просить невозможно, но и дышать становится трудно. Я жадно хватала воздух, слабо пытаясь увернуться, и думала лишь о том, чтобы не задохнуться.

В моей голове уже расстилался туман, а в глазах появились черные пятна, будто я теряла связь с реальностью, однако при этом я продолжала бороться, но тщетно. Я ощутила, как горячий и твердый член Давида коснулся моих ягодиц, а его руки нырнули под меня и зашарили между ног.

- Так не пойдет! – раздраженно бросил Давид и отклонился немного, затем плевок, и я почувствовала, что мое влагалище стало влажным.

Это, видимо, было для меня как поощрение, ведь я совсем была не готова к вторжению. А теперь, когда он там все обильно смочил для себя, я почувствовала, как его бархатистая головка члена прикоснулась к моему входу, при этом на мгновение задержавшись. Но лишь на мгновение, так как в следующий момент Давид сделал резкий толчок бедрами и полностью погрузился в меня.

Из моей груди вырвался истошный крик боли, поскольку низ моего живота охватила невероятная агония. Давид не обращал на это внимание и не останавливался, не давая привыкнуть к своему огромному размеру и неожиданному вторжению. Он двигался во мне резко и быстро, получая от этого явное удовольствие.

- Так ты хотела?! – с ненавистью в голосе сказал он, насаживая меня на себя. – Ты моя! Поняла?! Моя!

Я больше не сопротивлялась. Уже незачем.

Давид отобрал у меня то, что я почему-то берегла и ценила. Я хранила девственность, чтобы потом вот так оказаться в руках животного, которого не волновали мои чувства и боль?! Он не поверил моим словам, мольбам и слезам, даже не попробовал выслушать! Я полюбила его, а он втоптал мои чувства в грязь…

Я не знала, сколько это длилось, так как все время  находилась в некоем полуобморочном состоянии. Нехватка воздуха, стресс и боль дали о себе знать. И я поняла, что лучше уж так, чем в подробностях помнить весь этот ужас.