Дом из воска и стекла - Марина Бреннер

Эти фразы, тон… Это было… так… ТАК.

Тяжело ступая, Дэннис подошел к двери, занес руку, чтобы постучать. Но тут же отступил, тряхул пальцами. Неловко усмехнулся. Сейчас он вдруг почувствовал себя так, словно оказался без штанов на городской площади в праздник: вроде и ничего ужасного, а смерть как стыдно!

Через некоторое время девушка услышала писк датчика закрываемой входной двери.

— Ушел. — сказала Лайса диванной подушке — К Риане. А может, и не к Риане. Мало ли у него этих Риан…

Сев в кресло и поджав ноги, обняла подлокотник, положив на него голову и вроде как задремала.

Очнулась от легкого прикосновения к плечу:

— Я там печенье принес, фруктовое. Ты вроде такое любишь?

— Прости меня, Тирон.

Он подергал плечами:

— Перестань. Ты все правильно сделала. Я сам этим тварям головы резал…

Помолчал.

— Я их… ненавижу, Лайса.

Девушка посмотрела на мужа.

— Ну все равно, надо же как — то с этим жить? — тихо сказала она — Ты вот не о том думаешь! Это УЖЕ случилось, понимаешь? И ты ничего не исправишь. Надо подумать, как жить…

Отмахнулся:

— Так и жить, как жил. Ладно. Ты есть будешь или нет?

— Буду.

В кухне пахло печеньем и слегка супом. Ягодный запах еще витал в воздухе, но уже не забивал навязчиво нос и легкие, не прилипал к коже. Не беспокоил.

— Ты только запомни. — Дэннис поставил на стол две дымящиеся чашки — Никаких шлюх у меня нет. И не будет. Что тебе, кто в уши напел?

Лайса опустила голову:

— Риана твоя звонила. По ее версии, вы до сих пор любите друг друга. Это так?

— Нет. Нет, и быть не может. Поняла?

— И живешь ты со мной из жалости, Тирон! Если так, то лучше не надо! Я же все понимаю, я же не дура! Я только не пойму, откуда у нее код рации. Подумала, ты дал…

— Это просто как раз, — гоготнул Ликвидатор — в Городской базе данных есть всё. Информация общедоступна и незасекречена. Ты же знаешь!

— Ааа… — Лайса округлила глаза — Точно. Ага.

Девушка подняла удивленно — пораженный взгляд на мужа, несколько минут смотрела на него, потом… расхохоталась, поражаясь собственной глупости и доверчивости.

Вслед за ней рассмеялся и он.

Напряжение было слегка снято, но все — таки остатки его еще витали в воздухе, как ягодный запах.

…Ночью она пришла к нему сама, не дожидаясь больше, пока позовет.

— Решила вернуться, сэйта Дэннис? — Ликвидатор закинул руки за голову — Это хорошо. А то уж я решил, что придется связать тебя и заставить.

Лайса легла рядом и, сбив плед ногами, положила руку мужу на грудь.

— Я не могу без тебя спать, — ноющим шепотом пожаловалась девушка — Две ночи уже никакого сна, веришь? Кошмары мучают. Снится какая — то дрянь. А с тобой теплоооо…

Он кивнул, чувствуя уже, что на длительную беседу его не хватит — слишком долго они были далеко друг от друга.

— У меня нормальная температура тела сорок один градус, Лайса. Так что спи здесь — скоро зима. Холодает.

Она быстро покивала головой, влажные после душа волосы пахли морем и дождем.

— Иди ко мне, — глухо выдохнул Дэннис, осторожно притянув жену к себе — Не могу я без тебя долго… Какая ты… иди сюда.

Теперь она лежала у него на груди, стараясь унять растущую дрожь своего желания, которое бунтовало, отзываясь на жар тела сэттара легкими судорогами в пальцах ног, тяжестью между бедер и внизу живота и колющей болью в сосках. Между ног заломило, едва только муж накрыл губами ее губы и языки их встретились.

— Хочешь меня, — прошептал он ей в рот, слегка прикусив нижнюю губу — Огнем горишь вся! Хорошо, сама пришла, а то… скрутил бы тебя и оттрахал, Лайса. Для твоего же блага, сладкая.

Девушка нервно вздрогнула, утробно застонала и, запустив руки под майку мужа, потянула ее вверх, касаясь неумелыми поцелуями высвобождающейся горячей, смуглой кожи, не защищенной черным покрытием.

— Не могу без тебя, — всхлипывала Лайса — Не могу спать, дышать… жить, ничего не могу! Трахнешь другую… узнаю, САМА ПРИРЕЖУ, ПОНЯЛ?! Понял?

— Понял.

Сильным рывком он дернул ее на себя, прижимая к постели крепко, но осторожно.

На мгновение оторвавшись от горящего тела жены, сдернул майку, разделся совсем. Выпрямился, полюбовавшись картиной, открывшейся его взгляду — жена лежала поверх скомканного пледа, разбросав руки. Лицо ее горело, глаза в темноте блестели слезами. Как таяли.

— Я не могу без тебя, Тирон. Решишь меня бросить, лучше сразу сверни башку. Будь милосерден.

Лайса прикрыла глаза, сдерживая слезы и не видела, КАК усмехнулся сэттар — недобро. Даже зло.

— Сверну, драгоценная. Если тебя на сторону потянет. Выполню. Всё сделаю, как просишь.

Не отрывая руки, погладил острые колени девушки, спустился ниже, тронул ладонью влажные бедра. Глубоко вздохнув и приподнявшись, она развела ноги шире, дрогнула в приглашающем жесте.

Издала резкий, короткий звук, когда жесткие пальцы тронули пульсирующие складки ждущей сути. Чуть сведя ноги, приняла ласку с нетерпением и дрожью.

Подняв жену с постели, держа под спину, сэттар взял ее руку.

— Возьми его, — прошептал, проведя языком по хрупкой шее — Поласкай. Рукой поласкай. Давай…

Обхватив пальцами горячую твердость, она двинула рукой вниз и вверх. Вскрикнула, почувствовав ответ — торопящиеся, жаркие прикосновения его губ к своим соскам и руки, массирующей ноющую точку между бедер.

— Еще…

— Так нравится? Тебе нравится, Лайса, я знаю, сладкая! Нравится, когда я ласкаю тебя так?

— Очень… вздохнула она в ответ — Очень!

Несколькими уверенными, отточенными движениями доведя свою женщину до болезненной дрожи, до близких конвульсий, уложил ее на спину. Не отрывая руки от раскаленного клитора, и Лайсе не позволяя оторвать руки от бьющего болью члена, разведя мягкие губки, осторожно вошел внутрь.

— Введи его сама, сладкая. — прошептал прерывающимся голосом, целуя шею жены — Глубоко не будем, не бойся. Просто… Не могу я без тебя долго!

Теперь сэттар ласкал ее изнутри, мягко и очень осторожно, не придавливая тело и чуть прикусывая кожу метками. Тронул губами губы, камешки сосков, запрокинув руки, поцеловал подмышки.

— Ты и тут сладкая, — голос сорвался в рычание.

Подведя руки под ягодицы, раздвинул, погладил туго сжатое нежное колечко между ними.

— Не бойся, не трону. Просто поглажу.

Осторожно введя палец, застонал, переходя почти на вой.