Некровные узы - Алайна Салах

Домой мы ехали на разных сторонах дивана «Роллс-Ройса», и на этот раз инициатором держать дистанцию была я. Перед глазами всё ещё стояли жуткие сцены: Алекс, решительно прижимающий пистолет к голове человека; искажённое ужасом лицо парня, молящего о пощаде; Дэн, обливающийся потом и не перестающий извиняться. Мистер Мерфи... я не знал, что мисс Эрриксон ваша... Как я мог подумать... устроилась официанткой. Завтра же я найму охрану. Рубашек у меня полно на складе... Просто из головы вылетело… Обещаю, всё будет исправлено в кратчайшие сроки...

Я не знала, чем закончился их разговор, потому что в кафе появился Зед и вывел меня на улицу. Я хотела было заявить, что никуда не пойду, но по суровому лицу Алекса увидела, что не стоит. Пока мы ждали его в машине у входа, Сьюзен писала мне полные восторга сообщения:

«Жирдяй плачет. Прямо плачет, представляешь? Обожаю твоего парня».

«Сейчас Дэн сам принёс ему кофе. Алекс или Рой (я уже запуталась) сделал глоток, поморщился и выплюнул в чашку, а потом заставил Дэна допивать».

Я не стала дожидаться следующих сообщений и выключила телефон. Всё происходящее напоминало сцены гангстерского боевика: торжество силы и оружия над слабыми, холодная жестокость и запугивание. Я не знала, что думать. Мои мысли окончательно спутались.

— В чём дело, Тина? — глаза Алекса мерцали в темноте салона. — Ещё немного, и ты врастёшь в дверь. Я тебе так неприятен?

Впервые за время поездки я позволила себе оторвать взгляд от окна и взглянуть на него.

— Откуда у тебя пистолет? Что с Дэном?

— Ты, правда, хочешь поговорить об этом в машине?

— Господи, что ты сделал с Дэном?! — от охватившей меня паники голос сорвался в истеричный визг.

— С твоим бывшим боссом всё в порядке. Ему, возможно, придётся сдать бельё в химчистку, но, могу заверить тебя, что я пальцем его не тронул.

— Бывший босс? — дрожащим голосом переспросила я. — Меня уволили?

Тёмные брови Алекса удивленно взлетели вверх.

— Ты думаешь, этот слизняк тебя уволил? За что? Он был единственным, кто выполнял свою работу плохо.

— Тогда... почему?

— Потому что завтра это заведение закроют, Тина. Первая честная проверка сделала бы это, но я решил немного ускорить события.

— Как ты мог? Дэн содержит семью!

— Для девушки со строгими принципами морали ты чересчур спокойно относишься к нарушению закона, Тина. В этом заведении даже огнетушителя нет. Скупердяйство и коррупция в чистом виде. Я уже не говорю о нарушении всех норм трудового законодательства и обращении с персоналом, как с мусором.

— Но... ты лишил работы Сьюзен и остальных...

— Милая, я видел её счастливое лицо из-за стойки. Она наслаждалась мучениями своего босса. Никто не должен работать на того, кто ему настолько противен. Уверен, она найдёт другую работу. Две минуты наедине с этой мразью дали мне представление, что в этом месте никогда ничего не будет в порядке. Мозг этого отброса ограничен жадностью, он всегда будет экономить на всём, лишь бы положить лишний цент в карман. Такие люди не должны иметь ни капли власти в руках, потому что они умеют распоряжаться ею лишь в своих интересах. Плохой показатель для руководителя.

Я не знала, что ему на это ответить. В глубине души я понимала, что Алекс прав насчёт Дэна, но его методы... Я не понимала, как можно быть таким жестоким с кем-то.

— Мы приехали, Тина, — Алекс перебил потом моих сбивчивых размышлений, — об остальном ты сможешь расспросить меня дома.

Не дожидаясь, пока Зед откроет для меня дверь, я вылетела из машины и побежала по мощёной камнем дорожке. Ворвавшись в дом, застыла посреди гостиной, прижав ладонь к груди, чтобы успокоить бешено колотящееся сердце. Прозрение колкими иглами жалило сознание и игнорировать его я больше не могла.

— Чем ты занимаешься, Алекс? — я резко повернулась, когда услышала за спиной шаги. — Откуда всё это? — ткнула пальцем в поблескивающий через панорамные окна бассейн.

— Ты сейчас на взводе, Тина, — спокойно произнёс Алекс, остановившись в нескольких футах от меня, — и воспринимаешь всё острее, чем следует. Когда ты немного успокоишься, мы поговорим.

— Я не хочу успокаиваться! Ты приставил пистолет к голове человека! На глазах других людей! Да кто ты, вообще, такой?

— Я умею управляться с оружием, и у меня есть на него разрешение. Когда я только начинал вести бизнес, мне приходилось спать с пистолетом под подушкой. Сейчас в этом нет большой необходимости, и я ношу его, скорее, по привычке. И в случае с этими сопливыми идиотами, пистолет оказался кстати, потому что, поверь, эти парни были настолько тупы и пьяны, что обязательно полезли бы в драку, и это плохо бы кончилось. Спойлер: не для меня.

— Но... — я растерянно похлопала глазами, — спал с пистолетом... почему кому-то нужно убивать тебя?

— Потому что есть много людей, которые хотят заниматься тем же, чем я, — он прищурил глаза, — и прежде, чем ты задашь свой следующий вопрос, напомню, что тебе придётся услышать на него ответ.

От его слов пульс застучал в висках. Я уже знала, что ответ мне вряд ли понравится, но прятать голову в песок после увиденного я не могла.

— Чем ты занимаешься, Алекс? — спросила я шёпотом.

Его взгляд прожигал меня насквозь.

— Я торгую оружием, Тина. Продаю его на Ближний Восток.

Я не была уверена, что именно ожидала услышать, однако, когда он произнёс слова «торгую» и «оружие» в одном предложении, мне стало нечем дышать. Торговец смертью.

— Сирия?

Лёгкий кивок в ответ.

— В том числе.

Господи. Я столько раз видела в интернете леденящие душу кадры изувеченных тел, успокаивая себя тем, что все эти ужасы происходят далеко. И вот я живу под одной крышей с человеком, который непосредственно причастен к страшным событиям.

Опустившись на диван, я прикрыла рот дрожащей рукой. Я влюбилась в человека, который отчасти повинен в гибели тысяч невинных людей. Страшный сон.

— Почему ты этим занимаешься? — прохрипела я, глядя перед собой. — Почему из худших занятий на земле ты выбрал именно это?

— Что такое, по-твоему, оружие, Тина? — Алекс оставался невозмутимым. — Оружие — это власть, а человек всегда будет голоден до власти. Если не я, то кто-то другой. Наше правительство выступает официальным спонсором сирийской оппозиции. Почему тебя это не смущает? В отличие от представителей Белого дома я не прикрываюсь благими целями. Я открыто заявляю, что зарабатываю деньги. На войне каждый преследует свои цели, просто мои более прозаичные и честные.