Босс на одну ночь - Ева Мелоди

Безотчетным движением останавливаю его руку.

— Что такое, милая? — тихо спрашивает Лед, но я чувствую, что ему нелегко дается это спокойствие и выдержка его на пределе.

— Нет… просто… Я боюсь, что разочарую тебя.

Людвиг хмурится.

— Ты не доверяешь мне?

— Не в этом дело… Ты же знаешь… у меня нет никакого опыта…

— Мне не нужен твой опыт, Настя. Разве ты не видишь? Мне лишь ты сама нужна. Такая как есть. Ничего больше.

В комнате включен лишь слабый ночник, отбрасывающий на стены причудливые тени, делающие обстановку комнаты немного волшебной и еще более интимной.

— Я не хочу быть временным развлечением, — всхлипнув, вдруг признаюсь Людвигу в своих страхах.

— Ты думаешь между нами это? Просто развлечение? Разве ты еще не поняла, как важна для меня?

Могу ли поверить до конца в эту красивую волшебную сказку? Почему? Почему он выбрал меня, ничем не примечательную, обычную…

— Я люблю тебя, Настя. Ты не обычна, наоборот, уникальна. Жаль, что не понимаешь пока этого. Но я заставлю тебя понять. Позволь мне просто прикоснуться к тебе. И ты все поймешь.

Медленно провожу языком по губам.

— Я хочу, чтобы ты коснулся меня. Хочу принадлежать тебе.

Не знаю откуда во мне берется смелость сказать эти слова.

Чувствую, как соски становятся болезненно напряженными, твердыми. От одной только мысли о том, что происходит сейчас между мной и Людвигом, в теле начинают происходить невероятные вещи. В животе появляется ощущение трепета. Так вот что такое бабочки в животе… И правда похоже, восхитительно щекочущие ощущения. Между бедер появляется тянущая, пульсирующая боль.

Людвиг ничего не отвечает на мою столь смелую фразу, но его рука ложится на мое бедро, пальцы снова поддевают резинку трусиков и тянут вниз.

Затем его рука скользит к внутренней стороне бедра. Пальцы осторожно и ласково продвигаются все выше по внутренней стороне и пожар в крови разгорается все сильнее. Кажется, вот-вот растаю и превращусь в лужицу сексуального желания.

Никогда раньше я не была так возбуждена, и даже не подозревала что на такое способна.

— Я тоже хочу коснуться тебя, — признаюсь смущенно. Во взгляде Людвига вспыхивает победный огонь.

— Наконец-то, — произносит он охрипшим голосом, наклоняясь ко мне и снова жадно целуя, проникая языком. Растворяюсь в этом жгучем поцелуе. Сила воли покидает меня, уступая место безумной страсти.

Лед расстегивает мой бюстгальтер, тихо ахаю, когда его руки ложатся на мои обнаженные груди, взвешивают их в руках, ласково гладят. Потом он зажимает соски между пальцами, а я стараюсь дышать глубоко, чтобы от силы эмоций не потерять сознание. Сердце колотится бешено. Сейчас обнажено не только мое тело, но и сердце сбрасывает последние сомнения, препоны что я искусственно ставила в своем разуме между Людвигом и собой.

Лед наклоняет голову, его губы смыкаются вокруг тугого бутона, начинают посасывать его, посылая моему телу электрические искры. Напрягаюсь, вцепляюсь в его плечи.

«Я больше не вынесу», — вертится в голове настойчивая мысль.

Лед встает, поспешно сбрасывает брюки и трусы, и я, чувствуя себя распущенно не могу оторвать взгляда от его совершенного тела. Мускулистая грудь, дорожка из темных волосков проходящая по торсу, спускающаяся ниже…

Нервно сглатываю и опускаю глаза.

— Ты хотела коснуться, — улыбается Лед, но его улыбка напряженная, словно ему больно. Он возбужден, его член — большой, крупный, покачивается в мою сторону, обещая ласки, наслаждение… Или снова боль? Возможно, все вместе.

Кончиками пальцев пробегаю по затвердевшей плоти, горячей и бархатистой наощупь. Он такой твердый! Обжигающий!

— Ты правда так сильно меня хочешь?

— Я очень хочу показать тебе, насколько сильно…

Лед нависает надо мной, принимаясь осыпать поцелуями мое тело. Его щетина царапает кожу, возбужденная плоть упирается в низ живота. Издаю всхлипы, стоны, вскрики, мучительно ноющие соски трутся о его кожу. Коленом Лед широко разводит мои бедра, отстраняется и наклоняет голову ниже, начинает покусывать внутреннюю часть моего бедра.

— Подожди… — задыхаюсь. — Что ты…

— Тсс. Тебе понравится.

Первый порыв — оттолкнуть его, но у меня не хватает сил. Тело больше не принадлежит мне, не подчиняется. Начинаю дрожать, когда Лед склоняет голову, одновременно приподнимая мои бедра. Ощущаю его горячее дыхание в самом сокровенном месте. Затем, он касается меня там губами, а потом и языком.

— Твои вкус сводит меня с ума, Настя, — шепчет Лед. — Моя карамельная девочка.

И продолжает свои ласки, или скорее сладострастную пытку, заставляя выгибать спину, кричать и корчиться от невыносимых ласк. В момент, когда они становятся нестерпимыми, повинуясь инстинкту, я хватаю Людвига за волосы и прижимаю его голову к себе. Это настоящее безумие. Этот мужчина заставил меня полностью потерять контроль над собой, и оттолкнуть его, остановить восхитительные ласки для меня сейчас равносильно смерти.

Лед принимается ласкать меня пальцами, вырывая еще более громкий крик. Все мое тело сотрясает крупная дрожь, поднимающаяся из самой глубины моего существа. Лед теребит самую чувствительную точку, и я снова извиваюсь, приподнимаю бедра. И вдруг ощущаю взрыв, каждая клетка тела разлетается на атомы кайфа, тело будто тонет в агонии блаженства, содрогается в истоме.

Приподнявшись, Лед одним уверенным движением входит в меня. Вскрикиваю, скорее от неожиданности и старых страхов, но былой режущей боли нет. Только тянущий дискомфорт от наполненности и остатки легкой дрожи от произошедшего со мной взрыва. Людвиг замирает, давая мне время привыкнуть и расслабиться.

— Теперь ты моя, — довольно шепчет он, прикусывая мочку уха.