Любовь без цензуры - Катя Саммер

Jah Khalib – Любимец твоих дьяволов

Фил, снова довольный, как объевшийся сметаной кот, откинулся на спинку кресла. Но меня задела его излишняя уверенность в себе и ситуации в целом – эта тема с жильем давалась мне нелегко.

- Вообще-то я думала, что беременна. Поэтому не перебралась к тебе сразу. Меня тоже можно понять, - выдала я то, что не давало покоя целую неделю.

Фил тотчас замер. Лицо застыло, не выражая никаких эмоций. Я не могла понять реакцию на мои слова, отчего ерзала на стуле и нервно перебирала пальцы. И кто меня за язык тянул? Стоило промолчать. Вряд ли Феликс был готов к таким разговорам.

- Я не готов стать папочкой, - в подтверждение, как гром, ударили воздух слова. – Наверное, не готов. Не знаю…

Догадывалась, что так будет, но отчего-то глупо надеялась на иной исход. От злости и обиды задрожала нижняя губа.

- Мы не предохраняемся, и ты должен понимать, что в любой момент могут возникнуть непредвиденные обстоятельства.

- Ты назвала ребенка непредвиденным обстоятельством? – Фил нахмурил брови.

От его раздраженного тона я растерялась окончательно. Пусть мне было тридцать, но так уж вышло, что подобные разговоры оказались и для меня в новинку. С Антоном мы ни разу не обсуждали детей всерьез. Наверное, все отразилось на моем лице, потому что в следующий миг Фил перегнулся через стол.

- Эй-эй! Ты брось это. – Он погладил ладонью по щеке и продолжил после короткой паузы: - Алис, я понимаю… ответственность. И… принимаю ее. Сейчас я как раз занимаюсь важными вопросами. Меня волнует наше будущее, я думаю о нем, но… Блять, не так.

Он сел ровнее и крепко сжал мою ладонь своими руками.

- Скажу честно, я пока не готов тебя делить ни с кем. Даже с ребенком. Знаю, эгоист. Но я ни хрена не насытился тобой. Мне тебя мало. И… может, через пару лет… или раньше, но… - Фил приподнял пальцами подбородок и заставил смотреть в глаза, - это не должно стоять между нами. Если ты считаешь, как я… я не против там таблеток всяких. А вот если ты срочно хочешь заделать ребенка… тогда нам придется многое обсудить. Но, наверное, я не буду против иметь твою…

Он не успел договорить, я накинулась на его губы. Я услышала больше, чем рассчитывала, и расплылась от удовольствия. Этот невозможный мужчина оказался еще идеальнее, чем полагала. И меня более чем устраивал его ответ – сама еще не знала, как скоро приду к решению о детях. Но от одного осознания, что Фил со мной заодно, захотела скорее стянуть его костюм.

Мы едва оторвались друг от друга и еще тяжело дышали, когда я заметила коллегу из летно-методического отдела, направляющуюся в нашу сторону. Я бы могла прямо в эту же секунду отвернуться, спрятаться и возможно остаться незамеченной. Первым порывом, на самом деле, и было нечто в таком духе. Но я не стала. А смысл? Рано или поздно все обо всем узнают. А скрываться я больше не собиралась, особенно когда мы только что расставили все точки над «i».

Женщина сразу меня узнала. Я выпрямила спину и ответила ей кивком. Она замедлила шаг и обратилась к кому-то через плечо.

Твою мать! Она была с Авериной, самой главной сплетницей авиакомпании, которая пол рабочего дня просиживала в курилке, перемывая другим кости. Что ж, фурор я себе точно обеспечила.

Я схватила бокал и с жадностью отпила несколько глотков, пребывая в легком ужасе от скорости разворачивающихся событий. Фил проследил за моим взглядом. А когда я поздоровалась с дамочками, накрыл мою ладонь и широко им улыбнулся, словно подтверждая все догадки. У подружек челюсти отвисли.

Так и хотелось крикнуть им, чтобы не позорились и прекратили пускать на Феликса слюни. Им-то он точно в сыновья годился. А самого Фила ситуация, кажется, забавляла. Самый настоящий гаденыш, блин.

Оставшаяся часть ужина прошла спокойно. Я даже выдержала еще с десяток шуток о «нормальных» свиданиях. Но это не помешало мне, потеряв терпение, полезть целоваться к Филу, как только мы сели в мерседес.

- Не-не-не, на нормальном свидании девушка не должна запрыгивать на парня в машине, - Фил, смеясь, потряс указательным пальцем. – Потерпи хотя бы до дома.

Я захныкала. Ну, не могла я больше дышать терпким парфюмом и совсем не касаться его. Особенно получив сегодняшнее признание, что он – весь мой. Но вслух этого не сказала. Откинулась на сидение и отвернулась к окну. Фил включил подогрев и музыку, такую тягучую, от которой захотела закрыть глаза и представить всякие непотребства.

Не успела. Представить, имею в виду, не успела. Только прикрыла веки, как его рука скользнула по коленке и вверх, забралась под платье, пока мы медленно двигались в пробке. Он присвистнул, увидев ленты и кружево чулок. А затем довольно оскалился, нащупав на уже влажном нижнем белье молнию.

- Да-а-а, - замурчала я, как кошка, когда он расстегнул ее и погладил между ног.

Машина виляла по дворам, объезжая городские заторы, в то время как Фил упорно подводил меня к черте, за которой космос. Он скользил между складок, погружался внутрь, дразнил. Двигался синхронно моему глубокому дыханию. Мелькали деревья и здания, а я, забравшись под теплую куртку, бесцеремонно сжимала свою грудь.

Я уже с остервенением насаживалась на его пальцы и искусала губы, уже чувствовала спазмы внизу живота, когда Фил резко убрал руку, чтобы объехать глубокую яму.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍