Любовь без цензуры - Катя Саммер

По прилету меня встретил Ваня. Что-то возмущался насчет Лизки, обещал привязать к батарее, когда вернется, и тут же, уставившись щенячьим взглядом, спрашивал, как она. Правда отвечала я только раз на второй-третий: из-за утомительного перелета и разницы во времени дико хотелось спать, я зависала. А еще переживала, что телефон отказывался ловить сеть и никак не желал связываться с Филом. Это сводило меня с ума.

Я прервала очередной монолог Лизкиного бойфренда и одолжила его айфон, чтобы набрать Феликса. Но соединение, естественно, оборвалось – Фил включал телефон только в местах, где был вай-фай. Да уж.

Грустно, на самом деле, было возвращаться туда, где тебя особо никто и не ждал. Не признавала я «дом» в нашей с Лизой квартире. Он был чужой и отторгал меня с порога, где я споткнулась в первую же минуту и чуть не полетела носом вперед. С подступающими от боли и обиды слезами доковыляла до гостиной и, едва упав на диван, сразу отключилась в одежде. Проспала полдня и очнулась от настойчивого стука в дверь.

На улице стемнело, лестничная площадка не освещалась, а прошлая встреча с грабителями ничему не научила меня. Я не обратила внимания на гостя, решила, что это Иван. А почему без ключей не возникло и мысли. Вот говорила же всегда мама: в глазок смотри! Не была бы так удивлена встретиться лицом к лицу с Антоном и охапкой роз. И как он узнал, что я вернулась? Вопрос сорвался с губ сам собой. И тотчас я услышала в ответ целую сказочную балладу. Да-да, о любви ко мне, пылающей в груди и незабвенной. Антон речь явно готовил, разве что не зарифмовал.

Я хотела закрыть дверь прямо у него перед носом и забыть все, что сейчас произошло. Запомнить лучшее, что между нами было, а не эти жалкие оправдания. Но Антон влез ботинком, который я неслабо так прищемила. Бросил букет на пол и начал прыгать на одной ноге, кричать, что вынудили, заставили, угрожали. Божился, что во всем сознался бы, если б я оказалась в опасности, умолял простить.

Полная чушь.

Может, эти слова и значили бы для меня что-то, скажи он их месяц назад. Сейчас все было уже неважно. Антон больше не являлся частью моей жизни, в ней все оккупировал Фил - назойливый, наглый мальчишка, который так легко и просто стал для меня целой Вселенной.

Антон говорил и говорил, но все слова летели по касательной, мимо ушей. Понятия не имею, насколько еще хватило бы его или моих нервов, если б в эту киношную сцену не вмешались радостные возгласы Лизы, вернувшейся в родные края. Но сестра, всегда принимавшая Антона с распростертыми объятиями, мгновенно оценила обстановку, затолкала меня в квартиру, а сама пулей выскочила в подъезд и громко объяснила моему бывшему жениху, куда тому следовало идти. Видимо, доходчиво, так как разговор быстро сошел на «нет».

- Чтоб ноги его здесь больше не было! – прошипела Лиза, падая в диванные подушки на полу рядом со мной.

- Ты же в нем души не чаяла… - устало выдавила из себя.

- Потому что он делал тебя счастливой. Ну, или мне так казалось. Но сейчас у меня в фавориты выбился Ветров. И я очень надеюсь, что ты не вернешься к этому лживому…

- Ни за что на свете, - остановила я малую.

И мы, крепко обнявшись, пролежали еще полвечера перед телевизором, пока из кухни, где хозяйничал Ваня, по всей квартире расплывался запах специй и запеченного мяса.

После ужина ребята решили прокатиться по городу и встретиться с друзьями. Лиза уговаривала поехать с ними, но я отказалась. Состояние было неважное, настроение – и того хуже. Как представила, что нужно снова запихивать себя в несколько слоев теплой одежды… Бр-р-р.

Они захватили с собой мой сломанный телефон, чтобы показать знакомому мастеру, а я засела разгребать электронную почту на ноутбуке.

Вообще-то у меня оставался еще целый день отпуска, но, порывшись в письмах, я поняла, что, если не выйду на работу завтра, после первого числа из-под завалов точно не выберусь. За пару дней, что я была без связи, мои ребята итак натворили дел: выпустили в печать журнал со статьей о любительском чемпионате по футболу среди руководства крупных городских организаций, в которой подробно расписали, как команда нашего гендиректора упорно боролась, но проиграла финал со счетом «1:2». И все бы хорошо – разворот красивый, фотосессия отличная, нашивки разработали крутые – да вот только команда наша выиграла. И генеральный, получивший экземпляр, рвал и метал.

Я созвонилась в скайпе с заместителем, который, увидев меня, от радости чуть ребенка не выронил из рук. Тысячу раз повторил, как счастлив, что я выхожу уже завтра, и столько же раз извинился, что вынуждал прервать отдых. Но хрен с ним с отдыхом этим. Без Фила он был каким-то беспокойным и выматывающим. Я только обрадовалась возможности занять мысли чем-то масштабным на целый день.

Когда я зашла в ванную и, напевая навязчивую мелодию, услышанную по радио, скинула лифчик, почувствовала неприятную тяжесть в груди. Взгляд тотчас переместился в зеркало, затем на нетронутую пачку тампонов, которую я купила еще неделю назад в Таиланде и в круговороте событий оставила без внимания.

Так, без паники. Хотела сразу проверить календарь, но напоминания были сохранены в телефоне, черт! Хотя я и без них помнила, что к первым числам месяца критические дни обычно уже заканчивались, но в этот раз еще не начались. А организм у меня всегда работал, как часы.

Я сидела на холодном бортике в трусах, глядела в одну точку. Перебирала мысли, рассуждала, спорила с собой. Много ругала, вспоминая вечные причитания гинеколога о том, что прерванный акт не способ контрацепции. И почему не подумала о таблетках? Но, бли-ин, как с Филом вообще о чем-то можно было думать? Он своим членом вышибал из головы все мозги.

Когда услышала ключ в замке, подскочила, бросила вещи в стирку и завернулась в теплый халат. В коридоре Ваня с радостными словами протянул мне оживший телефон. Я молча выхватила его и скрылась в зале, заперев дверь. Надеюсь, ребята не обиделись, но сейчас было не до них.

Женский календарь в телефоне показывал недельную задержку и, проведя анализ предыдущих циклов, начинал беспокоиться о моем положении. Закрыла его, выдохнула, просмотрела уведомления, пропущенные. Напоследок прослушала сообщение Феликса. Огромное! И как-то тепло так стало на душе. Тревога не исчезла полностью, но ослабила хватку. Да и волнение осталось скорее не по факту возможной беременности, а из-за того, что Фил взбесится и придумает что-то, не обнаружив меня у себя дома, когда вернется. Но это все потом. Сейчас мне жизненно необходимо было переспать с мыслями, чтобы не свихнуться. И не психануть самой.